Военные ведомства западных стран намерены использовать в своих целях новейшие достижения нейробиологии и социальной инженерии.
В феврале 2013 года Барак Обама, тогдашний хозяин Белого дома, представил конгрессу США проект исследования мозга посредством продвижения инновационных нейротехнологий, известный как «инициатива BRAIN» (Brain Research through Advancing Innovative Neurotechnologies). По его словам, «настало время выйти на уровень научных исследований и разработок, невиданный с момента пика космической гонки». Инициатива BRAIN, пояснил Обама, даст учёным возможность «лучше понять, как мы думаем, учимся и запоминаем».
Речь пошла о разработке методов изучения мозга человека на клеточном уровне, чтобы получить фундаментальные знания о процессах познания, кодирования, хранения и обработки информации. Это, по сути, открывает возможность «вскрыть» человека, лишить его права на собственный внутренний мир. В рамках этой программы, которая продлится в США до 2025 года, финансируются скоординированные исследования в области нейробиологии в более чем 500 лабораториях.
Официально объявлено, что BRAIN Initiative «направлена на революционное изменение нашего понимания человеческого мозга» и призвана «создать революционно новую динамическую картину мозга, которая впервые покажет, как отдельные клетки и сложные нейронные цепи взаимодействуют во времени и пространстве». У истоков этого масштабного проекта стоит американский нейробиолог, профессор Колумбийского университета (Нью-Йорк) Рафаэль Юсте.
Проекту Обамы предшествовала инициатива научных кругов стран Евросоюза, где в том же 2013 году появился проект «Мозг человека» (Human Brain Project), к реализации которого подключились сотни учёных из 26 стран и 135 институтов. Он рассчитан на 10 лет, до 2023 года. В его рамках моделируются искусственные нейронные сети, проводятся исследования с целью создания нейроморфного (мозгоподобного) искусственного интеллекта.
Сегодня учёным уже понятно, что единицей хранения информации может быть всего лишь отдельный нейрон. В человеческом мозге, поясним, около 100 млрд нейронов, у каждого из которых примерно 10 тыс. контактов. Предполагается, что целенаправленной стимуляции всего нескольких преднамеренно выбранных клеток в мозге может быть достаточно для того, чтобы повлиять на эмоциональное состояние и процесс принятия решений, а значит и направить поведение человека в нужную сторону. Результаты исследования механизма протекания психических процессов позволяют приступить к разработке методов воздействия на мозг, т.е. манипулирования человеком.
На первый взгляд, исследования в Евросоюзе и США носят чисто научный характер и не заслуживают внимания с военной точки зрения. Но такое мнение ошибочно. Не случайно, что в США в работе по реализации «инициативы BRAIN» принимают участие не только Национальный институт здравоохранения (NIH) и Национальный научный фонд (NSF), но и Агентство перспективных исследовательских оборонных проектов (DARPA) Пентагона, а также Агентство передовых исследовательских проектов в области разведки (IARPA), подчинённое директору национальной разведки США.
При этом интерес заокеанских силовых структур к исследованиям нейробиологов объясним не только интересами военной медицины. Дело в том, что на Западе не ограничивают современную войну такими сферами, как суша, море, воздух, космос, радиоэлектронное и киберпространство. Считается, что уже в мирное время противостояние государств, их конкурентная борьба сопровождается противоборством в духовной сфере. Сфера сознания, «человеческая сфера», с точки западных экспертов, также является «территорией войны», и бескомпромиссная борьба на ней должна вестись за человеческий разум, его «переформатирование», за навязывание оппонентам своей воли.
В прошлом десятилетии в понятийном аппарате западных специалистов появился новый термин – «когнитивная война» (Cognitive Warfare). В конце 2020 года появилась новая, заслуживающая внимания экспертного сообщества работа на эту тему, автором которой является отставной французский офицер Франсуа дю Клюзель. Она так и называется: «Когнитивная война» (Cognitive Warfare).
Работа была выпущена в рамках реализации в Канаде, одной из стран НАТО, специализированной программы по инновациям для обеспечения превосходства в области обороны и безопасности (Innovation for Defence Excellence and Security, IDEaS). Судя по сайту канадского Инновационного центра, где была размещена работа дю Клюзеля, эта исследовательская структура приоритет в своих работах (механизмы принятия решений, киберпространство, информация и дезинформация, автономные системы и т.п.) особо уделяет именно «войне за человека».
На сайте центра прямо указывается, что «когнитивная война воплощает идею боя без боя. Овладение когнитивной областью представляет собой новую важную задачу, необходимую для создания боевой мощи».
Примечательно, что разработка темы «Понимание и защита когнитивной области» осуществляется в интересах командования сил специальных операций Канады (CANSOFCOM), а сам Центр инноваций (Innovation Hub) функционирует при поддержке Командования НАТО по трансформации, хотя и оговаривается, что размещённые на его сайте материалы не отражают точку зрения Североатлантического альянса. Это командование, напомним, отвечает за почти три десятка так называемых центров передового опыта НАТО, но в их списке эта канадская «интеллектуальная площадка» отсутствует.
В предисловии к своей работе дю Клюзель (François du Cluzel) отмечает, что «человеческий разум в настоящее время рассматривается как новая область войны». По мнению французского эксперта, «когнитивная война имеет универсальный охват – от отдельного человека до государств и многонациональных организаций. Она использует приёмы дезинформации и пропаганды, направленные на психологическое истощение потребителей информации». «Знание, – предупреждает он, – можно легко использовать в качестве оружия».
«Когнитивное поле станет одним из полей сражений завтрашнего дня, – считает дю Клюзель. – Эта перспектива ещё больше укрепляется благодаря быстрому развитию нанотехнологий, биотехнологий, информационных технологий и пониманию мозга».
С этим выводом можно согласиться, напомнив при этом, что в этом области на Западе исследования начались уже давно – сразу после Второй мировой войны, когда стало ясно, что сокрушить Советский Союз только военным и экономическим давлением вряд ли удастся, и против советского общества была развёрнута подрывная деятельность в духовной сфере, которую тогда было принято называть «психологической войной».
Технологии принуждения противника к капитуляции посредством подавления его воли и трансформации ценностных ориентаций в Соединённые Штаты продолжили применять и после распада СССР.
Публичное признание важности и перспективности подрывной деятельности, которую теперь стали называть «когнитивной войной», лишь верхушка айсберга планомерных усилий ряда западных исследовательских центров по использованию новейших достижений в сфере био-, нано- и информационных технологий, психометрии, а также в области изучения мозга человека, для манипуляций общественным и индивидуальным сознанием как за рубежом, так и в своих странах.
Так, американские Управление перспективных исследовательских проектов при министерстве обороны (DARPA) и Агентство передовых исследований в сфере разведки при аппарате директора национальной разведки (IARPA) занимаются «когнитивной сферой», не афишируя свои результаты, уже несколько десятилетий.
Сегодня уже не для кого не секрет, что и крупные цифровые компании (Google, Amazon, Microsoft и т.д.) совершенствуют уже имеющиеся методики анализа огромных объёмов структурированных и неструктурированных данных (Big data), что позволяет прогнозировать и корректировать настроения потребителей/граждан. Это уже используется не только в так называемой таргетированной (целевой) онлайн-рекламе в коммерческих целях, но и в период избирательных кампаний в интересах тех или иных политических сил.
Возможности в этой области были продемонстрированы в минувшем десятилетии британской частной компанией Cambridge Analytica, которая использовала компьютерные технологии анализа данных о пользователях Интернета и социальных сетей для разработки «стратегической коммуникации» в ходе избирательных кампаний в США. Разработанные алгоритмы открыли этой компании, по выражению дю Клюзеля, «окно в умы людей».
«И ожидается, – предсказывает он, – что новые инструменты искусственного интеллекта вскоре предоставят пропагандистам радикально расширенные возможности для манипулирования человеческим разумом и изменения человеческого поведения».
Французский эксперт пишет, что «гигантский сбор данных, организованный с помощью цифровых технологий, сегодня в основном используется для определения и предвидения поведения человека. Поведенческие знания – это стратегический актив». Ведь, эти знания дают «более точные представления о человеческих взаимодействиях».
Как показывает пример Cambridge Analytica, подчеркивает дю Клюзель, такие знания можно использовать в качестве оружия и развивать соответствующие наступательные и оборонительные возможности, прокладывая путь для «виртуальной социальной войны» (virtual societal warfare).
Работа дю Клюзеля, заметим, весьма реалистично оценивает нынешние возможности по манипулированию общественным сознанием и позволяет в общем и целом представить, как мыслится в западных аналитических центрах суть современного противоборства в духовной сфере. Эксперт пишет: «Когнитивная война – это война идеологий, которая стремится подорвать доверие, лежащее в основе каждого общества».
«Когнитивная война, – продолжает он, – использует врожденные уязвимости человеческого разума… Однако из-за скорости и распространённости технологий и информации человеческий разум больше не в состоянии обрабатывать поток информации. Чем когнитивная война отличается от пропаганды, так это тем, что каждый участвует, в основном непреднамеренно, в обработке информации и формировании знаний беспрецедентным образом. <…> В то время как отдельные люди пассивно подчинялись пропаганде, теперь они активно вносят в нее свой вклад».
В июне 2021 года в рамках уже упомянутой канадской программы по инновациям для обеспечения превосходства в области обороны и безопасности были представлены результаты новых исследований по теме когнитивных войн (Cognition Workshop. Innovative Solutions to Improve Cognition).
В сборнике, в котором представлены суждения группы западных экспертов, даётся такое понятие «когнитивной войне»: «Когнитивная война – это общевойсковой подход, который объединяет некинетические боевые возможности кибернетической, информационной, психологической и социальной инженерии, чтобы победить без физической борьбы. Это новый тип войны, определяемый как использование общественного мнения внешними субъектами в качестве оружия. Это делается с целью оказания влияния и/или дестабилизации нации. <…> Атаки направлены на изменение или усиление мыслей. То, как она проводится, отличается от более традиционных областей ведения войны. Информационная война пытается контролировать то, что видит целевая аудитория, психологическая война контролирует то, что чувствует целевая аудитория, кибервойна пытается нарушить технологические возможности целевых стран, в то время как когнитивная война фокусируется на контроле того, как целевая аудитория думает и реагирует».
Особые надежды западные эксперты при этом связывают с квантовыми вычислениями. Это, на их взгляд, единственный способ обрабатывать гигантские разрозненные массивы данных и быстро получать аналитические выводы. «В будущем, – констатируют они, – это критически важно для того, чтобы иметь возможность проводить нейронную стимуляцию у людей на нано-уровне». Как видим, речь уже идёт о «нейронной стимуляции» на нано-уровне, когда человек, сам того не осознавая, может стать управляемым извне во интересах внешних сил…
Арсенал США и их союзников по НАТО в сфере информационно-психологического воздействия на противников Североатлантического альянса в этом десятилетии будет, видимо, расширяться как путях использования новых технологических возможностей (включая элементы искусственного интеллекта и квантовые вычисления), так и за счёт наметившегося прорыва на стыке гуманитарных и естественных наук, позволяющего продвинуться в понимании функционирования человеческого мышления. Отсюда и использование в НАТО понятия «когнитивная война».
Адаптация новых теоретических знаний о человеке к практике информационной войны и внедрение новых методик ведения войны происходит в Североатлантическом альянсе на более «приземлённом» уровне — на уровне структур стратегической пропаганды НАТО. Особое место в этой сфере сегодня занимают центр передового опыта НАТО в области стратегических коммуникаций (NATO Strategic Communications Centre of Excellence) в Риге и Центр передового опыта НАТО в области совместной киберзащиты (NATO Cooperative Cyber Defence Centre of Excellence) в Таллине. О работе последнего «Красная звезда» недавно уже рассказала.