redstar.ru

A+ A A-
Этот народ победит... Фото автора.

За светлое будущее в Сирии воюют семьями – порой от мала до велика

Правительство Сирии и военно-служащие российского Центра по примирению враждующих сторон оказывают помощь семьям погибших, а также раненым и ставшим инвалидами бойцам вооружённых сил САР.

На этот раз наш гуманитарный конвой отправляется в населённый пункт Рами, который находится в Латакии, километрах в двадцати от Хмеймима. Задача военнослужащих Центра по примирению – доставить кресло-каталку и медикаменты ставшему инвалидом в результате полученного тяжёлого ранения военнослужащему сирийской армии Баси Мухамеду.
На выезде из города Джабла я вижу огромный стенд с фотографиями погибших воинов. В центре – изображение скорбно склонившего голову президента страны, видимо, читающего суру Священного Корана для покойных, выше – рядом с полумесяцем, в небесах, его умерший отец, а вокруг – портреты погибших воинов. Их здесь 51. Среди красивых мужественных солдат и офицеров вижу фотографию подростка. Войну с террористами ИГИЛ и боевиками незаконных вооружённых формирований дети ведут наравне со взрослыми. И они тоже получают ранения и тоже погибают…
На дорогах Сирии часто можно увидеть портреты погибших воинов. Пока их память увековечивают таким вот образом – в виде фотографий. А когда закончится война, тогда наверняка построят монументальные сооружения, но не это главное. Народ помнит и никогда не забудет своих павших воинов, тех, кто сражался за свою Родину – Сирийскую Арабскую Республику.
По дорогам Латакии ездить приятно, когда рядом с обочинами видишь зелёные деревья, красивые постройки, апельсиновые сады. Кажется, что война ушла отсюда давно и навсегда. Но о ней никто здесь не забывает. При въезде в Рами нас встречают местные жители и представители мухабарата. И вот мы подходим к домику, в котором живёт Баси Мухамед со своими родителями. С нами приехала также представительница общества соотечественников России «Надежда» из города Латакия. Она себя чувствует здесь как дома. Видно, уже бывала в этой семье. Женщина помогает нашему лейтенанту-переводчику Максиму. Пообщаться с военнослужащими Центра по примирению хотят многие местные жители.
Родители Баси Мухамеда очень рады приезду врачей.
– У него ещё не все извлечены осколки, – рассказывает нашему офицеру отец солдата-инвалида. – Вот посмотрите рентгеновские снимки.
Наши военные врачи внимательно их изучают, разговаривают между собой, а потом объясняют отцу Мухамеда, что в будущем возможно проведение операций, но пока они привезли все необходимые медикаменты и инвалидное кресло-каталку, чтобы его сын мог самостоятельно передвигаться по дому и возле него. Ему нужны покой, уход и забота. О том, что эти рекомендации будут исполнены как нельзя лучше, можно судить по заботливому и любящему выражению лица матери солдата. Она не отходит от него ни на минуту.


Кажется, что война ушла отсюда давно и навсегда. Но о ней никто здесь не забывает


Наши военные помогают усадить Мухамеда в кресло-каталку. Несколько минут он осваивается в нём, а потом на его лице появляется улыбка. Он оценил удобство кресла. Отец солдата прикладывает руку к сердцу, благодарит военных. А я смотрю на фотографию, висящую на стене. На снимке – молодой красивый офицер. Я уже догадался, что это погибший родственник. Может, тоже сын? Спрашиваю у нашего лейтенанта Максима, кто это.
– Это племянник, – переводит мне ответ хозяина дома Максим. – Он погиб…
Мама Мухамеда по-прежнему рядом с сыном. А отец приглашает всех приехавших на террасу у домика, он очень хочет угостить нас апельсинами. И вот уже расставлены стулья, столики. Апельсины тут изумительные. Растут рядом с домом. А за апельсиновыми деревьями находятся хозяйственные постройки, откуда раздаётся петушиный крик.
– Как у нас в деревне в солнечное сентябрьское утро, – говорит один из моих товарищей. – Именно в эту пору такой чистый и прозрачный воздух, и петушиный крик просто оглушает…
Увы, повторю ещё раз, мирные картины здесь не могут притупить бдительности ни сопровождающего нас мухабарата, ни нас самих…
Подхожу к Баси Мухамеду, чтобы сделать его фотографию вместе с родителями. Отец очень рад. Я делаю снимки, а Мухамед пожимает мне руку. Улыбка на его лице говорит обо всём сразу – и о его радости, и о надежде на скорое улучшение состояния здоровья. Руки и ноги целы, а осколки – их потом удалят, и, глядишь, встанет он на ноги на радость своей опечаленной матери, отца и всех собравшихся сегодня родственников и соседей.
Нам пора уезжать, но нас не хотят отпускать. Я беседую с военнослужащими из мухабарата – военной разведки Сирии. Али, ему 48 лет, приглашает меня в соседний дом. Он показывает портрет своего сына – лейтенанта республиканской гвардии, погибшего в Дамаске. Я его фотографирую на фоне портрета сына.
– А брат у меня, Мухаммад, ему 52 года, тяжело был ранен в руку в окрестностях Сальмы в провинции Латакия, – рассказывает Али.
Брат его находится рядом. Показывает мне израненную руку.
– Но я опять в строю, – говорит Мухаммад. – Из нашей семьи один мужчина погиб, а семь воюют.
– А велика ли семья? – спрашиваю, зная, что на Востоке в особом тоне принято задавать такие вопросы.
Но Мухаммад и Али отвечают без заминки:
– Двадцать два человека – наша семья.
– Значит, воюет каждый третий?
– Воюют все мужчины, – отвечает Али.
И этим всё сказано. За светлое будущее в Сирии воюют семьями – порой от мала до велика. И в том, что этот народ победит и выстоит, защищая свою родину, нет никаких сомнений.


Хмеймим, Сирия

Оставить комментарий

Поля, обозначенные звездочкой (*) обязательны для заполнения

«Красная звезда» © 1924-2017. Полное или частичное воспроизведение материалов сервера без ссылки и упоминания имени автора запрещено и является нарушением российского и международного законодательства.

Логин или Регистрация

Авторизация

Регистрация

Вы зарегистрированы!
или Отмена
Яндекс.Метрика