Учебные расчёты ударных дронов самолётного типа подразделений войск беспилотных систем ЦВО успешно осваивают этап боевого применения БпЛА.
В заглублённом блиндаже, исполненном с опытом, вынесенным из хода специальной военной операции: с хорошо замаскированным от стороннего взгляда входом, длинным извилистым подземным переходом и расположенным в конце маршрута приличным по размеру помещением с рабочими местами и запасным выходом – сдержанная тишина, нарушаемая лишь отдаваемыми командами и негромкими переговорами курсантов – операторов расчётов БпЛА с инструкторским составом.
Заместитель командира батальона беспилотных систем и он же – руководитель занятия с тактическим позывным «Латыш» негромко поясняет: «Идёт учебно-полевое занятие по теме «Практическое применение БпЛА самолётного типа с боевой частью». При этом, особо акцентируя внимание на важном моменте, вновь повторяет: «С реальной боевой частью».
За плечами будущих дроноводов остались десятки часов теоретических занятий и довольно продолжительный этап учебно-практических полётов с имитацией боевой части – весовым габаритом. В ближайшей перспективе здесь же, на полигоне, операторам БпЛА предстоит сдача выпускного экзамена.
А пока личный состав расчётов ударных дронов самолётного типа, что называется, набивает руку по расположенным на удалениях в два с половиной, в пять и семь километров списанным в разряд «железа» танкам.
За пультом управления курсант с тактическим позывным «Сэд». Он – будущий начальник расчёта БпЛА самолётного типа. У него первый вылет к цели с реальной боевой частью, потому обучаемый «не рвётся в атаку». По выведенной на большой монитор «картинке» с камеры сопровождающего полёт квадрокоптера Mavic хорошо видно, как управляемый «Сэдом» дрон при подлёте к цели вышел на боевой курс, несколько секунд выдерживает взятое направление, но, затем плавно переходя в левый разворот, выходит из атаки. Следует доклад «Сэда» инструктору: «Сильный боковой ветер. Захожу на второй круг».
Позже курсант пояснит: «Цель наблюдал. Курс для нанесения удара выбрал точно, но быстро понял, что будет промах – мешал порывистый боковой ветер. Принял решение повторить атаку, но уже с учётом вносимых поправок».
– Курсант поступил правильно, причём не только с точки зрения тренировочного процесса, но и для условий реального боя, – отметил действие обучаемого старший инструктор по БпЛА самолётного типа с тактическим позывным «Рамзан». – Если видишь, что боевое применение будет мимо цели, то зачем вести бесполезный расход такого изделия, как ударный беспилотник? Всегда есть возможность повторить атаку с результативным исходом, что в данном случае «Сэд» нам сейчас продемонстрировал.
Рад за результат молодого сослуживца его более опытный товарищ с позывным «Крэш».
«Крэш» – сапёр-инструктор, в чьи обязанности входит обучение будущих специалистов своего профиля делу обращения со специализированными боеприпасами и снаряжению бортов самолётного типа осколочно-фугасной боевой частью (ОФБЧ) – боеприпасом, специально разработанным для видовой линейки данных беспилотных систем.
Наличие на борту пилотируемого дрона не муляжа, а самой настоящей ОФБЧ снимает присущий любому обучаемому психологический барьер при обращении со штатным боеприпасом
«Крэш» сам когда-то был оператором дрона, выискивал на поле боя и атаковал цели противника.
– Но в какой-то момент мне, кроме прочего, захотелось освоить ещё и сапёрное дело при БпЛА, – рассказывает «Крэш». – Я так втянулся в новую специализацию, что возвращаться к пилотированию уже не стал. Видимо, сказалось прежнее призвание. Я родом из Кузбасса, где горную породу добывают путём подрыва земляных пластов. Иметь дело с изделием, начинённым взрывчатым веществом, мне, видимо, привычнее. Именно в этом качестве я и встретил в зоне проведения спецоперации этап освобождения от неонацистов населённого пункта Авдеевка. Тогда у нас ещё не было в распоряжении БпЛА самолётного типа, зато изрядно набил руку на боевом оснащении дронов коптерного типа.
За что, кстати, будущий сапёр-инструктор был отмечен двумя госнаградами: медалями «За отвагу» и «За храбрость» II степени.
– Нас на самом деле было за что поощрять, – вспоминает собеседник. – Однажды в ходе атаки противника удалось до остова сжечь боевую машину пехоты «Брэдли» и ещё одну такую же подбить, уничтожив при этом около трёх десятков боевиков. Теперь навыки и знания передаю молодой смене. Стараюсь в ходе каждого занятия рассказывать бойцам по эпизоду из личной практики и опыта боевых товарищей. Наше сапёрное дело к сегодняшнему дню обзавелось изрядным разнообразием: появилось много типов боеприпасов для БпЛА, видов взрывателей к ним. Это всё, конечно, надо знать, разбираться в моментах их практического применения, да так, чтобы, встретившись с подобным в ходе самостоятельной практики, наши выпускники уже знали, с чем имеют дело, как с этим обращаться, и умели соблюдать обязательные меры безопасности.
– Всё верно, – подключился к ходу беседы старший инструктор беспилотных систем с тактическим позывным «Борода». – Работе с профильным оборудованием мы обучаем молодых специалистов буквально с первого дня курса профильной подготовки. На компьютерных симуляторах все они нарабатывают установленный объём часов налёта в игровой форме, в ходе чего формируется мелкая моторика пальцев рук и вырабатывается опыт управления дроном в очках виртуальной реальности. Затем несколько десятков часов обучаемые проводят в небе, управляя БпЛА самолётного типа с имитацией боевой части и «пристреливаясь» по выявляемым на местности целям условного противника. После этого бойцы переходят к самому сложному этапу – совершают вылеты с осколочно-фугасной боевой частью. Это для курсантов очень важно: наличие на борту пилотируемого дрона не муляжа, а самой настоящей ОФБЧ снимает присущий любому обучаемому психологический барьер при обращении со штатным боеприпасом. Как у нас говорят, с кирпичом летать может каждый, а с реальной боевой частью – только всесторонне подготовленный дроновод. Последний момент в том числе касается и курсантов-сапёров, которые не только снаряжают боевыми элементами изделия самолётного типа, но и являются теми, кто наделён правом покидать стартовую площадку БпЛА с ОФБЧ последним.
На вопрос о том, насколько сложен этап отбора кандидатов на должности в составе расчёта операторов БпЛА самолётного типа, «Борода» пояснил:
– Надо понимать, что представители нашего профиля – это не массовый сегмент. Для того чтобы стать дроноводом изделия самолётного типа, уже мало простого умения работать на компьютере и продолжительного зависания в типовых электронных играх. Потому что это стало базой для любого современного человека. А нам необходимы парни с достойным пространственным ориентированием, имеющие склонность к чтению топографических и электронных карт, с хорошей зрительной памятью, умением ориентироваться на незнакомой местности, кому не чужды понятия об основных физических величинах и понимание степени их воздействия на управляемое тобой беспилотное устройство, в идеале – знакомые с инструментарием наладчика электронных систем и разбирающиеся в электротехнике. Плюс, как говорится, не из трусливого десятка, так как приходится работать с боеприпасами, а боевые задачи выполнять в том числе в условиях случающегося артиллерийского противодействия противника.
– Но такие парни есть, и мы их обучаем для войск беспилотных систем. У них скоро выпускной экзамен. По отработке ими текущих зачётных заданий в полевых условиях могу сказать, что «второгодников» у нас не будет. Более того, войсковые командиры пополнением с Урала будут довольны, – убеждённо заявляет заместитель командира батальона беспилотных систем «Латыш». – Поверье: наши выпускники свои цели на поле боя найдут и не упустят.
Свердловская область