100-летний ветеран Великой Отечественной войны рассказал о своём жизненном пути.
К 80-летию Великой Победы
Для связиста Николая Фомина Великая Отечественная война началась в январе 1943 года, а закончилась в 1945-м в Германии. В беседе с корреспондентом «Красной звезды» ветеран вспомнил свой боевой путь – от участия в разгроме противника под Смоленском до взятия Берлина.
«Воевал честно, трудился добросовестно», – так начинает разговор ветеран Великой Отечественной войны самарец Николай Фомин. Он бодр и энергичен, несмотря на солидный возраст. На пиджаке – россыпь орденов и медалей. «Этот мне родней остальных, – показывает Николай Яковлевич на орден Красной Звезды. – Первый мой орден, с ним я закончил войну».
Орден Красной Звезды телефонист 119-й отдельной роты связи красноармеец Фомин получил весной 1945 года. Тогда, в апреле, его родная 95-я стрелковая дивизия участвовала в Берлинской наступательной операции. В бою за населённый пункт Хоэнвальде, презирая опасность, под сильным артиллерийским, миномётным и ружейно-пулемётным огнём противника за короткое время исправил до 15 порывов телефонной линии и своевременно устанавливал связь между командиром дивизии и 241-м стрелковым полком. При обходе линии появилась автомашина противника, которую красноармеец Фомин забросал гранатами и вывел из строя, при этом уничтожил двух немецких солдат.
Но это было позже, а началась для Николая Яковлевича война зимой 1943 года. «Родился в старинном селе Шубёнка Алтайского края, недалеко от Барнаула, – вспоминает фронтовик. – Село небольшое, расположено в красивейшем месте между речками Чемровка и Шубинка. Гражданская война обошла нас стороной, отец и мама мирно трудились. Я старший, всего в семье было три сына и две дочери. Отец Яков Матвеевич работал в колхозе, мама Наталья Игнатьевна занималась воспитанием нас. С первых дней войны из Шубёнки на фронт ушло 400 человек, среди них и мой отец, погибший в 1942 году в боях под Сталинградом. Это стало потрясением для всей семьи, и я попросился на фронт».
Во время артналёта противника линия связи в направлении 241-го полка была нарушена в 12 местах. Красноармеец Фомин устранил эти порывы за 25 минут
В январе 1943-го начальник штаба дивизии спросил 17-летнего парня о том, какую воинскую специальность тот хочет освоить. Николай вызвался быть связистом. После двухмесячных курсов по подготовке младших специалистов для войск связи телефониста Фомина отправили в район деревни Павлово, Тульской области. В это время там формировалась 95-я стрелковая дивизия. «Меня распределили в 119-ю отдельную роту связи. До передовой мы шли с товарищами сто километров пешком, – продолжает Николай Яковлевич. – И нас командиры уже настраивали: «Утром после артподготовки идём в атаку». Настрой, конечно же, был нужен для необстрелянных деревенских пареньков. Так связистом и шёл всю войну со своим подразделением, выполняя поставленные задачи».
Соединение, в котором служил Николай Фомин, осенью 1943-го года участвовало в освобождении от немецких оккупантов Смоленска, Ельни, Могилёва. Связистам приходилось нелегко. «Под артиллерийскими и миномётными обстрелами проволочная связь часто рвалась, – рассказывает фронтовик. – И командир дивизии, которому в такие моменты связь жизненно необходима, требовал её немедленно восстановить. И вот когда пехота от снарядов и бомб прижималась к стенкам окопа, я шёл искать место разрыва и сращивать порванную линию. Постоянно вспоминаю, какой это был тяжёлый физический труд. На тебе катушка с проводом. Ползёшь, разматываешь и думаешь, хватит ли провода до позиции, с которой надо связь наладить. Всё время на волосок от смерти. Мне повезло, за войну только две контузии. А может быть, крест спасал, который мама дала, провожая на фронт».
Через год в Витебской области Николай Яковлевич получил свою первую награду – медаль «За отвагу». «Во время артналёта противника линия связи в направлении 241-го полка была нарушена в 12 местах. Красноармеец Фомин устранил эти порывы за 25 минут. Потом начался второй артналёт, и связь дивизии с полком была нарушена ещё в 10 местах, которые были восстановлены за 20 минут», – описывается подвиг Николая Яковлевича в наградном листе. «Фронтовая жизнь тяжёлая, – говорит ветеран. – Не только из-за обстрелов. Быт был такой, что нынешнему поколению трудно представить. Спали в лесу или в окопах на своих шинелях. Вот и все удобства. Кормились кашей из полевой кухни. Молодые были, вот все и выдержали. Но страха не помню».
Дальше путь Николая Яковлевича и 119-й отдельной роты связи лежал через Белоруссию, Польшу, Восточную Пруссию. День Победы красноармеец Фомин встретил в Берлине. «Салютовали все как один, когда командование сообщило о капитуляции фашистской Германии, – вспоминает фронтовик. – Радость была безмерная от того, что закончились обстрелы, что скоро все вернутся домой». После войны Николай Фомин остался в армии и четыре года служил неподалёку от тех мест, где ещё недавно сражался, – в Группе советских войск в Германии.
В 1949-м связист вернулся в родную Шубёнку. Нужно было помочь матери вырастить братьев и сестёр. Услышав, что в Куйбышевской области собираются строить гидроэлектростанцию, отправился туда по комсомольской путёвке. Так и осел с тех пор на Волжской земле. На гидростанции потрудиться не пришлось. Пока ждал начала работ на объекте, поехал в Куйбышев и поступил на подшипниковый завод. И на многие годы связал себя с заводскими проходными, о чём ничуть не жалеет.
Рассуждая о солидном жизненном пути, Николай Яковлевич говорит: «Воевало наше поколение геройски, защитило Родину от врага. И работали мы честно. После войны на заводах до самой пенсии трудился. Двух сыновей мы с женой вырастили. Сейчас пять внучек и восемь правнуков меня радуют и навещают, не забывают. И веселью, праздникам в нашей жизни было место. Так что жизнь получилась с пользой и по совести».
Самара