Воссоединение родины мирным путём лучше всего соответствует интересам китайской нации в целом, включая соотечественников на Тайване, считают в Пекине.
Председатель КНР, генеральный секретарь ЦК КПК Си Цзиньпин, выступая в октябре на торжественном собрании, посвящённом 110-летию Синьхайской революции 1911 года, заявил, что тайваньский вопрос возник из-за слабости китайской нации и переживаемого ею тогда хаоса, и он будет решаться по мере возрождения китайской нации. По его словам, соотечественники по обе стороны Тайваньского пролива должны встать на правильную сторону истории и объединиться для осуществления полного воссоединения родины и великого возрождения китайской нации; историческая задача полного воссоединения Китая должна быть и будет решена. «Воссоединение родины мирным путём лучше всего соответствует интересам китайской нации в целом, включая соотечественников на Тайване», – сказал лидер КНР.
Ситуация вокруг Тайваня берёт своё начало в 1949 году, когда остатки войск Гоминьдана во главе с Чан Кайши, потерпевших поражение в гражданской войне в Китае, бежали на остров под прикрытием американских ВМС. Вместе с ними на Тайвань эвакуировались администрация и парламент существовавшей на материке Китайской Республики. Они не только сохранили все её атрибуты, но и при поддержке тогдашнего американского правительства создали ситуацию оторванности между двумя сторонами Тайваньского пролива.
Согласно официальной позиции КНР, поддерживаемой большинством стран, включая Российскую Федерацию, Тайвань с населением в 23 миллиона человек считается одной из китайских провинций. Эту территорию Пекин намерен вернуть в состав материка по формуле «одна страна – две системы», которая подразумевает принадлежность Тайваня к КНР и в то же время право на высокую степень самоуправления в качестве особого административного района.
При этом власти КНР ведут речь о своей готовности прибегнуть к силе, в случае возникновения угрозы мирному воссоединению материковой части страны и Тайваня. Подобный вариант развития событий следует из закона о противодействии расколу государства, принятого в КНР в 2005 году, где одной из таких угроз названа попытка Тайваня провозгласить независимость.
Однако нынешние власти Тайваня отвергают предлагаемую Китаем схему «одна страна – две системы». Руководство Демократической прогрессивной партии (ДПП), чей представитель с 2016 года является главой администрации острова, последовательно выступает против воссоединения с материковым Китаем и ведёт свою деятельность под лозунгом пробуждения «национального самосознания» тайваньцев.
На деле это выливается в пропагандистскую обработку населения, особенно молодёжи, с целью создания у него негативного отношения к идее воссоединения и насаждения сепаратистских настроений. В результате немало жителей острова, особенно молодых, говорят, что они чувствуют себя тайваньцами, и выступают за то, чтобы в их паспортах надпись «Китайская Республика» была заменена на надпись «Республика Тайвань». Политические позиции ДПП пока довольно прочные. Она победила на президентских выборах и 2016, и в 2020 годах.
Интересно, что, несмотря на многолетнюю военно-политическую напряжённость, происходило наращивание экономических связей между островом и материком, тайваньские экспортные отрасли переориентировались на перспективный рынок КНР. Например, крупнейшая на острове компания Foxconn, специализирующаяся на сборке продукции Apple, развернула свои производственные мощности на территории КНР, так как там дешевле и выгоднее с точки зрения налогов.
Существенный вклад в казну острова вносит компания TSMC (Taiwan Semiconductor Manufacturing Company), на долю которой приходится около 56 процентов мирового выпуска полупроводниковых микросхем. Ещё 8,5 процента у тайваньской United Microelectronics Corporation. КНР, судя по имеющимся данным, потребляет около 60 процентов производимой на Тайване электроники. Тайваньские предприятия обеспечивают также функционирование значительной части высокотехнологичной промышленности США. Американская Global Foundries Inc., занимающаяся производством полупроводниковых интегральных микросхем, держит лишь чуть больше 9,4 процента мирового рынка. Так что США, включая их военно-промышленный комплекс, зависимы от экономики Тайваня и заинтересованы в стабильности ситуации на острове.
Власти Тайваня традиционно полагаются в военной сфере на поддержку со стороны США, тем более что американский закон об отношениях с Тайванем (Taiwan Relations Act) провозглашает обязательства США относительно обеспечения безопасности острова.
Наша справка. Этот закон был принят конгрессом США в 1979 году, заменив действовавший ранее двусторонний «Китайско-американский договор о взаимной обороне». В тот период Вашингтон по своим геополитическим соображениям в условиях холодной войны против СССР изменил вектор американо-китайских отношений в пользу КНР и разорвал дипломатические отношения с Тайванем. В этом законодательном акте также декларирована приверженность США «политике одного Китая». Но фактически доверительные отношения между Вашингтоном и Тайбэем сохранены. Закон 1979 года установил обязательства США по предоставлению оборонительных средств и услуг острову, в том числе в случае внешних угроз для безопасности социальной и/или экономической системы острова.
Следует отметить, что по меркам небольшого государства Тайвань содержит весьма боеспособную, хотя и компактную армию. По данным справочника The Military Balance, вооружённые силы Тайваня включают сухопутные войска (88 тыс. человек), военно-воздушные (35 тыс.) и военно-морские (40 тыс.) силы. В период угрозы резервные формирования разворачиваются до штатов военного времени и после завершения мобилизации могут насчитывать более 450 тыс. человек.
Согласно официальной позиции КНР, поддерживаемой большинством стран, включая Россию, Тайвань с населением в 23 миллиона человек считается одной из китайских провинций
Ядро ВВС составляют эскадрильи, имеющие в своём распоряжении около 110 американских многоцелевых истребителей F-16, примерно столько же истребителей AIDC F-CK-1 национального производства (местная копия F-16) и 46 французских Mirage 2000. В силах ПВО – семь дивизионов ЗРК Patriot и шесть дивизионов ЗРК Sky Bow (национальная разработка). В последние годы на острове продвинулись в разработке ракетных технологий (крылатые ракеты морского, наземного и воздушного базирования, сверхзвуковая противокорабельная ракета, зенитная ракета).
Но, разумеется, военный потенциал Тайваня не идёт ни в какое сравнение с растущими возможностями Народно-освободительной армии Китая. Этот очевидный факт признают западные эксперты, отдающие себе отчёт в том, что военная поддержка США критически важна для администрации острова.
В период так называемого Третьего кризиса в Тайваньском проливе весной 1996 года президент США Билл Клинтон принял решение о направлении в зону Тайваньского пролива двух авианосных групп с целью продемонстрировать поддержку Тайваня. Тогда одна АУГ во главе с авианосцем «Нимиц» прошла Тайваньским проливом, а вторая во главе с авианосцем «Индепенденс» оставалась в международных водах к востоку от Тайваня.
Но сегодня соотношение сил уже иное. Бывший офицер британского королевского флота Александр Вули написал недавно в американском журнале Foreign Policy по этому поводу:
«XXI век не жалует огромный надводный флот США. Америка рассчитывала опередить военно-морские силы других стран передовыми разработками и технологиями, но значительно отстала. И теперь осталась с кораблями, которые с трудом справляются с самыми примитивными функциями: «держаться на плаву, двигаться и сражаться». Были сокращены целые классы, одни корабли списаны досрочно, а другие годами ждут ремонта. <…>
Десятилетия неудач американского судостроения долгое время маскировались отсутствием фактически равных противников. Но сегодня управление военно-морской разведки ВМС США (Office of Naval Intelligence, ONI) пришло к выводу, что в распоряжении у Китая имеется крупнейший военно-морской флот в мире – к концу 2020 года у него было примерно 360 боевых кораблей по сравнению с 297 у США. По прогнозам разведки, к 2025 году у Китая будет 400 боевых кораблей, а к 2030 году – все 425. Что ещё тревожнее для американских стратегов – это то, что китайские военные корабли становятся всё более боеспособными, навёрстывая разрыв в качестве, традиционный источник уверенности США в собственных силах перед новыми противниками…»
Тем не менее военная машина США, чей авторитет в мире значительно подорван афганским фиаско, пытается «играть мускулами». 3 октября министерство обороны США объявило о проведении в Южно-Китайском море у берегов Филиппин всего в семистах километрах от Тайваня крупных манёвров с целью демонстрации концепции «свободы судоходства в международных водах». В учении участвовала группировка боевых кораблей из флотов шести государств во главе с двумя американскими авианосцами класса «Нимиц» («Карл Винсон» и «Рональд Рейган»), британским авианосцем «Королева Елизавета» и японским вертолётоносцем «Исэ». Всего в манёврах участвовало 17 кораблей, в том числе из Канады, Нидерландов и Новой Зеландии.
В этих условиях НОАК направила к Тайваню боевые самолёты. В течение четырёх дней, с 1 по 4 октября, десятки истребителей и бомбардировщиков совершали полёты в районах между островом Тайвань и островами Дунша в Южно-Китайском море и входили в зону идентификации ПВО (ADIZ) Тайваня. В общей сложности в этой операции было задействовано, как отмечали информагентства, около полутора сотен самолётов, в том числе стратегические бомбардировщики H-6. Комментируя проведение этого учения, МИД Китая заявило, что оно является серьёзным предупреждением как для тайваньских сепаратистов, так и для их иностранных сторонников.