Сражающийся с осени 2023 года житель Подмосковья с позывным «Красавчик» награждён медалью «За отвагу»
Александр из тех, о ком говорят «С ним я пошёл бы в разведку». С ним действительно можно смело идти и в разведку, и на огневые позиции, и на штурм. Ведь военнослужащий неоднократно отличался и при выполнении сложных и опасных боевых задач, и при эвакуации раненых боевых товарищей, и в экстремальных ситуациях.
Встал и пошёл – будет всё хорошо
В отличие от украинской стороны у нас в районы специальной военной операции отправляются добровольцы. По-разному приходят соотечественники к этому решению, разная у каждого из них мотивация.
И очень часто главным побуждением является желание не подвести уже воюющих родных и друзей, не предать их своей инертностью. Вот и у Александра были примеры настоящих патриотов России. Прежде всего родной брат отца.
– Как и все, смотрел новости, переживал, размышлял. Дядя Серёжа там, друзья. Как можно жить своей жизнью, когда они под пулями, как смотреть в глаза им, вернувшимся с передовой, если лично ты был в стороне от этого? Я так не смог, поэтому и пришёл сюда, – объясняет Александр, в зоне СВО ставший «Красавчиком». – Правда, дядя, армейский спецназовец, погиб при освобождении Авдеевки. Продолжаю то, что он не доделал.
На малой родине у «Красавчика» семья: жена, двое детей. И о них он тоже думал, принимая столь непростое решение. Как и любому из наших военнослужащих, на передовой ему угрожает смертельная опасность. Но, как настоящий мужчина, он считает, что от этой угрозы обязан прежде всего собой заслонить близких, не пуская беду на порог дома.
– Моё решение не было спонтанным. Я ответственно готовился к новому и непростому этапу своей жизни: готовился к предстоящей службе теоретически, читал соответствующую литературу и смотрел видеоролики, прошёл практические тренировки, серьёзно экипировался. И когда почувствовал, что готов, заключил контракт, – рассказывает Александр.
В пункте отбора ему предложили немного подождать, чтобы влиться в формируемую в регионе для отправки «за ленточку» воинскую часть. Мол, попадёшь в элиту. Но Александр не захотел ждать. И вскоре был в Волгоградской области, где в учебном центре ЮВО новобранцев готовили к предстоящей боевой работе. Два с половиной месяца прошедшие горнило боёв инструкторы делали из абсолютно гражданского «Красавчика» воина.
По прибытии в 242-й мотострелковый полк 20-й мотострелковой дивизии ЮВО Александр был распределён в артиллерию. Назначение получил на должность номера расчёта гаубицы Д-30. Но поработать в этом качестве не успел: проявив инициативу оживить, как всегда, не вовремя пропавшую связь, он начальником штаба гаубичного артиллерийского дивизиона был переведён на новый фронт работ: старшим радиотелефонистом. Позднее и вовсе сделал карьеру, став командиром отделения – заместителем командира взвода управления.
Связь – нерв армии
– На гражданке я этим премудростям не обучался. А в зоне СВО моим наставником стал начальник связи нашего подразделения. Теорию он мне преподал, а практически освоенные уроки закреплял в ходе работы – нужно было проверить все находящиеся на огневых позициях орудий средства связи, – вспоминает Александр.
Справился. Причём настолько хорошо, что в его родной батарее связь стала самой надёжной. Командование оценило светлую голову и золотые руки новоиспечённого связиста.
Александр вспоминает, как в июле 2024 года на кураховском направлении его мастерство помогло нашей артиллерии вовремя выполнить огневую задачу.
– На одном из орудий слетела прошивка – вражеская РЭБ напакостила. В эфире полнейшая жвачка – ничего не разобрать. Нужно ехать, – воссоздаёт «Красавчик» тот боевой эпизод.
Взял он с собой оборудование, сел на мотоцикл (дома «Ямаха» – знает, как с двухколёсной техникой управляться) и рванул. Небо перед этим было достаточно чистым. Но его выследила «птица». Эфпивишка прилетела неожиданно, подло ударив слева. Хлоп – и он уже в горизонтальном положении. Причём придавлен мотоциклом. При этом чувствует адскую боль в колене и руке.
Помощи ждать не от кого. И укрыться негде. Вокруг чистое поле, пересекаемое наезженной колеёй. Кольнула подлая мысль: «Неужели всё?» Но сдаваться не собирался – кое-как освободился из «плена», поднял технику и стал заводить.
Быстрее бы уехать, ведь могут появиться новые дроны, а мотоцикл не оживает. Но упорство сделало своё – движок взревел, Александр двинул на позицию. Заехал в кусты, стреножил железного коня и поспешил к огневой позиции гаубицы. Поколдовав над радиостанцией, вернул её коллеге. Не успел сделать и пяти шагов в сторону «парковки» своей техники, как рация ожила: «Приготовиться к бою!» А с началом его движения расчёт орудия сделал первый выстрел по врагу. В тот момент огневая поддержка была нужна нашим идущим в накат штурмовикам. Артиллеристы вовремя поддержали пехоту, обеспечив успешное выполнение задачи.
В пункте отбора ему предложили немного подождать, чтобы влиться в формируемую в регионе для отправки «за ленточку» воинскую часть. Мол, попадёшь в элиту. Но Александр не захотел ждать
СВОих не бросаем
С каждым днём «Красавчик» становился всё более опытным. Слушал советы бывалых, делал нужные выводы, корректировал привычки.
Поначалу основную опасность представляла земля – все старались внимательно смотреть под ноги. Но затем акцент неожиданно сместился на то, что над головой. Александр вспоминает, как ему в составе эвакогруппы нужно было вывести с передовой раненого командира батареи. Долго выжидали удобного времени. Выходить решили поутру. Но с началом движения всё-таки появились вражеские беспилотники. Первый ударил рядом, второй попал в машину. Дальше пошли пешком.
Во время одной из остановок для мониторинга обстановки «Красавчик» неожиданно обнаружил нашего раненого солдата. Тот был без связи, автомата, брони.
– Ты кто? – спрашиваю. – А он: «Гена».
– Пошли, Гена, – говорю и взваливаю его на плечи.
«Трёхсотого» он донёс до машины, после чего она рванула в тыл. Осмотрев пострадавшего, медик с позывным «Ангел» уверенно заявил:
– Жить будет!
Спаситель нагнулся к своему найдёнышу:
– Гена, только не благодари!
Ситуаций, когда «птицы» пытались «клевать» наших парней, случалось немало. Чаще всего это бывает при завозе боеприпасов на огневые позиции, при продвижении на позиции или с них. «Красавчику» не забыть, как он вместе с «Близнецом» и «Казахом» (причём последний был серьёзно ранен) преодолевали три открытых участка местности. Выходить решили лишь на вторые сутки – не верилось, что удастся проскочить незаметно для вражеских БпЛА.
– Накормили мы «трёхсотого» таблетками, к туловищу примотали скотчем пострадавшую руку – и в дорогу. Третья «открытка» была самой страшной: очень длинная и без какой-либо растительности. Нам парни с ПВН (пункта воздушного наблюдения. – Прим. авт.) из лесополосы машут – мол, не идите, а мы поняли по-своему. И побежали. Ветрено было, это, наверное, нас и спасло, три дрона мимо прошли, – рассказывает Александр.
Во время того вояжа парни неоднократно прощались с жизнью. Однако в очередной раз «Красавчику» и его попутчикам повезло. Они благополучно достигли позиции, а оттуда были эвакуированы автомобилем.
Спаси и сохрани
Многократно говорено-переговорено, что атеистов под огнём не бывает. Военнослужащие верят, что защитную силу имеют различные обереги. У Александра их несколько: колечко от супруги, шеврон от племянника. А ещё письмо, написанное девочкой Алиной, которая посещает воскресную школу в Лыткарине.
– Мне после боевой задачи сладкого ох как захотелось. И тут замполит вручает мне треугольничек с трогательными строчками и шоколадкой. Вокруг ад, а мне так хорошо стало. Я тогда себе поклялся, что после победы обязательно найду эту девчушку и поблагодарю её. А письмо теперь всегда со мной, – откровенничает «Красавчик».
Так и будет. Главное – поскорее свернуть башку этой неонацистской гадине, которую олицетворяет преступный киевский режим.
Группировка войск «Южная»