основал школу танкостроения мирового уровня.
21 июля исполняется 100 лет со дня рождения советского конструктора бронетанковой техники, одного из основоположников послевоенного советского и российского танкостроения Леонида Карцева. О жизненном пути и важнейших разработках гениального конструктора с учётом недавно рассекреченных фактов – в нашем материале.
По перепутью жизненных дорог
На первый взгляд биография создателя уральской школы танкостроения выглядит как лубок, отличающийся простотой и доступностью образов. При этом легендарный конструктор оставил потомкам мемуары, в которых всё изложил простым слогом, с аргументацией, доказательствами, понятными даже неспециалисту.
Однако рассекреченные в наши дни документы, словно короткими мазками кисти художника, создают высокохудожественное полотно, повествующее о жизненном пути Карцева, связанном с немалыми трудностями, проблемами и гениальными решениями, казалось бы, неразрешимых задач. На этом фоне некоторые рассказанные конструктором эпизоды обретают совсем не благостное звучание. Леонид Николаевич Карцев не раз стоял на перепутье со сложным выбором дальнейшего жизненного маршрута.
Карцев первый самостоятельный, знаковый выбор сделал в сентябре 1939 года. После окончания средней школы он поступил в Ивановский энергетический институт имени Ленина, находившийся в ведении Наркомата электростанций и электропромышленности.
Пятилетний срок обучения в ИЭИ прервала Великая Отечественная война. С лета 1941 года почти половина студентов института (230 – по призыву, 35 – добровольцами) пополнили ряды Красной Армии.
В августе Леонида зачислили курсантом 3-го Саратовского танкового училища. Освоение новой технической специальности длилось немногим более года. 1 января 1943 года в военной приёмке на Горьковском автозаводе имени Молотова в должности старшего техника приступил к исполнению служебных обязанностей лейтенант Карцев, окончивший училище с отличием. В июле 1943 года молодого военпреда перевели на должность помощника командира роты по технической части в формируемый 1-й запасный танковый полк.
Фронтовая закалка
С января 1944 года Леонид Карцев в действующей армии. Боевую службу начал техником 1-го танкового батальона 45-й гвардейской танковой Гусятинской Краснознамённой орденов Суворова и Богдана Хмельницкого бригады 11-го гвардейского танкового корпуса 1-й гвардейской танковой армии.
В октябре в боевой характеристике гвардии техник-лейтенанта комбат гвардии капитан Блохин отметил: «Показал себя смелым, отважным офицером. В период доукомплектования б-на много внимания уделяет неисправностям танка и эксплуатации его в зимнее время, передавая свой опыт механикам-водителям».
Карцева назначают техником по ремонту боевых машин. В дальнейшем он служит заместителем командира зенитной роты по технической части. Там он весьма успешно держит своеобразный технический экзамен по умению самостоятельно изучать незнакомую технику. Роту укомплектовали десятью американскими зенитными самоходными установками М17. ЗСУ, созданная на базе полугусеничного бронетранспортёра М5, была вооружена турелью с четырьмя пулемётами калибра 12,7 мм.
О том, как прошло освоение новинки, в боевой характеристике Карцева отражено сухим канцелярским слогом: «В его роте имелось 10 американских бронетранспортёров. Личный состав с иностранной техникой не был знаком. Тов. Карцев понимает английский язык, сумел научить личный состав роты правильно использовать технику, и его машины прошли около 1500 км по боевому маршруту бригады, не имея ни одной вынужденной остановки».
Гвардейцы продолжали громить оккупантов. Вносил посильный вклад в победу и молодой офицер. Вот выписка из наградного листа на гвардии лейтенанта Карцева, техника по ремонту боевых машин: «Во время боевых действий бригады с 14 января 1945 года техник-лейтенант КАРЦЕВ Л.H. следовал в боевых порядках и несколько раз участвовал в боях с противником вместе с экипажем: так, например, 17 января 1945 г. в районе города Ново-Място экипаж гв. ст. сержанта Горелкина И.А. под руководством тех.лейтенанта Карцева Л.Н. приняли бой с противником в упор, в результате чего уничтожили: 1 бронемашину, 1 штабную машину, убили немецкого полковника, 15 солдат и офицера противника, взяли в плен одного офицера и 9 солдат противника.
В боях тех.лейтенант Карцев Л.H., несмотря на большие марши, мог организовать тех. обслуживание машинам роты, так, например, в районе гор. Кольберга 3 марта 1945 г. под вражеской бомбёжкой отремонтировал за несколько минут зенитную установку гв. ст. серж. Мидина, которая в этом бою сбила вражеский самолёт».
Формулировка «приняли бой с противником в упор» не совсем совпадает с местом ЗСУ в боевых порядках по Боевому уставу. Оказывается, командование частей нашло своеобразное по тем временам применение ЗСУ М17.
Поясним: формировалась смешанная тактическая группа, в которую входили несколько танков, М17 и транспортные средства для мотострелков. Укомплектованному таким образом подразделению ставилась задача на выполнение марша с последующим захватом цели – малой транспортной коммуникации или взводного опорного пункта противника. Танк подавляет, уничтожает артиллерийские, миномётные и пулемётные позиции. Цель ЗСУ М17 – пехота противника. Мотострелки обеспечивают защиту техники на ближних подступах к ней и завершают разгром врага.
Документы свидетельствуют: гвардии техник-лейтенант Карцев принимал участие в выполнении таких задач, был награждёт орденом Красной Звезды, медалями «За отвагу», «За взятие Берлина», «За победу над Германией».
Гвардеец, встретив Победу в Берлине, сделал в жизни очередной знаковый выбор. Командование одобрило его решение и направило на учёбу в академию.
Всего под руководством Карцева до уровня действующих опытных образцов было доведено около 30 изделий, в том числе девять запущены в серийное производство
С июня 1945 по декабрь 1949 года Леонид Карцев обучался на курсе инженерного танкового факультета Военной ордена Ленина академии бронетанковых и механизированных войск Советской Армии имени И.В. Сталина. Как показало время, вместе с ним обучались не менее талантливые офицеры. Забегая вперёд, отметим, что практически все они стали ведущими специалистами в области танкостроения.
Тому способствовало и такое обстоятельство. Многие сотрудники харьковского конструкторского бюро стремились после войны вернуться из Нижнего Тагила в Харьков. А государству необходимо было сохранить успешно действующий уральский бронетанковый кластер. Вот и решили подготовить специалистов для укрепления кадрового состава конструкторского бюро отдел 520 (ныне Уральское конструкторское бюро тяжёлого машиностроения на «Уралвагонзаводе») Танкового завода имени Сталина (завод № 183) в военной академии.
Уральская танковая Атлантида
24 октября 1949 года под председательством генерал-полковника танковых войск Павла Полубоярова решением Государственной экзаменационной комиссии Карцеву была присвоена квалификация военного инженера-механика. Он был удостоен диплома с отличием и золотой медали, которую, правда, вручили лишь 25 января 1952 года.
В декабре 1949 года выпускники академии начали трудовую деятельность в отделе 520. Леонида Карцева назначили инженером-конструктором в секторе трансмиссии.
С первых дней молодое пополнение зарекомендовало себя толковыми инженерами. Быстро втянувшись в конструкторскую работу, они ознакомились и с рядом факторов, так или иначе влияющих на перспективы их трудовой деятельности.
После окончания войны упоминания в газетах, на радио о военной промышленности практически сошли на нет. Завод № 183 – главная кузница по производству Т-34 – словно Атлантида, исчез из информационного поля. При этом в конце 1940-х годов предприятие попало в кризис с выпуском танка Т-54. На эту машину из войск слали поток рекламационных актов. В начале 1949 года правительственным решением производство Т-54 остановили. План по устранению конструктивных огрехов и конструкторских ошибок стал фактически перепроектированием машины.
В июле 1949 года директором завода назначили Ивана Окунева, который решал задачи, связанные не только с выводом танкового производства из кризиса. Тогда в СССР готовились к танковому перевооружению армии. Искали ответы на вопросы, где конструировать и на каких мощностях производить танки.
Историки сходятся во мнении: в те годы главный конструктор завода № 183 Александр Морозов потерял интерес к доработке Т-54. Танк для него служил своеобразным доказательством, что нижнетагильский завод с его кооперацией якобы на роль научно-технического центра танкостроения не пригоден. Морозов продумывал новый тип основного танка, чтобы предложить его проектирование и выпуск на заводе № 75 в Харькове, на который и необходимо реэвакуировать конструкторов.
Ставка на выпускников военной академии БТМВ оправдала себя полностью. При их участии был выполнен огромный объём работ по устранению замечаний к конструкции Т-54 и качеству его изготовления. «Пятьдесятчетвёрка» стала действительно серийной и достаточно надёжной машиной.
Леонид Карцев зарекомендовал себя не только толковым конструктором и активным рационализатором. Коллектив отдела признал его и как лидера, приходящего на помощь в решении житейских проблем, организатора спортивно-культурного досуга.
В октябре 1951 года Морозов уехал в Москву на операцию, а в декабре его назначили главным конструктором танкового КБ завода № 75 в Харькове. Это вызвало дополнительный кадровый отток из отдела 520. Освободившаяся должность главного конструктора завода имени Сталина, по сути, несколько месяцев была вакантной. 22 февраля 1952 года директор завода остановил выбор на Леониде Карцеве. Жива легенда, что Окунев так объяснил своё решение: «Мне нужен тот, у кого в глазах полыхают творческие замыслы, конструкторские идеи, кто стремится к новым успехам отдела, завода, за кем пойдут люди, а не отдыхающий на лаврах славы, предпочитающий спокойное житьё-бытьё».
1 марта 1953 года Карцева в возрасте 30 лет утвердили в должности. Здесь надо отметить, что в следующем году в должности заместителя главного конструктора по новой технике был утверждён его сокурсник и соавтор Валерий Венедиктов.
Гениальная простота
Молодой генконструктор в тематике работ КБ сделал ставку на эволюционное развитие. В начальном периоде именно поэтапная наработка конструкторского опыта с опорой на модернизацию Т-54 стала основой формирования нижнетагильской школы танкостроения. Это позволяло не сворачивать массовое производство уже выпускаемых машин. Многие найденные успешные технические решения в дальнейшем использовались при создании новых изделий. Проводимая поэтапная модернизация очень быстро дала положительный результат. В 1956 году была разработана документация, переданная на лицензионное производство Т-54А Польше, Чехословакии и Китаю.
Всего под руководством Карцева до уровня действующих опытных образцов было доведено около 30 изделий, в том числе девять запущены в серийное производство. По оценкам специалистов, под его руководством были созданы танки, ставшие знаковыми как в отечественном, так и в мировом танкостроении.
8 мая 1958 года принят на вооружение Т-55. Он стал первым отечественным серийным танком с автоматической системой защиты от оружия массового поражения. На нём реализовано техническое решение, позволившее значительно увеличить запас возимого топлива и боеприпасов.
12 августа 1961 года постановлением Совета министров СССР был принят на вооружение Т-62. Первый в мире серийный танк, вооружённый 115-мм гладкоствольной пушкой с мощным подкалиберным снарядом и с выбросом стреляных гильз из башни. На зарубежных машинах артиллерийские системы такого типа появились только через 18 лет.
Танки Т-54, Т-55 и Т-62 в 1950–1970-х годах составили основу танкового парка Советской Армии и поставлялись в десятки стран мира. В этих машинах в полной мере реализованы идеи Карцева о необходимости создавать машины простыми в конструктивном, технологическом плане и эксплуатации, но надёжными, с высокой боевой эффективностью и ремонтопригодностью. Вместе с тем Леонид Николаевич ориентировался и на производственные возможности завода в плане серийного выпуска изделий.
28 мая 1957 года вышло постановление СМ СССР о разработке танков с ракетным вооружением. Созданное в рамках ОКР «Дракон» на базе Т-62 «изделие 150» получило обозначение «истребитель танков ИТ-1». 3 сентября 1968 года машину приняли на вооружение, и она стала первым в СССР серийно выпускаемым высокозащищённым самоходным противотанковым комплексом с управляемым ракетным вооружением. С 1966 по 1970 год было построено 220 машин. За эту разработку Леонид Карцев получил Государственную премию.
Специалисты отмечают: работа по созданию ИТ-1 потребовала участия большого количества организаций по различной тематике. Образованная кооперация стала свидетельством организационного таланта Карцева в выстраивании жизнеспособной структуры и умении находить комплексное решение проблем. Имеется ещё одна знаковая разработка такого же уровня.
24 января 1961 года принято решение СМ СССР о разработке танка с газотурбинным двигателем. Оно стало официальным началом полномасштабных работ над проектом нового опытного танка «объект 167Т» с газотурбинным двигателем ГТД-3Т мощностью 700 л.с.
В сентябре 1961 года изготовили первый в мире опытный образец танка с ГТД. В октябре «изделие 167» направили на НИИБТ полигона для заводско-полигонных испытаний. По сути, проводилась научно-исследовательская опытно-конструкторская работа. Она позволила практически определить возможность и эффективность эксплуатации танка с таким типом двигателя.
Финальным вариантом стала машина, оснащённая усовершенствованными воздухоочистителем, трансмиссией и более экономичным мотором. С декабря 1966 по февраль 1967 года опытный образец «изделие 166ТМ» с двигателем ГТД-3ТУ мощностью 700 л.с. прошёл первый этап заводских испытаний. На этом отдел 520 завершил работы по газотурбинной тематике.
Кстати, помимо всего прочего, историки считают работы по «объекту 167Т» своего рода насмешкой Карцева над украинскими коллегами. И всё же конечный результат по теме танка с ГТД получился неожиданным. В июле 1967 года на совещании под председательством Дмитрия Устинова было решено разработать газотурбинную силовую установку мощностью 1000 л.с. для танка Т-64.
6 июля 1976 года вышло постановление СМ СССР о принятии на вооружение танка с газотурбинным двигателем ГТД-1000Т («объект 219») и присвоением ему шифра Т-80.
Танковые шахматы
Помимо конструирования танков, Карцев сумел успешно решить и другие задачи государственного уровня. Прежде всего целевой работой были обеспечены не только сотрудники завода № 183, но и другие предприятия, входившие в танковую кооперацию. Во главе с Леонидом Николаевичем отдел 520 сделал большой вклад в сохранение для страны уральского оборонно-промышленного комплекса и его бронетанкового сегмента.
Здесь стоит отметить, что в планах Александра Морозова основой танковой промышленности представлялся украинский оборонно-промышленный комплекс во главе с харьковским бронетанковым кластером (площадкой). Остальным танковым заводам отводилась роль вспомогательных кластеров. Например, по Т-64 спланировали выпуск по 40 танков в Нижнем Тагиле и в Омске, в Челябинске – 25.
Морозов с 1951 года, возглавляя КБ завода № 75, строил планы и обещал создание не имеющего аналогов танка после технического перевооружения харьковского кластера. В то время Карцев работал на результат. Нижнетагильские танки шли в серию, в войска, из которых конструкторы и заводчане получали положительные оценки. В 1966 году Леонида Николаевича наградили орденом Ленина.
30 декабря 1966 года после череды неудач на вооружение приняли созданный Морозовым танк Т-64. Главная особенность этой машины, наполненной уникальными техническими решениями, в том, что её можно было производить лишь в Харькове. На других заводах требовалось дорогостоящее техперевооружение, прежде чем делать машину, для которой не могли создать двигатель требуемой мощности и наладить его выпуск в требуемом объёме. Вывод по эксплуатации Т-64 в войсках: срочная доработка.
Карцев работал на результат. Нижнетагильские танки шли в серию, в войска, из которых конструкторы и заводчане получали положительные оценки
Леонид Николаевич имел своё видение проблем танка Т-64. Он предложил на базе «шестьдесятчетвёрки» сделать на заводе № 183 её модификацию в облике мобилизационного резерва для серийного выпуска в военное время – «объект 173». Одновременно в феврале 1967 года начались работы над проектом опытного образца танка «объект 172». 5 января 1968 года работы получили официальный статус.
Главный конструктор на этапе проектирования стремился заложить в «изделие 172» большой модернизационный потенциал. Отметим: наиболее солидным он стал после введения на «изделии 172М» тагильской ходовой части. Машины проходили испытания на заводе, в Туркестанском и Белорусском военных округах. К осени 1969 года испытателями было пройдено около 20 000 км. В июле два опытных образца танка «объект 172» и два – «объект 173» представили на сравнительные испытания с Т-64А.
11 августа Карцева внезапно вызвали в Москву. 15 августа приказом по министерству, а затем приказом по заводу генерального конструктора генерал-майора инженера Карцева после его возвращения на завод освободили от должности по личной просьбе. В 47 лет на пике конструкторского творчества Леонид Николаевич сдал дела Валерию Венедиктову.
Специалисты говорят, что увольнение связано с противостоянием двух отечественных школ танкостроения: харьковской и нижнетагильской. Однако это тема для другого материала: о том, через какие препоны Валерий Венедиктов довёл до серийного производства Т-72 и как потом недруги машины купались в лучах её славы.
Леонид Карцев, как говорится, остался в боевом строю. Продолжительное время работал в должности заместителя председателя научно-технического комитета Главного автобронетанкового управления Минобороны. В октябре 1973 года, когда полыхнула война на Синайском полуострове, Карцева направили в служебную командировку в Арабскую Республику Египет. Два месяца он изучал результаты использования Т-62 и бронетанковой техники Англии, США и ещё раз убедился в востребованности и перспективности «семьдесятдвойки».
Танк Т-72 до сих пор составляет основу бронетанковых сил России. В настоящее время машина проходит очередную модернизацию. «Семьдесятдвойка» активно используется в специальной военной операции по денацификации и демилитаризации Украины. По оценкам российских военных, этому танку по-прежнему нет равных по критерию «стоимость – эффективность».
В заключение остаётся с грустью констатировать, что на сегодняшний день в Нижнем Тагиле у Дворца культуры «Уралвагонзавода» рядом с бюстом Ивана Окунева всё ещё пустует место, где по праву должен стоять бюст Леонида Николаевича Карцева, создателя нижнетагильской школы танкостроения.
Автор благодарит Аллу Пислегину за помощь при подготовке материала.