Всё меньше украинских солдат готовы до конца воевать за киевский режим.
Среди граждан Украины разного возраста, которых против воли забрили в солдаты, всё больше тех, кто просто не хочет воевать с Российской армией. Таких военнослужащих сегодня заботит только одно – сохранить жизнь и вернуться домой.
Пленный военнослужащий ВСУ Евгений Логвинов получил ранение на позиции, находившейся в брошенном здании, которую он оборонял с немногочисленными сослуживцами.
«27 декабря меня ранили. После ранения я был в подвале. Пытался выйти на связь, потому что нам сбросили (рацию). Одна рация у меня была рабочая. Потом сбросили ещё одну. Пытался выйти на связь, но у меня не получилось, так как для этого надо выйти из подвала. И к тому же раненых много», – рассказывает военнопленный.
Помощи солдаты ВСУ так и не дождались. Евгений, до того, как попал в плен, месяц прятался в подвале.
«То есть, соответственно, зимой холодно. Костёр растопить, согреться не было возможности», – говорит он, отмечая, что после того, как попал в плен к российским солдатам, его жизнь изменилась.
«Взяли в плен, потом привезли сюда, оказали сразу первую медицинскую помощь, потом привезли в больницу, уже оказали более глубокую медпомощь. Через некоторое время сделали операцию, спасли ногу, и так самостоятельно более-менее могу передвигаться», – говорит Логвинов.
Специально разработанные агитационные листовки, содержащие гарантии сохранения жизни при добровольной сдаче в плен, сбрасывались с FPV-дронов над скоплениями живой силы противника
Обращаясь к сослуживцам, Евгений убеждает их, что есть смысл сдаваться: «Здесь условия не такие, как показывают нам на Украине в соцсетях. Говорят, что отношение к пленным не очень хорошее, условия, скажем так, спартанские. Но это не так».
По его словам, обычный день в российском плену выглядит так: «Утро, как утро. Столовая, потом кое-какие работы по хозяйству, около часа обед. Можем посмотреть телевизор, можем чай попить, кофе. Есть яблоки, много варенья, можем мёд взять. Первое, второе, соответственно, в обед. Первое – или суп, или борщ. На второе – каша, разновидностей очень много, или же картошка. Второе блюдо – рыба жареная или мясо с подливой», – подытоживает рассказ Евгений Логвинов.
Ещё один пленный – военнослужащий ВСУ Артём Фомов. Он рассказывает: «Возвращался из командировки, меня остановили на блокпосту, потребовали данные. Я знал, что у меня есть отсрочка, вернее, бронь и соответствующий документ. Я показал им этот документ. Оказалось, что он просрочен уже два дня как. Я поехал в военкомат. А там мне сказали: «Ты наш!» В каком смысле ваш? Дайте мне отсрочку на 10 дней, я обновлю эти документы, и всё будет в порядке. Но мне её не предоставили, меня задержали, посадили в автобус и повезли в сторону Винницы. Там и попал в плен…»
Тем временем операторы FPV-дронов группировки войск «Центр» нанесли комплексный агитационный удар по позициям формирований ВСУ на добропольском направлении. Военнослужащие применили не только сбросы агитационных листовок с призывами к сдаче в плен, но и аудиосистемы, закреплённые на FPV-дронах.
Специально разработанные агитационные листовки, содержащие гарантии сохранения жизни при добровольной сдаче в плен, сбрасывались с FPV-дронов над скоплениями живой силы противника. Параллельно военнослужащие поднимали в воздух беспилотники, оснащённые переносными аудиоколонками с заранее записанными обращениями к военнослужащим ВСУ. Дроны с аудиосистемами барражировали над позициями противника на малой высоте, транслируя призыв сложить оружие.
Наиболее интенсивная работа велась над местами скопления живой силы ВСУ, где эффект от одновременного воздействия листовками и речевыми громкоговорителями оказался максимальным. Такая тактика подрывает боевую готовность подразделений противника и способствует добровольному прекращению его сопротивления.