Военнослужащие одного из разведывательных батальонов группировки войск «Восток» рассказали об успешном применении на линии боевого соприкосновения беспилотных комплексов Zala и барражирующих боеприпасов «Ланцет».
На экране оператора медленно проплывают поля и лесополосы. Старший оператор с позывным «Сокол» внимательно ведёт камеру дрона, удерживая в поле зрения заметное тепловое пятно.
– Похоже, брошенный, – предполагает он, всматриваясь в изображение.
У военнослужащего есть сомнения: погодные условия слишком спокойные, чтобы техника просто так стояла посреди открытой местности. Если бы был туман, лил дождь, можно было бы предположить, что они рассчитывают остаться незамеченными благодаря метеоусловиям.
– Да нет, вроде работает. Смотри, как светится в инфракрасном, – отвечает командир расчёта и берёт рацию. – «Факел», это «Гранит». Зафиксирован зенитный ракетный комплекс противника.
– «Гранит», принял. Готовы к работе, – звучит ответ.
В этот момент на экране становится видно, как комплекс начинает менять положение: элементы установки разворачиваются, расчёт явно пытается сменить позицию.
– Вот это наглость! Вообще не боятся работать под наблюдением, – не скрывает эмоций «Сокол».
– «Гранит», расчёт на позиции, – раздаётся по связи.
– Работайте, – подтверждает «Факел». – Уходит, но у вас ещё есть окно.
Спустя несколько минут в зоне наблюдения появляется тепловая точка – FPV-дрон. По мере его движения командир корректирует оператора по радио, выводя его на цель.
– Правее… Ориентир – один час… Вперёд примерно двести метров, – уточняет он.
Через короткое время дрон-камикадзе выходит на вражеский зенитный ракетный комплекс. Не снижая скорости, аппарат выполняет манёвр и поражает один из элементов установки, выводя его из строя и нарушая работу ЗРК.
– Как обстановка? Связь нестабильная! Работаем на предельной дальности! – передают по рации.
– Добивать нужно, – решает «Факел» и переключается на другую частоту. – «Волна», выходите на позицию. Цель – ЗРК.
В работу включается расчёт барражирующих боеприпасов «Ланцет». Группа быстро занимает огневую точку и готовит пусковую установку.
Тем временем «Факел» продолжает наблюдать за экраном Zala, опасаясь, что противник попытается свернуть технику и уйти в укрытие.
Однако комплекс остаётся на месте – вероятно, из-за повреждений или растерянности расчёта.
Через несколько минут на экране появляется силуэт подлетающего «Ланцета». Спустя мгновение его траектория сливается с целью, и экран вспыхивает яркой точкой.
– Есть поражение! – докладывает «Факел».
Смена времени суток или погодных условий практически не влияет на работу разведки: используются различные режимы, включая инфракрасный канал, позволяющий выявлять живую силу и технику даже при полной маскировке
После взрыва фиксируется сильное задымление в районе вражеской позиции – объект выведен из строя. Оператор Zala возвращает дрон на базу.
Подобные задачи – стандартная работа расчётов беспилотной авиации.
По словам «Сокола», схема действий остаётся прежней: сначала Zala выявляет цель, после чего координаты передаются в командный пункт или ударным расчётам. После подтверждения, что объект является реальной боевой техникой противника, в работу включаются FPV-дроны или «Ланцет».
В данный момент подразделения работают в районе Константиновки – стратегически важного направления. Украинские силы длительное время создавали там систему обороны: бетонные укрытия, долговременные огневые позиции, блокпосты. Всё это фиксировалось российской разведкой с воздуха.
– Подготовка у них была серьёзная, – отмечает разведчик. – Но это не изменило общей картины.
По его словам, противник не ожидал, что мы будем наступать с этого направления, и был вынужден экстренно реагировать.
Во время активной фазы боёв применялись различные образцы западной техники, включая Bradley, Stryker и Marder.
Расчёты БпЛА в этот период работали в режиме постоянного наблюдения и свободного поиска целей.
– Технику и личный состав противника уничтожали регулярно, – говорит оператор.
Особое внимание в зоне ответственности подразделений уделяется не только поражению отдельных целей, но и системному контролю за всей логистикой ВСУ. По словам военнослужащих, современная разведка давно вышла за рамки точечного наблюдения. Речь идёт о непрерывном мониторинге маршрутов, узлов снабжения и районов перемещения техники.
– Сейчас важно не только обнаружить цель, а понять, куда она идёт и откуда пришла, – поясняет «Сокол». – Это позволяет видеть картину полностью, а не только отдельные фрагменты.
Любое движение на дорогах фиксируется с воздуха практически мгновенно. Днём и ночью в небе работают разведывательные БпЛА, которые передают изображение в режиме онлайн. Даже кратковременная активность – выход техники из укрытия, перегруппировка или попытка скрытого перемещения – сразу попадает в поле зрения операторов.
Особую сложность для противника создаёт именно непрерывность наблюдения. Смена времени суток или погодных условий практически не влияет на работу разведки: используются различные режимы, включая инфракрасный канал, позволяющий выявлять живую силу и технику даже при полной маскировке.
– Они могут стоять под сетями, в посадках, пытаться маскироваться, но тепловая сигнатура всё равно выдаёт, – отмечает «Сокол». – Даже заглушённые машины выдают пятна ещё не остывших двигателей.
Полученные данные обрабатываются в несколько этапов. Сначала оператор фиксирует объект и определяет его характер, затем информация уточняется и передаётся дальше – в командный пункт или непосредственно ударным расчётам. В зависимости от дальности и условий выбирается средство поражения: FPV-дроны, барражирующие бое-припасы «Ланцет» или артиллерия.
Отдельным направлением остаётся контроль логистических маршрутов. Как говорят разведчики, именно снабжение стало одной из наиболее уязвимых точек противника. Любые попытки подвоза боеприпасов, ротации личного состава или перемещения техники проходят под постоянным риском обнаружения.
– Сейчас весь тыл врага как на ладони, – говорит военнослужащий. – Колонна или даже одиночная машина могут быть зафиксированы в любой момент.
В результате противник вынужден использовать обходные маршруты, двигаться малыми группами или в условиях ограниченной видимости – ночью, в туман или под прикрытием рельефа. Однако, как отмечают бойцы, это лишь частично снижает вероятность обнаружения.
Система наблюдения работает в круглосуточном режиме. Несколько расчётов сменяют друг друга, обеспечивая непрерывность контроля воздушного пространства. Данные с разных БпЛА сводятся в единую картину, что позволяет отслеживать динамику обстановки в течение суток и даже нескольких дней.
– Мы видим всё: где активность возрастает, где затишье, где начинается перегруппировка, – подчёркивает оператор.
Эта информация используется не только для немедленного реагирования, но и для планирования дальнейших действий. При выявлении устойчивых маршрутов или точек концентрации техники противника по ним начинают работать ударные средства.
– Пытаясь от нас спрятаться, вэсэушники используют всё, что могут, даже гражданский транспорт, – рассказывает разведчик. – Но такие машины легко распознать по дополнительному оборудованию РЭБ.
Беспилотная авиация ведёт наблюдение круглосуточно. При обнаружении цели информация сразу передаётся ударным средствам. Если объект выходит за пределы работы FPV, применяется «Ланцет», способный нанести поражение на значительной дистанции.
Также расчёты БпЛА участвуют в корректировке артиллерийского огня, обеспечивая точное наведение и контроль поражения.
Сегодня район боевых действий насыщен средствами разведки, а каждое перемещение противника фиксируется и анализируется в режиме реального времени.
Группировка войск «Восток»