Об этом свидетельствуют итоги голосования жителей острова.
Если ещё несколько месяцев назад Гренландия интересовала лишь специалистов по Арктическому региону, то сегодня к ней приковано внимание мировой общественности. Чем это вызвано и какие перспективы развития ситуации на острове и вокруг него? На эти и другие вопросы дал ответы в интервью «Красной звезде» руководитель Центра военно-дипломатического анализа и оценок профессор Дипломатической академии МИД России, доктор исторических наук Владимир ВИНОКУРОВ.
– Владимир Иванович, нельзя не заметить, что в последнее время мировое сообщество уделяет повышенное внимание Гренландии…
– Действительно, ещё совсем недавно этот холодный и малонаселённый, но в то же время самый крупный в мире остров, на котором проживают всего 57 тысяч человек, оставался как бы вне поля зрения международной общественности. Сейчас картина несколько иная, и причин тому несколько.
Прежде всего следует отметить, что недавно, а если быть точнее, 11 марта, на острове прошли парламентские выборы. И победила на них совершенно неожиданно, даже, наверное, для жителей острова, партия Demokraatit – «Демократы», выступающая за постепенный переход к независимости Гренландии. На втором месте также оппозиционная центристская партия Naleraq («Веха»), добивающаяся «скорейшей» свободы острова. Третье место заняла правящая до сего момента социалистическая партия Inuit Ataqatigiit («Народное сообщество»), поддерживающая проведение референдума о независимости, но пока колеблющаяся относительно сроков его проведения.
– Остров входит в состав Дании на правах автономной территории?
– До середины XX века он являлся датской колонией, но после Второй мировой войны, когда в мире началась волна деколонизации, Гренландия в 1953 году получила статус автономии, и местные жители стали полноценными гражданами Дании, имея такие же права, как и жители метрополии. После референдума 1979 года остров получил право на самоуправление, которое позволило создать парламент и правительство, взяв под контроль образование, здравоохранение и рыболовство. После очередного референдума в 2009 году был принят «Закон о самоуправлении», который расширил полномочия местных властей, включая контроль над голосованием. Но Дания по-прежнему контролирует безопасность, оборону, внешнюю и денежно-кредитную политику. Гренландия также получает выгоду от членства Дании в Европейском союзе и НАТО.
Однако это уже не устраивает многих гренландцев. «Люди хотят перемен… Мы хотим, чтобы больше компаний финансировало наше благосостояние», – сказал по результатам выборов Йенс-Фредерик Нильсен, лидер «Демократов» и бывший министр промышленности и полезных ископаемых. И добавил: «Мы не хотим независимости завтра, мы хотим прочного фундамента».
– Чем продиктована такая позиция?
– То, что гренландцы стремятся к независимости, вполне понятно. Ведь остров сказочно богат природными ресурсами, а постепенное таяние ледяного покрова на его огромной территории облегчит их разведку и добычу. Считается, что остров располагает 10 процентами мировых запасов пресной воды, 13 процентами неразведанной нефти и 30 процентами природного газа. Кроме того, здесь находятся значительные залежи редкоземельных металлов, которые критически важны для современных технологий, включая производство электроники и развитие зелёной энергетики.
Однако Гренландия не спешит их добывать из-за экологических проблем, суровых погодных условий и главное – из-за отсутствия достаточных экономических возможностей. Остров ежегодно получает примерно 20 процентов своего годового ВВП благодаря государственному гранту от Дании – более 500 миллионов долларов. Это примерно половина бюджета Гренландии. Поэтому партия «Демократы» и выступает за постепенный переход к независимости Гренландии, подготавливая к тому необходимую экономическую базу, в том числе и добычей обширных, но практически неиспользуемых минеральных ресурсов острова.
– «Демократам» предстоит сформировать правительство?
– Сейчас эта партия, которая четыре года назад не набрала и 10 процентов голосов на выборах, а теперь победила на них, ведёт переговоры со всеми политическими силами в интересах создания коалиционного правительства. Именно оно и должно выработать план отделения от Дании. Естественно, он должен не только включать экономические вопросы, но и сформулировать подходы к обеспечению будущей безопасности Гренландии. Некоторые островные политики предлагают после обретения независимости заключить договор об обороне с Данией, Канадой или даже США.
Гренландия привлекает транснациональные компании природными богатствами, и прежде всего запасами редкоземельных металлов
– С Соединёнными Штатами, которые намерены включить Гренландию в свой состав?
– Да, это давняя мечта американцев. Идея приобретения Гренландии возникла ещё в 1860-х годах при президенте Эндрю Джонсоне, который был заинтересован в расширении американской территории, но из этого ничего не вышло. После Второй мировой войны США вновь стали проявлять к острову большой интерес и в 1946 году предлагали Дании сто миллионов долларов за него, но получили отказ. Придя в первый раз в Белый дом, Дональд Трамп напомнил об этом и предложил шестьсот миллионов долларов. Однако Копенгаген снова ответил отказом.
Возглавив администрацию США во второй раз, Трамп вернулся к этим планам и пообещал ввести против Дании высокие торговые пошлины, если она не откажется от острова, и даже намекнул на применение войск для силового присоединения. Кстати, именно это заявление стало ещё одним поводом для того, чтобы Гренландия оказалась в центре внимания мирового сообщества. 13 марта, уже после выборов в Гренландии, 47-й президент США на встрече в Белом доме с генсеком НАТО Марком Рютте вновь заявил, что сделает всё для того, чтобы остров стал частью его страны.
– Между тем американские военные уже давно присутствуют на острове…
– Они пришли на остров в годы Второй мировой войны. В апреле 1940-го Германия оккупировала Данию, возникла угроза появления нацистов на острове. Поэтому США стали разворачивать свои объекты в Гренландии для решения военных задач в Северной Атлантике: радиомаяки, метеостанции, склады… Авиабазу Туле они построили в начале 1950-х годов в 750 милях (около 1200 километров) к северу от полярного круга.
В 2020 году она была передана созданным тогда космическим силам США. А в 2023 году переименована в военно-космическую базу Питуффик. Основное её предназначение – разведка и мониторинг Арктической зоны в рамках отслеживания военной активности России в регионе. Кроме того, Питуффик является неотъемлемым компонентом системы раннего предупреждения о ракетном нападении объединённого американо-канадского командования воздушно-космической обороны Северо-Американского континента NORAD. В настоящее время Питуффик структурно замыкается на базу Дельта 1 (Space Base Delta 1) – подразделение космических сил США, сформированное в июле 2020 года со штаб-квартирой на базе Петерсон в Колорадо-Спрингс.
– Чем ещё интересен остров для Соединённых Штатов, если отбросить в сторону общие фразы о том, что Гренландия необходима Америке для обеспечения национальной безопасности?
– Гренландия – это место, в котором сошлись такие факторы, как изменение климата, острая потребность в ресурсах, геополитика и новые торговые маршруты. Как отмечает агентство Ассошиэйтед пресс, крупнейший остров мира теперь «во многих отношениях занимает центральное место в геополитической и геоэкономической конкуренции», в том числе из-за изменения климата.
Естественно, Гренландия привлекает транснациональные компании, штаб квартиры которых находятся за океаном, природными богатствами, и прежде всего запасами редкоземельных металлов, столь необходимых сегодня американской промышленности. Получить доступ к ним американская промышленность пытается в разных регионах мира, опираясь на поддержку своего государства с его огромным силовым ресурсом.
Кроме того, надо принять во внимание выгодное географическое расположение Гренландии, которая находится между Северным морским путём и Северо-Западным проходом – двумя арктическими судоходными маршрутами, значение которых растёт по мере сокращения площади морского льда. Владение Гренландией значительно повысит роль США в контроле за этими маршрутами, а также за Арктикой в целом, где сталкиваются интересы ведущих мировых держав.
– Как население Гренландии относится к заявлениям представителей новой администрации США?
– Опросы общественного мнения показывают, что 85 процентов населения Гренландии выступают против включения острова в состав США. Собственно говоря, эти настроения тоже сказались на прошедших выборах. В разговоре со Sky News упоминавшийся уже Йенс-Фредерик Нильсен заявил, что выборы показали, что «мы не хотим быть американцами. Мы не хотим быть датчанами. Мы хотим быть гренландцами, и мы хотим собственной независимости в будущем. Мы хотим построить собственную страну самостоятельно». Следует отметить, что все партии, представленные в парламенте Гренландии, заявили, что не хотят, чтобы эта территория стала частью Соединённых Штатов. Вместе с тем гренландские политики не против развития как экономического, так и оборонного сотрудничества с Америкой.
– И что же в результате?
– Имея за плечами семилетний опыт работы в посольстве СССР в Дании, могу с уверенностью утверждать, что и датчане, и жители острова никогда не согласятся ни с каким аншлюсом. Что касается Дании, то королевство приложит все усилия, чтобы сохранить автономию Гренландии на нынешних условиях, используя прежде всего экономические рычаги. В противовес американскому военному присутствию на острове датчане могут увеличить личный состав штаба арктического командования своих вооружённых сил в столице острова городе Нуук и разместить некоторые подразделения этого командования в Кангерлуссуаке. Силовой ресурс у королевства весьма невелик – численность сухопутных войск составляет 8 тысяч военнослужащих, так что королевству остаётся уповать на искусство своей дипломатии и здравомыслие заокеанского старшего партнёра по Североатлантическому альянсу. До американо-датской войны дело, конечно, не дойдёт, но усилить военное присутствие на острове США без согласования с властями королевства вполне могут уже в ближайшем будущем.