Расчёты ТОС-1А «Солнцепёк» из состава «Южной» группировки войск сжигают дотла живую силу и технику неприятеля.
Западные СМИ в один голос причисляют это российское оружие к одному из наиболее опасных и смертоносных. Издание 19FortyFive из США сравнило эффект от применения «Солнцепёка» со взрывом «вакуумной бомбы». По оценке автора публикации, наша огнемётная система способна нанести куда больший урон, чем любые иные сопоставимые системы вооружений. Аналогичного мнения придерживаются и другие эксперты, а журнал Newsweek устами своих авторов даже выступил с рекомендацией «обнаруживать и уничтожать это оружие до его выхода на позиции боевого применения».
По словам американского военного эксперта некоего Дэвида Хэмблинга, на чьё мнение ссылается Newsweek, единственным способом эффективной борьбы с «Солнцепёками» является быстрое выявление местоположения пусковых установок ТОС и их выведение из строя. Ведь если огнемётную систему всё же удастся задействовать, отмечает этот специалист в области вооружений, то положение противника будет весьма плачевным.
Наши огнемётчики, действующие сегодня на рубежах спецоперации, со всеми этими оценками заокеанских специалистов, скорее всего, мало знакомы. Об эффективности применения своего оружия они судят по конкретным результатам работы: отсутствию активности со стороны противника после нанесения по его позициям ударов «Солнцепёком», а также по признаниям сдавшихся в плен украинских военных, которым посчастливилось уцелеть в этом огненном аду на земле.
Профессионально выполняя боевые задачи, используя приобретённый в ходе СВО опыт, расчёты ТОС-1А «Солнцепёк» из состава «Южной» группировки войск способствуют планомерной демилитаризации Украины и шаг за шагом приближают нашу победу.
Экипаж тяжёлой огнемётной системы, которым командует лейтенант с позывным «Гектор», уже пять месяцев действует на донецком направлении. Всего же офицер в зоне СВО больше года, а двое других членов экипажа его ТОС на фронте с начала военных событий, то есть с февраля 2022-го.
По штатной должности «Гектор» – командир взвода. Считает, что действуют его ребята профессионально, слаженно, технику и вооружение содержат в постоянной готовности к боевому применению.
«Огневое поражение наносится по опорным пунктам, легкобронированной технике, скоплениям живой силы, по укрепрайонам, – перечисляет «Гектор» виды целей, поражаемых «Солнцепёком». – На один объект в зависимости от его характеристик, в том числе занимаемой площади, уходит, как правило, от восьми до пятнадцати снарядов».
В интернете сегодня можно найти видео с последствиями применения ТОС. Жутко смотреть. Распрыскивается аэрозоль, воспламеняется, выжигается кислород, создаётся избыточное давление. Со слов пленных солдат ВСУ, удар огнемётной системы вселяет в них ужас, вызывает панику. Поэтому к значимым результатам применения нашей ТОС можно отнести и создание в стане врага сильного деморализующего фактора, когда те, кому повезло остаться в живых после воздействия «Солнцепёка», получают мощный удар по психике.
Да, это жестоко. Да, страшно. Однако реальные боевые действия не увеселительная прогулка, не парадный марш. В конце концов, если враг не сдаётся – его уничтожают. Тем, кто сам для себя выбрал такой исход, предпочтя возможности жить бессмысленную гибель, уготована демилитаризация и денацификация в полном объёме, до самого последнего конца.
Тактика действий расчёта ТОС-1А, как говорит «Гектор», следующая – выдвинуться, занять огневую позицию, сориентировать машину, навестись на цель, произвести выстрел. При необходимости получить корректировку, ввести поправки и нанести уже решающее огневое поражение. Информацию по направлениям ударов доводит разведка, поэтому цели известны заранее, необходимые данные для стрельбы подготовлены.
В то же время, по словам командира расчёта, порядок использования «Солнцепёков» в последнее время претерпевает изменения. Скажем, если раньше можно было более активно работать днём, то сейчас основные действия сместились на ночное время. Так безопаснее для экипажа, для машины.
«Раньше не было такого воздействия беспилотной авиации противника, прежде всего дронов-камикадзе, – говорит «Гектор». – ТОС для противника – приоритетная цель, за нашими машинами ведётся постоянная охота. Поэтому тактика у нас скорректирована. Кроме того, что больше работы идёт в тёмное время суток, сократилось время на наведение, на применение оружия. Это заставляет экипаж действовать более чётко и профессионально».
Слова о том, что противник охотится за нашими «Солнцепёками», не преувеличение. Ребята показали мне пробоины от осколков миномётной мины на фальшборту их машины, в зоне над катками. Вывести «Солнцепёк» из-под обстрела в той ситуации помогло мастерство механика-водителя. Кстати, у этой внушительной по габаритам и массе техники довольно приличная скорость. Даже по грунтовке машина идёт не менее 65 километров в час, при этом, как говорят ребята, движется она мягко, плавно.
Механик-водитель с позывным «Сэм» на этой ТОС с февраля 2022 года. На службе по контракту он уже пять лет, из них больше полутора находится в зоне СВО.
«Машина постоянно готова к бою. Команда поступает – мы выдвигаемся. Оружие снаряжено, техника обслужена, – говорит мой собеседник. – После каждого выезда в обязательном порядке проводим осмотр. Следим за состоянием оборудования, проверяем технические жидкости. По регламенту меняем фильтры, масло. Делаем всё сами, навыки есть, инструменты тоже».
Огневое поражение наносится по опорным пунктам противника, его легкобронированной технике, скоплениям живой силы, по укрепрайонам
«Сэм» рассказал мне, как происходит боевое применение «Солнцепека» с точки зрения механика-водителя.
«Прибываем на место, я «паркую» машину, командир ставит задачу по внутренней радиосвязи. При необходимости выдвигаем аутригеры – выносные опоры. Нанесли удар, быстро поднимаем аутригеры – и газ в топку. На всё про всё минуты».
Механик-водитель – это не только водитель, но и механик. По словам «Сэма», бывало такое, что приходилось самим устранять мелкие поломки. К счастью, они были несущественные, некритичные. В целом машина эта, как уверяет специалист, надёжная, экипаж свой не подводит. Самое серьёзное, что приходилось делать, – это менять гусеницы: они изнашиваются точно так же, как и шины у автомобиля, особенно если пробег большой.
«От действий каждого из нас зависит не просто успех выполнения задачи, но и наше выживание, – говорит ещё один член экипажа наводчик-оператор с позывным «Коряга». – Экипаж у нас слаженный, все ребята подготовленные».
Для механика и наводчика боевая работа в ходе специальной военной операции началась с Мариуполя. Противник, по их словам, был ошарашен после первого же применения «Солнцепёка».
«В ходе штурма «Азовстали» наносили точечные удары, – вспоминают парни. – Работали на максимальной дистанции, и как-то раз нужно было попасть в промежуток между зданием, где находились боевики, и заводской трубой. Поделили пакет, произвели пристрелочный выстрел, а затем ударили точно по цели, поразив её».
«Гектор» же начинал свой боевой путь на СВО чуть позже, с херсонского направления.
«Помню, как в первый раз встретился с прилётом HIMARS, – рассказывает офицер. – Это было, когда шли к понтонной переправе. Так для меня начались боевые действия, я их тогда сразу ощутил на себе. Это ни с чем не спутать, но вспоминать не хочется».
«Гектор» – выпускник Военной академии радиационной, химической и биологической защиты имени Маршала Советского Союза С.К. Тимошенко. Поступал в военный вуз с контрактной службы и в итоге оказался одним из самых возрастных выпускников – 30 лет. Распределение лейтенант получил в полк радиационной, химической и биологической защиты одного из общевойсковых объединений Южного военного округа.
«Хочу выразить огромную признательность всему преподавательскому составу моей академии, – говорит офицер. – Многие наши наставники с реальным боевым опытом. Нам, курсантам, было чему у них поучиться».
Будучи в академии, «Гектор» прошёл дополнительное обучение именно на эту машину, на ТОС-1А «Солнцепёк».
«Знаю, как вводить данные, как привязать машину к местности (выполнить топогеодезическую привязку), как проводить расчёты, как наводиться на цель, наносить огневое поражение, – перечисляет командир полученные им во время учёбы навыки. – Стрельба с закрытой огневой позиции – это всегда расчёты, вычисления. Можно стрелять и так называемой прямой наводкой – это когда цель видна».
При этом, как уточняет «Гектор», придя в этот уже сформированный экипаж, ему было чему поучиться и у своих подчинённых. Механик-водитель и наводчик-оператор уже имели на тот момент боевой опыт, пройдя тот же Мариуполь, бои за «Азовсталь».
Слаживание произошло быстро, подход друг к другу подобрался сам собой. В боевой обстановке именно так и происходит, иначе здесь нельзя.
Как ещё раз замечает офицер, по его мнению, в тактике применения этого вида вооружения уже можно кое-что подкорректировать с учётом опыта проведения СВО. Практика современного боя подсказывает такие изменения в связи с применением, к примеру, новых средств и методов разведки у противника, иных способов нанесения им ударов.
«Дроны – новое слово в военной науке и практике, – вновь повторяет «Гектор». – Это уже не фантастика, не сюжет кинофильмов. Это реальные вещи, которые активно используются на поле боя. И с нашей стороны, и со стороны неприятеля».
Именно поэтому любой выезд на огневую позицию выполняется строго в сопровождении БМП или БТР. На рубеже развёртывания отделение огневой поддержки выставляет охрану, организует наблюдение. А так как остро стоит проблема применения беспилотных летательных аппаратов, особенно дронов-камикадзе, то упор сделан и на противодействие беспилотникам – как во время развёртывания и ведения огня, так и при смене позиции. Кто-то за небом наблюдает, кто-то за наземной обстановкой, кто-то стоит с приборами, глушащими беспилотники.
Ну и конечно, важным фактором выступает время. На занятие и рассредоточение на рубеже открытия огня уходят считаные минуты. Долго находиться на позиции нельзя, разведка противника, особенно воздушная, работает. В том числе и ночью.
«Если возникает угроза обстрела, сразу необходимо менять позицию, – говорит командир экипажа. – Как правило, сначала противник наносит пристрелочный удар, затем следует основной. Значит, надо реагировать сразу, как раздались первые разрывы, в этом основной принцип безопасности».
Критическое значение имеют и способы противодействия дронам-камикадзе с точки зрения дополнительного оснащения боевой машины. Они в этом подразделении схожи с тем, что уже применяется нашими войсками в зоне СВО. Речь о дополнительной защите в виде наварных решёток, монтируемых на корпусах и бортах танков, БМП, САУ.
Расчёт этой машины внёс в конструктив такой защиты свои рационализаторские предложения. И они заслуживают несомненного интереса.
– У нашей решётки специальное устройство, – говорят парни. – При поднятии пакета направляющих пусковой установки задняя часть решётчатого короба, изготовленная в виде двух створок, открывается под действием собственного веса. Мы просто наварили петли на дверцы (есть в нашей части умельцы), сделали такое усовершенствование. Опробовали на деле – получилось, работает. Вылету реактивных снарядов сзади ничто не мешает, ракеты свободно уходят в цель.
Удобство данной конструкции противодроновой решётки на «Солнцепёке» и в том, что для приведения машины в боевое положение, снятия решёток экипажу не нужно покидать броню, рисковать жизнью. Ну и время, конечно, экономится, а в условиях, когда на позиции каждая секунда на счету, это особенно важно.
В эти дни наши огнемётчики уничтожают линии обороны ВСУ на донецком направлении. Боевое применение – при каждом выезде.
– У противника такого оружия нет, даже аналогов, – говорят парни из экипажа «Солнцепёка». – Поэтому враг обречён. Стрелять из ТОС-1А можно одиночно, парно, можно залпом. Если выпустить все 24 снаряда, запросто накрывается площадь до 40 тысяч квадратных метров, а это четыре гектара, или пять с лишним футбольных полей!
Западные эксперты скрепя сердце вынуждены причислить российские тяжёлые огнемётные системы «Солнцепёк» к высокоэффективному и одному из наиболее приоритетных видов оружия в зоне специальной военной операции. Скорее всего, в этой оценке не учтены люди, которые управляют этой техникой, а ведь они на самом деле и есть главная составляющая этого оружия, залог его успешного применения
Фото автора
Донецкая Народная Республика