Приоритет отдан совершенствованию сил ядерного сдерживания и новым информационным технологиям.
В отличие от целеустремленной футбольной тактики, приведшей национальную команду к блестящей и заслуженной победе на только что завершившемся в России чемпионате мира, военная политика Франции в последние годы не столь бесспорна. И, надо полагать, изменить эту ситуацию призван закон о военном развитии страны на 2019–2025 годы, подписанный президентом Франции Эммануэлем Макроном на прошлой неделе.
Совершенно очевидно, что его разработчики постарались максимально учесть существующие в стране мнения относительно национальной военной политики. Так, в нём подтверждена приверженность Франции Североатлантическому альянсу, его курсу на повышение своего военного потенциала.
«НАТО является подлинной необходимостью для обеспечения безопасности европейцев, – сказал Эммануэль Макрон на встрече в министерстве национальной обороны, состоявшейся в прошедшую пятницу после подписания им нового закона. – Нам необходим сильный альянс, на недавнем саммите НАТО в Брюсселе мы напомнили об этом стремлении, подтвердив при этом свое единство. Причём это должен быть такой альянс, в котором Европа займёт больше места, именно об этом мы договорились с нашим главным американским партнёром».
Что касается конкретного выражения в законе этой линии, то она проявлена прежде всего в решении об увеличении военных расходов, как того требуют от своих европейских союзников Соединённые Штаты. В следующем году правительство Франции намерено увеличить оборонный бюджет страны на 1,7 млрд евро, и он составит 35,9 млрд евро. В целом же на военные цели в 2019 – 2025 годах планируется выделить 285 млрд евро, и тем самым доля оборонной сферы Франции возрастёт до 2 процентов ВВП.
В то же время на содержании принятого закона о военном развитии Франции сказалась, как считают многие эксперты, и позиция тех политических сил, что выступают за независимую политику в области обороны и безопасности. Она не нова и известна ещё с времён президента Шарля де Голля, когда страна вышла из военной организации НАТО, оставшись участницей лишь политической структуры альянса.
С годами значимость такой внешнеполитической линии в глазах французской элиты значительно девальвировалась, и сторонники евроатлантической солидарности полностью вернули страну в НАТО в 2009 году. Однако сегодня сторонники курса генерала де Голля вновь набирают силу. По их мнению, политика альянса не в полной мере отвечает национальным интересам страны, поэтому Франции необходимо подтвердить свою стратегическую независимость от решений натовской штаб-квартиры.
Считается, что лагерь «голлистов-антинатовцев» по-прежнему силён в офицерском корпусе. И Эммануэль Макрон, видимо, не может не учитывать таких настроений. Во всяком случае, выступая в министерстве обороны он неоднократно подчёркивал, что хотел бы видеть большую независимость Франции в вопросах обороны и обещал обеспечить вооружённые силы всем необходимым. «В течение этого года я много раз встречался с вами. Каждый раз вы делились своим энтузиазмом, своей приверженностью, своими задачами, жизнью солдат. Вы безошибочно объяснили свои трудности, ваши ожидания, особенно связанные с условиями жизни», – сказал французский президент. И добавил, что новый закон позволяет «рассматривать трудности прошлого, улучшать настоящее и готовиться к будущему нашей страны, предоставляя ей средства для защиты».
Согласно новому закону о военном развитии страны французскую армию ожидает глубокая модернизация. При этом приоритет отдан совершенствованию сил ядерного сдерживания, которые обладают примерно 300 ядерными боезарядами, размещёнными на четырёх атомных подводных лодках. Кроме того, на вооружении состоят ещё около 60 ракет класса «воздух – земля» с ядерными боеголовками. Из бюджета министерства обороны намечено выделять на «ядерную модернизацию» до 10 процентов годовых расходов с 2019 по 2025 год.
Париж уже приступил к проектированию новых атомных подводных лодок (SNLE-3G), первые из которых войдут в состав стратегических ядерных сил в конце 2020-х – начале 2030-х годов. Также планируется постепенное снятие с вооружения отслуживших три десятка лет самолётов «Мираж -2000Н». Их заменят многоцелевые истребители четвёртого поколения «Рафаль-Б». К 2020 году они станут единственными носителями ядерных ракет «воздух – земля» ASMP-A (дальность полёта – до 300 км, боезаряд 100 – 300 килотонн). А в 2035 году Франция намерена принять на вооружение ракеты ASN4G воздушного базирования, выполненные на основе «стелс» и гиперзвуковых технологий.
Говоря о новых технологиях и сферах вооружённой борьбы, президент Франции обратил внимание и на космос. «Франция всегда шла в первых рядах стран, осваивавших космическое пространство и использовавших его, в том числе и в оборонных целях. Сегодня эта сфера играет для нас решающую роль в обеспечении операций. Она обладает огромным потенциалом, но в то же время космическая сфера порождает и конфликты, – поэтому она, как и область киберобороны, представляет собой крупнейший вызов для национальной безопасности», – заявил на той же встрече в министерстве обороны Макрон. И подчеркнул, что уже в ближайшие годы Франция разработает космическую оборонную стратегию.
Что же касается киберобороны, то новый закон, по словам Макрона, предусматривает усиление деятельности вооружённых сил по предвидению ситуации, разведке, анализу информации, защите систем вооружения и других действий в сфере кибербезопасности. В прошлом году Париж уже создал объединённое киберкомандование численностью 2,6 тысячи человек. На него возложена задача не только отражать кибернападения, но и организовывать их. Оно будет осуществлять сбор информации (идентификация уязвимых мест информационных сетей, обнаружение действий других государств в киберпространстве), обеспечивать электронные способы защиты информации, а также осуществлять «информационные наступательные действия».
«Во время войны киберармия может дать полноценный либо частичный отпор вооружённой агрессии – будь это кибератака или любая другая форма», – отмечают в министерстве обороны Франции. Там считают, что французская армия должна быть способна «внедриться во вражеские системы либо сети, чтобы нанести ущерб, вызвать перебои в их функционировании, а также нейтрализовать на временной либо постоянной основе». Предполагается, что к 2019 году численность кибервойск увеличится до 4,4 тысячи человек.
Во Франции к 2019 году численность кибервойск увеличится до 4,4 тысячи человек
Широкой модернизации будут подвергнуты, согласно новому закону о военном развитии страны, все виды вооружённых сил. Так, в сухопутных войсках будет ускорена программа «Скорпион», которая началась уже несколько лет назад и целью которой является создание новых образцов вооружения, а также разработка систем связи и управления. Некоторые направления этой программы уже дали определённые результаты. Так, текущее развитие боевой экипировки FÉLIN и некоторых других современных средств, используемых войсками, ведётся именно в рамках программы «Скорпион». А к 2025 году в войска будут поставлены 50 процентов заказанных новых многоцелевых бронированных машин типа «Гриффон», «Ягуар» и «Леже».
ВВС Франции получат 28 новых многоцелевых истребителей «Рафаль», беспилотники и 55 модернизированных самолётов «Мираж-2000». Число самолётов-заправщиков к 2025 году будет увеличено до 15.
В боевой состав ВМС Франции будут приняты три многоцелевых фрегата FREMM (водоизмещение – 5800 тонн) и два фрегата FTI (4250 тонн), а также начнётся замена ныне действующих шести многоцелевых атомных субмарин типа «Рюби» («Rubis») на подлодки типа «Барракуда». Первая такая лодка была заказана в 2006 году. На вооружение она должна поступить в 2020 году. А последнюю, шестую, подлодку ожидают в 2028 году. Эти лодки призваны обеспечивать развёртывание стратегических подводных сил и авианосной ударной группировки. Лодки также могут наносить удары по наземным целям при помощи крылатых ракет с дальностью порядка 1000 км.
Обновления не обойдут стороной и личный состав вооружённых сил Франции. Переживавший несколько сокращений в последние годы, он будет увеличен на 6 тысяч человек, и общее количество французских военнослужащих составит 275 тысяч. При этом расходы на улучшение условий службы и жизни военнослужащих будут увеличены на 14 процентов. Также объявлено о возобновлении всеобщей воинской повинности.
О возвращении призыва в армию Эммануэль Макрон говорил ещё во время, когда боролся за президентское кресло. Выступая на митинге в апреле 2017 года, он заявил: «Армия содействует сплочению общества. Считаю необходимым ввести в стране обязательные одномесячные военные сборы для молодёжи в возрасте 18 – 21 года. Именно это позволит, в частности, восстановить связи между различными частями нашего общества, содействовать уважению республиканских ценностей, ознакомить молодёжь с армией». И добавил: «Те, кто не намерен воспринимать это всё всерьёз, сильно ошибаются, потому что именно таким образом формируются патриоты своей страны».
Интересно, что сам Макрон стал первым французским президентом, не служившим в армии. Как он признался, из-за реформирования армии в 1990-х ему не удалось отдать свой долг. «Я принадлежу к тому поколению француженок и французов, чьё вступление во взрослую жизнь было неразрывно связано с профессионализацией нашей армии и приостановлением призыва на военную службу, – заявил Макрон. – Поэтому я не мог нести свою военную службу».
По официальным оценкам, программа всеобщей национальной службы во Франции потребует 1,5 млрд евро ежегодно. Но если французы хотят иметь сильную современную армию, им, говорят в Париже, придётся поддержать эти расходы. Как отметила в этой связи министр обороны Франции Флоранс Парли, реализация нового закона о военном развитии позволит построить современную, способную вести длительные самостоятельные боевые действия, обороноспособную армию, которая обеспечит стране возможность оставаться самой собой.