Кинологи из отдельной роты разминирования соединения инженерных войск России обеспечили безопасность ключевого объекта российской группировки в Сирии – авиабазы Хмеймим.
Во многих населённых пунктах Сирии, освобождённых от бандитских формирований, сейчас активно идёт работа по зачистке от взрывоопасных предметов. Её итогом уже стало обнаружение и ликвидация десятков тысяч смертоносных сюрпризов, проверка сотен километров дорог, тысяч зданий и сооружений. Нельзя не отметить, что миссию гуманитарного разминирования достойно выполняют специалисты сирийской армии, в том числе и те, которых подготовили военные инженеры из России на базе развёрнутого в САР филиала Международного противоминного центра Вооружённых Сил РФ.
Однако у личного состава инженерно-сапёрных подразделений российской группировки в Сирии работы тоже хватает. В зоне их приоритетного внимания – обеспечение безопасности наших военных баз. При этом результативность такого труда измеряется не столько количеством обезвреженных взрывоопасных предметов, сколько надёжностью созданного в местах дислокации наших объектов пояса охраны и обороны, созданной для специалистов возможностью выполнять свои обязанности без риска подорваться на мине или фугасе.
Когда нюх – оружие
Особую роль в выполнении служебно-боевых задач в составе инженерно-разведывательных дозоров сыграли вожатые минно-разыскных собак. Исполняющий обязанности командира инженерной бригады гвардии подполковник Фарид Абдразаков среди особо отличившихся в ходе командировок в Сирию военнослужащих своего соединения в числе первых называет гвардии сержанта Альберта Субханкулова и гвардии младшего сержанта Владимира Лукьянова.
Оба специалисты-кинологи, оба не первый год в армии, оба на контракте. Кстати, после возвращения из Сирии в бригаде, ради интереса всё посчитав, выяснили, что за две сирийские командировки эти сержанты, действуя в составе инженерно-разведывательных дозоров, прошли по маршрутам патрулирования не менее 5,5 тысячи километров! И всё под палящим ближневосточным солнцем, в полной боевой экипировке…
– Сказать, что Альберт Субханкулов – просто хороший специалист, будет мало, – отзывается о 32-летнем сержанте-контрактнике его бывший (в период сирийской командировки) командир гвардии старший лейтенант Павел Слободченко. – Считаю его мастером своего дела, да что там – лучшим из кинологов в нашей бригаде.
Альберт Субханкулов за шесть месяцев обучения в 66-м Межвидовом методическом учебном центре инженерных войск Вооружённых Сил РФ сумел подготовить из своего пса Жамала не просто минно-разыскную собаку-ищейку, а верного и преданного друга. Даже голодным, страдающим от жажды, этот пёс не станет есть и пить из рук чужого без команды хозяина. Кстати, для собаководов крайне важно так подготовить своего подопечного, чтобы никто из посторонних не мог его отравить и вывести из строя. Субханкулову удалось привить своему питомцу подобный навык.
Кроме того, в бригаде многие считают, что Альберту удалось подготовить не просто грамотную, а мыслящую собаку. Жамал – любимец многих. В какой-то степени хозяину повезло и с породой своего питомца: бельгийские овчарки очень способные, смышлёные животные, практически идеальны для дрессировки. Но главное, конечно, – большой труд кинолога, его терпение, нацеленность на результат.
В Сирии сержант Субханкулов выполнял задачи по обеспечению безопасности так называемого внутреннего пояса охраны авиабазы Хмеймим. Самым трудным, говорит он, было сохранять ежедневную бдительность, осмотрительность и настороженность на привычном, хорошо знакомом маршруте патрулирования. Кстати, несмотря на удаление от районов прямого противостояния с террористами, опасность могла подстерегать и здесь, далеко от застав и блокпостов сирийской армии. Бывали ситуации, когда даже в районе авиабазы сапёры находили тайники с оружием или взрывоопасные предметы.
Так случилось во время одного из плановых выходов инженерно-разведывательного дозора. В ходе осмотра территории и объектов бывшего аэропорта сержант Альберт Субханкулов вместе со своим Жамалом обнаружил гранату Ф-1 с ввинченным в неё запалом УЗРГМ-2. Боеприпас был кем-то припрятан в живой изгороди у входа в здание бывшего терминала. Как граната туда попала – осталась со времён былого военного конфликта или была доставлена позднее и предназначалась для устройства мины-«растяжки», загадка. Важнее то, что бдительность сапёра-кинолога и его питомца помогла предотвратить возможную трагедию.
Вожатые минно-разыскных собак сыграли особую роль в выполнении служебно-боевых задач в составе инженерно-разведывательных дозоров
Они идут первыми
…Любой, кто когда-то бывал на передовой, кто не понаслышке знает о работе инженерно-сапёрных подразделений в прифронтовой зоне или в других особых условиях, подтвердит: сапёр-кинолог с хорошо обученной собакой – настоящий оберег для инженерной разведки. Да, в этих войсках в последние годы появилось немало технологических новинок, устройств, работающих на инновационных принципах. Прогресс не стоит на месте. И особенно в инженерных войсках, в которых даже по названию предполагается упор на техническую составляющую. И всё же…
– Альберт Субханкулов с его Жамалом вселяли в нас даже больше уверенности, чем современная электронная аппаратура, – откровенно признаётся старший лейтенант Павел Слободченко. – Запомнился случай, когда прямо на моих глазах они в зоне ответственности нашего блокпоста обнаружили заботливо присыпанный землёй тайник. В нём оказались промасленный свёрток с двумя 7,62-мм автоматами АКМ и «цинк» с боеприпасами. Таким образом была ликвидирована закладка, предположительно устроенная террористами.
Павел Слободченко, как уже было сказано выше, командуя инженерно-сапёрным взводом, был прямым начальником Альберта Субханкулова в его первую командировку в Сирию в августе – ноябре 2017 года. Тогда они выполняли задачи на авиабазе Хмеймим. «Три с половиной месяца мы с ним поработали вместе, и за это относительно короткое время он запомнился мне как настоящий профессионал, – отмечает офицер. – Альберт не просто грамотный кинолог – он знаток своего дела».
Другой офицер соединения – командир инженерно-сапёрной роты гвардии капитан Артур Калимуллин был с нашим героем в командировке в Хмеймиме уже в этом году, с начала мая до конца августа. Сержанта Субханкулова вновь назначили старшим вожатым служебных собак.
– Расчёт Альберта Субханкулова входил в отделение гвардии сержанта Вадима Галимханова, заместителя командира инженерно-штурмового взвода, – говорит капитан Калимуллин. – Признаюсь: иной раз приходилось нагружать Альберта и его Жамала до предела. Но другого выхода не было. Он и сам отличный специалист, и собака у него прекрасно подготовленная. На таких вся надежда. Вместе они работали порой по пять часов в день, действуя в составе инженерно-разведывательных дозоров. Выполняли и множество сопутствующих задач.
Одна из таких задач оказалась не вполне рядовой. Тогда на авиабазу Хмеймим доставили образцы захваченной у игиловцев боевой техники и вооружения. Эти трофеи предназначались для отправки в Россию и позже стали экспонатами выставки, организованной в подмосковном парке «Патриот». К слову, ознакомиться с оружием и боевыми средствами, которые использовались террористами в период активных боёв с сирийской армией, сегодня может любой желающий. Именно расчёту сержанта Альберта Субханкулова с его верным Жамалом было поручено проверить всё это на наличие взрывоопасных предметов – тех же неразорвавшихся боеприпасов, гранат, самодельных фугасов. Сохраняющие опасность трофеи не должны были попасть в Россию ни при каких обстоятельствах. И они к нам не попали благодаря профессиональной работе сапёров и конечно же острому нюху их верных помощников.
Атакует жара
В Сирии, как вспоминают многие участники контртеррористической операции, помимо трудностей, сопутствующих району боевых действий, давали о себе знать и проблемы иного свойства. И прежде всего погода. Как правило, более всего изнуряли жара, духота, истинное пекло. Пожалуй, сапёров это касалось больше всего, ведь работать им приходилось преимущественно на открытой местности, под палящим солнцем.
Так получилось, что у Альберта Субханкулова обе его сирийские командировки пришлись на самое тяжёлое с точки зрения погодно-климатических условий время – разгар лета.
Одним из командиров групп инженерно-разведывательного дозора вместе с Альбертом был заместитель командира взвода из того же инженерного соединения гвардии сержант Азат Исмагилов.
– Жаре мы противостояли следующим образом: проверку территории начинали в 5 часов утра, а то и раньше, когда температура ещё была терпимой, – вспоминает Азат. – Следующий выход – ближе к вечеру, когда шкала на термометре хоть немного опускалась. Так могли продуктивно работать и мы, и служебные собаки.
Отметим, что, несмотря на сложные условия, сапёры обследовали периметр авиабазы регулярно, пристрастно, со всех сторон, не исключая ни одного уголка. Пропустить что-то – себе дороже, ведь невнимательность в сапёрном деле стоит особенно дорого…
Протяжённость маршрута патрулирования превышала 12 километров. Проверка предпринималась дважды в день – значит, умножай этот километраж на два. Шли в бронежилетах, кевларовых касках от «Ратника», облачёнными в общевойсковые комплекты разминирования ОВР-2, который даже в облегчённом варианте изрядно оттягивает плечи. К тому же нужно было нести обязательный комплект необходимых для работы устройств: селективный переносной индукционный миноискатель ИМП-С либо переносной искатель неконтактных взрывных устройств «Коршун-2». Сапёры вспоминают, как, вернувшись в расположение и сняв с себя экипировку, буквально выкручивали майки от пота…
Естественно, что такая минно-разыскная работа нелегко давалась и четвероногим «сапёрам». Кстати, кинологи на маршруте нет-нет да и позволяли своим питомцам отдохнуть, щедро поили их из бутылок. А в оборудованных в пункте временной дислокации вольерах по пять раз в сутки устраивали им освежающий душ.
Гвардии сержант Альберт Субханкулов за проявленные мужество, отвагу, высокий профессионализм при выполнении задач по обнаружению и обезвреживанию взрывоопасных предметов на местности и объектах удостоен одной из самых почитаемых среди сапёров наград – ведомственной медали Минобороны России «За разминирование».
На расстоянии поводка
Старший вожатый служебных собак гвардии младший сержант Владимир Лукьянов служит в отделении минно-разыскной службы отдельной роты разминирования этого инженерного соединения с 2013 года. Начинал здесь ещё срочником, а после прохождения военной службы по призыву решил заключить контракт. Четыре года назад в подмосковном Николо-Урюпине прошёл восьмимесячные курсы по дрессировке и применению служебных собак, стал профессиональным кинологом.
Немецкая овчарка Багира досталась Владимиру после расформирования кинологического подразделения в одной из воинских частей в Юрге. С ней он и отправился в Сирию.
Специальные задачи младшему сержанту довелось здесь решать в качестве специалиста инженерно-сапёрного подразделения, работать в интересах авиаторов. По сути, как раз сапёры встали заслоном на пути возможного проникновения на территорию аэродрома террористов.
Багира, несмотря на свой солидный для собаки семилетний возраст, стойко перенесла испытание перелётом в самолёте военно-транспортной авиации, не испугалась в Сирии и жаркого климата. Как оценивает её работу хозяин, трудилась в своей сирийской командировке весьма достойно. Владимир, кстати, как и другие вожатые минно-разыскных собак, относился к своему питомцу заботливо. Не зря же говорят, что кинолога с его подопечным объединяет некое незримое родство. И, наверное, не будет преувеличением утверждать, что в особой, боевой обстановке такая дружба только крепнет.
Хозяин не просто кормил и поил свою Багиру. Как и все, регулярно устраивал ей освежающую помывку под импровизированным душем, расчёсывал, следил за состоянием шерсти, кожи, лап. Это ведь тоже обязанность кинолога. Что говорить: бывало и такое, что военнослужащим приходилось ночевать в питомнике неподалёку от своих подопечных. С разрешения командования кинологи сколотили у вольеров что-то вроде топчанов, где обычно и находились в свободное время. А что делать, если собака волнуется, скулит, ищет хозяина? Только когда он рядом, успокаивается, отдыхает. Кстати, так же, как Лукьянов, поступали Азат Исмагилов, Альберт Субханкулов…
Во главе инженерно-разведывательного дозора кинолог Владимир Лукьянов каждый день проверял порученный ему участок территории, отвечал за обеспечение безопасности, за поиск и обезвреживание мин, фугасов, самодельных взрывных устройств на территории авиабазы и ближайших подступах к ней. Осмотру подлежали как периметр аэродрома, так и бетонка ВПП, стоянки самолётов и вертолётов.
Вокруг аэродрома, куда ни кинь взгляд, поросшие травой и кустарником степные просторы. И в жару, и в горячую песчаную бурю (её здесь зовут хамсин) сибиряк из города Ужур Красноярского края Владимир Лукьянов каждый день скрупулёзно проверял окрестности и территорию объекта. В основном обходилось без инцидентов, но опасные ситуации всё же случались
Так, именно младшему сержанту Лукьянову и его подчинённым было поручено осмотреть сбитые нашими зенитчиками, а точнее расчётами комплексов «Панцирь», самодельные беспилотные летательные аппараты террористов. Этими самопальными БПЛА бандиты пытались прощупать на прочность оборону нашей авиабазы, её способность отразить возможное нападение. Прощупали. Обломки беспилотников, сбитых огнём наших зенитных ракетно-пушечных комплексов, рухнули во внутреннем кольце безопасности авиабазы. Вместе с личным составом российской военной полиции сапёры обследовали залётных гостей, при этом им пришлось обезвреживать остатки взрывных устройств, находившихся на борту. Привести в действие свои «летающие фугасы» бандиты так и не сумели.
За успешную боевую работу и проявленные в ходе выполнения задач в САР отличие, отвагу и самоотверженность кинолог из инженерной бригады ЦВО награждён медалью «Участнику военной операции в Сирии».
Говорят, что кинолога с его подопечным объединяет некое незримое родство. Не будет преувеличением утверждать, что в экстремальных условиях боевой обстановки такая дружба только крепнет
На базе всё спокойно
Гвардии младший сержант Владимир Лукьянов так характеризует свою службу в Сирии:
– Нашу авиабазу Хмеймим кто-то в шутку на российский манер назвал «Химки» – в честь подмосковного города. Считаю, что это сравнение доброе. Хоть в наших сирийских «Химках» «подмосковные вечера» тихими не были: рокот турбин боевых и транспортных самолётов, взлёты-посадки, какое-то постоянное движение. Но безопасность тем не менее была обеспечена на высоком, «подмосковном» уровне. Думаю, в какой-то степени это и наша заслуга.
…Мало кто знает, что в 1943 году в Великобритании была учреждена высшая воинская награда для животных – медаль Марии Дикин, названная так по имени основательницы благотворительной организации помощи животным. В числе прочих этот почётный знак получили и несколько собак. Некоторые из них, к примеру, были отмечены за помощь в поиске людей, погребённых под завалами зданий в результате налётов фашистской авиации на Лондон. В начале 2002 года медаль была вручена сразу трём собакам за их роль в поисково-спасательных операциях после терактов в Нью-Йорке и Вашингтоне 11 сентября 2001 года. А бельгийская овчарка Дизель, погибшая при исполнении обязанностей в ходе спецоперации по поиску и ликвидации исламских террористов, устроивших теракты в Париже 13 ноября 2015 года, получила свою награду посмертно.
Конечно, для тех четвероногих «солдат», несущих службу в наших инженерных войсках в качестве собак минно-разыскной службы, такого рода наград не предусмотрено. Они довольствуются малым – добрым словом своего хозяина, его ласковым жестом, одобрительным взглядом. И если бы животные могли говорить, они бы, наверное, признались, что большего им и не надо…