Вооружённые силы США безуспешно пытаются установить контроль над Ормузским проливом
Военное противостояние между США и Ираном затягивается, что негативно сказывается на всём Ближневосточном регионе и на ситуации на мировых рынках энергоносителей. Почему ведущая держава Запада не смогла достичь поставленных целей и насколько вероятно дальнейшее расширение конфликта, рассказал доцент кафедры прикладного анализа международных проблем Дипломатической академии МГИМО МИД России Иван СУРМА.
– Иван Викторович, пока нет никаких признаков урегулирования американо-иранского конфликта. Более того, в последние дни наблюдалась его очередная эскалация…
– Вы правы. В начале сентября интенсивность обмена ударами между США и Ираном заметно возросла. Американцы подвергли атакам с воздуха прибрежные города вдоль южного побережья Ирана, включая Конарак, Бендер-Аббас, Джаск, Асалуйе, а в юго-западной провинции Хузестан – окрестности городов Ахваз и Агаджари. Удары нанесены и по нескольким иранским танкерам. Как заявили в центральном командовании вооружённых сил США, целью ударов стали иранские системы ПВО, радиолокационные станции, узлы связи, средства постановки морских мин. Замысел Пентагона понятен: лишить иранское военное командование возможности отслеживать судоходство в Ормузском проливе и наносить удары по кораблям, в том числе танкерам и газовозам. Эти американские удары привели к жертвам среди гражданского населения Ирана, что Пентагон особо не заботит. Так, американская ракета поразила дом в провинции Хормозган, где проходила свадебная церемония.
В ответ Иран нанёс удары по американским военным объектам в Иордании, Бахрейне, Кувейте и Ираке. Использовались как ракеты, так и дроны. Обстрелу подверглись и американские боевые корабли, находящиеся в Ормузском проливе. В связи с этим американский президент в очередной раз пригрозил Ирану уничтожением. В свою очередь первый вице-президент Ирана Мохаммад Реза Ареф предупредил, что ответ его страны будет асимметричным и многоуровневым, и призвал американских граждан начать думать о том, как запастись бензином. По его словам, американскую экономику ожидают тёмные месяцы.
– Война уже негативно отразилась на внутриполитической ситуации в США…
– Да. В американском обществе всё больше растёт недовольство продолжением этого конфликта. Согласно опросам, проведённым в конце августа, лишь 31 процент граждан одобряет войну, а 63 процента не одобряют. 40 процентов опрошенных американцев считают, что конфликт сделает США менее безопасными в долгосрочной перспективе, и лишь 22 процента – более безопасными.
Около 90 процентов сторонников Демократической партии выступают против продолжения конфликта. Война, которую ведёт Трамп, считает сенатор-демократ Кирстен Джиллибранд, непопулярна и не имеет чёткой стратегии. Даже в стане республиканцев растёт усталость: среди умеренных республиканцев поддержка этой военной авантюры упала с 56 до 33 процентов. Американская газета «Нью-Йорк таймс» недавно откровенно написала, что война с Ираном обернулась военным провалом, катастрофической стратегической ошибкой и настоящим фарсом. «Плана по прекращению конфликта по-прежнему нет – есть лишь тщетная попытка отчаявшегося президента избежать горечи поражения», – считает это издание.
– Некоторые западные эксперты высказывают мнение, что Белый дом ошибся, рассчитывая добиться смены власти в Иране по аналогии с событиями 1953 года…
– Необходимо очень осторожно относиться к подобным параллелям. В 1953 году США и Великобритания действительно сыграли важную роль в операции, приведшей к свержению правительства премьер-министра Мохаммеда Моссадыка и укреплению власти шаха Мохаммеда Резы Пехлеви. Тогда ЦРУ США смогло организовать государственный переворот, подкупив ключевых высокопоставленных чиновников и генералов. Но механика событий 1953 года и современного противостояния принципиально различается.
– И всё же у переворота 1953 года и нынешней агрессии против Ирана есть общая особенность – стремление Запада контролировать иранскую нефть.
– Безусловно. Вашингтон хотел бы повторить свой успех, достигнутый в результате спецоперации в Каракасе. Но Иран – это не Венесуэла. Государственная система Исламской Республики накопила значительный опыт противодействия внешнему давлению. В поддержании стабильности этой системы возросла роль Корпуса стражей исламской революции. Поэтому можно говорить о своеобразном политическом и институциональном иммунитете системы. Ликвидация тех или иных руководителей сама по себе не обязательно приводит к распаду государства. Наоборот, в условиях внешней угрозы она может привести к консолидации населения.
– Явно недооценили в США и возможности иранских вооружённых сил…
– Именно так это и следует рассматривать. Иран на протяжении многих лет исходил из того, что в случае большой войны столкнётся с противником, который будет обладать подавляющим превосходством в авиации. Поэтому часть военной инфраструктуры строилась не для красивого парада и не для удобства мирного времени, а для выживания под ударами. Иран на протяжении десятилетий развивал систему защищённых объектов, включая подземные туннели и хранилища. В западной прессе и экспертной среде такие объекты иногда называют «ракетными городами». Их основная функция – обеспечить сохранение ракет и пусковых средств даже в условиях массированной воздушной кампании. Это также касается рассредоточенных складов, резервных командных пунктов.
Кроме того, иранская система оказалась способна адаптироваться к новым вызовам. Выработаны свои тактические приёмы. Хорошо известные сегодня беспилотники-камикадзе семейства «Шахед» служат не только для поражения наземных целей. Они заставляют противника включать радары, расходовать боеприпасы, раскрывать позиции ПВО. Ударные дроны применяются в сочетании с баллистическими и крылатыми ракетами, прокладывают им дорогу.
Идёт поиск эффективных средств борьбы с американскими кораблями, находящимися в Аравийском море. На днях удар с использованием противокорабельных баллистических ракет был нанесён по авианосной ударной группе во главе с авианосцем «Джордж Вашингтон», которому пришлось совершать ь манёвры уклонения. Западные эксперты полагают, что Иран применил ракеты «Халидж-Фарс» («Персидский залив»). Это модификация оперативно-тактической ракеты «Фатех-110», которую доработали, чтобы она могла поражать движущиеся надводные цели. Дальность – порядка 300 километров, масса боевой части – около 650 килограммов. Ракета атакует корабль по почти отвесной траектории в финальной фазе со сверхзвуковой скоростью (порядка 3 Махов).
Есть у Корпуса стражей исламской революции и более современная ракета – «Касем Басир», которая летит с гиперзвуковой скоростью (не менее 5 Махов) боеголовкой массой почти полтонны. Её максимальная дальность – около 1200 километров, но для эффективного применения она нуждается в целеуказании в реальном времени – спутниковом или воздушном.
Одиннадцать военных баз США в регионе получили серьёзные повреждения, устранение которых потребует более пяти миллиардов долларов
– Тем временем Соединённые Штаты несут потери, опустошаются их арсеналы…
– К концу июля войска использовали, по данным агентства «Рейтер», около 65 процентов зенитных ракет для ЗРК «Пэтриот», по меньшей мере на 38 процентов сократился арсенал ракет-перехватчиков THAAD. Осталась лишь треть от прежнего запаса крылатых ракет «Томагавк», примерно столько же израсходовано высокоточных ракет класса «воздух – земля» AGM-158 JASSM.
Чувствительный ущерб нанесён американской военной инфраструктуре на Ближнем Востоке. Одиннадцать военных баз США в регионе получили серьёзные повреждения, устранение которых потребует более пяти миллиардов долларов. Что касается в целом расходов, связанных с ведением боевых действий, то, по признанию главы Пентагона, они уже составили как минимум 40 миллиардов долларов. В указанную сумму входят затраты на боеприпасы, потерянную технику и восстановление объектов.
– Каков прогноз относительно сроков завершения военного конфликта?
– На днях этот вопрос задали и Дональду Трампу. Отвечая на него, он заявил, что ничего не может сказать на этот счёт, так как не знает, когда завершится противостояние с Ираном. При этом американский лидер выразил надежду на то, что конфликт будет урегулирован так, чтобы следующий президент США не был вынужден заниматься этой проблемой.
В Белом доме, вероятно, понимают, что нанесением авиационных ударов Иран не сломить. Наземная операция, о которой время от времени заходит речь в Пентагоне, сопряжена с очень высокими рисками и значительными потерями. Да американские сухопутные войска и не готовы сегодня к масштабной войне. Попытка блокировать Ормузский пролив и преподнести его изоляцию как победу над Ираном, по сути провалилась, но при этом спровоцировала мировой энергетический кризис.
Расчёты на «новую экономическую войну», которую США недавно объявили против Ирана, тоже вряд ли оправдаются. Конечно, вторичные санкции, которые США значительно расширили против организаций и стран, продолжающих торговать с Ираном, болезненно скажутся на ситуации в Исламской Республике, но её экономика выстоит.
На данный момент конфликт находится в подвешенном состоянии. Есть сообщения, что посредники в лице Катара, Омана и Пакистана работают над подготовкой очередного проекта соглашения между Ираном и США. Однако пока трудно сказать, к какому результату приведёт их работа, поскольку Трамп заявил, что США больше не заинтересованы в переговорах с Ираном о завершении вооружённого конфликта. По данным британской газеты «Файнэншл таймс», Белый дом всё же заинтересован в таких переговорах, но не намерен возвращаться к меморандуму о взаимопонимании, подписанному в июне. Вместо этого он будет добиваться более всеобъемлющего соглашения, которое должно охватить не только Ормузский пролив, но и ядерную программу Ирана.
Тегеран же настаивает на том, что Вашингтон должен прежде выполнить обязательства, изложенные в меморандуме о взаимопонимании, а уж потом говорить о неком новом соглашении. «Мяч давно на стороне США, – заявил официальный представитель МИД Ирана Эсмаил Багаи. – Вашингтон должен прекратить военные атаки, экономические санкции и морскую блокаду, если хочет урегулировать конфронтацию».