Осознанно, спокойно, профессионально

В числе тех, кто первым вступил в борьбу с COVID-19, врачи Военно-медицинской академии имени С.М. Кирова.

Начальник приёмно-диагностического отделения клиники инфекционных болезней ВМедА, кандидат медицинских наук Сергей КАРЯКИН:
– У врачей-инфекционистов всегда достаточно работы – поток пациентов этого профиля идёт постоянно, одна инфекция сменяет другую. Если же говорить о новом коронавирусе, то здесь особенностью борьбы с ним на первых порах стало его недостаточная изученность. Однако общие подходы в инфекционных болезнях формировались десятилетиями и во многом являются универсальными, поэтому к встрече с COVID-19 в целом были готовы.

По мере появления новых данных о COVID-19 стали более выверенными подходы к диагностике и лечению

Вообще люди, работающие в инфекционных стационарах, – врачи, медсёстры, младший медперсонал – идут сюда осознанно, понимая, что здесь и нагрузка достаточно большая, и другие нюансы присутствуют. Нарастающий поток пациентов – это объективная реальность для врачей-инфекционистов, когда происходит вспышка того или иного заболевания. Достаточно вспомнить свиной грипп в 2009–2010 годах. Это естественный процесс, которого, к сожалению, не избежать.
Если брать врачей-инфекционистов, то морально мы были готовы к встрече с новой коронавирусной инфекцией. Те же меры предосторожности при существующей опасности заражения для медперсонала привычны. Да, имели место определённые переживания, но всё-таки мы отнеслись к COVID-19 относительно спокойно – это наша работа.
Сложнее было врачам других специальностей – с такого рода пациентами в повседневной практике им встречаться не приходилось. На мой взгляд, здесь важна золотая середина. То есть не нужно относиться к опасности беспечно и пренебрегать обычными в таких случаях мерами профилактики заболевания. Они важны для любого человека. В то же время не надо впадать в паническое состояние, что может только усугубить ситуацию.
Впрочем, такой подход применим к любой инфекции.
В данном случае речь шла о том, что контроль мер профилактики был усилен. Отмечу и то, что со временем появились более совершенные и применимые в данном случае специальные защитные костюмы, что облегчало работу медперсонала: они были безопасны и в то же время более комфортны.
Нынешняя инфекция, безусловно, имеет особенности. Одно дело – поставить правильный диагноз на начальном этапе, и совсем другое – осуществлять лечение больного в дальнейшем. COVID-19 отличается от того же гриппа: эта инфекция растянута по времени, что даже для опытных врачей было необычно. Однако если возникали какие-то проблемы, то у нас они решались всем коллективом, мы приходили на помощь друг другу.
Отмечу, что по мере появления новых данных о COVID-19 стали более выверенными подходы к диагностике и лечению, был накоплен определённый опыт.
С каждым днём становилось легче бороться с этой инфекцией. Отмечу и лабораторную диагностику, которая сегодня ставит точку в поставленный врачом диагноз.

Заведующая отделением реанимации и интенсивной терапии кафедры и клиники инфекционных болезней ВМедА кандидат медицинских наук Елена КУДЕЛКА:
– Мы работаем с самого начала эпидемии без всякого перерыва: наша реанимация в академии единственная, постоянно задействованная на борьбу с этой инфекцией. Само название отделения говорит о том, что поступающие к нам тяжёлые больные нуждаются в интенсивной терапии, динамическом наблюдении, что невозможно обеспечить в условиях обычных отделений. Ведь по своей сути реанимация – это не лечение болезни: мы занимаемся лечением синдромов, а они что при коронавирусной инфекции, что при какой-то другой известны, и врачи были готовы к встрече с ними.
Специфика нашей работы заключается в том, что мы всегда в готовности принимать решения в конкретной экстренной ситуации. Кроме того, изначально настроены на то, что больной инфекционный и, значит, потенциально заразен. Ещё с советских времён в инфекционных реанимациях существовал правильный подход к ограничению перемещения пациента не в условиях стационара, а в условиях отдельно взятого отделения.
У нас в реанимации это позволяет сделать боксовая система.
Разве что психологически ситуация, может быть, несколько изменилась ввиду того, что тема новой вирусной инфекции COVID-19 получила широкое распространение в медиа и оказала мощное влияние на сознание людей. Да, у этой инфекции высокая летальность и чаще тяжёлые формы, чем при каких-либо других. Но мы в своей работе изначально нацелены на соблюдение всех правил, чтобы не навредить ни пациенту, ни медперсоналу.
Есть и такое наблюдение из повседневной практики. Если пациент относится к болезни отстранённо: «Я болен – лечите меня!», то результаты хуже. Иными словами, всегда положительно сказывается активное участие самого человека в лечении. В частности, у нас было несколько достаточно возрастных пациентов, которые именно так отнеслись
к своему заболеванию и успешно выздоровели. Вот вам пример из практики, 63-летний мужчина
у нас находился на неинвазивной (с применением ротоносовой маски, шлема, мундштука. – Ред.) вентиляции лёгких, у него был отягощённый анамнез, связанный с онкологией. Но когда заходила к нему в палату, вспоминала рассказ Джека Лондона «Любовь к жизни». Да, его глаза выдавали усталость, но человек был твёрдо уверен, что обязательно выживет. Так и случилось – он выписался. Мы уверены: успех лечения во многом предопределён не только работой медперсонала, но и настроем пациента. Это можно назвать примером взаимовыгодного сотрудничества врача и больного, которое очень важно при любом заболевании.
Всегда говорили, что есть три составляющие: пациент, медик и болезнь. Последние двое борются друг с другом, а побеждает тот, с кем объединяется пациент, – шансы на успех резко возрастают. В противном случае болезнь может взять верх.
Считаю, все мои коллеги с честью выдерживают нынешнее серьёзное испытание не только на профессионализм, но и на моральные качества. Да, накапливается усталость, так как объём работы сейчас выше прежнего среднестатистического и нынешняя интенсивность труда не может не сказываться. Но с возросшими нагрузками справляемся, текучки кадров,
в том числе и среди среднего медперсонала, нет.
Отдельно хочу отметить медицинских сестёр, потому что 90, а то и 99 процентов успеха связано как раз со средним медперсоналом. Врач может назначить лечение, спланировать использование каких-то передовых методик, но непосредственно их применением, работой с пациентом заняты медсёстры. Они у нас замечательные, за весь период эпидемии мы не только не потеряли ни одной медсестры, а, наоборот, сестринский персонал пополнился новыми квалифицированными специалистами. Считаю, что медицинские сёстры у нас лучшие не только в академии, но и в Санкт-Петербурге.

Санкт-Петербург

Олег ПОЧИНЮК, «Красная звезда»