Она вдохновляет на преступления киевские власти и их главную опору – украинских неонацистов.
Обстрел центра Донецка в понедельник, 14 марта, кассетным боеприпасом, приведший к гибели ни в чём не повинных людей, стал ещё одним подтверждением того, что идеология киевского режима и его опорной силы – неонацистов, замешенная на крови и ненависти, глубоко укоренилась в украинских вооружённых силах. Об этом говорится и в статье немецкой газеты «Юнге вельт», которая с небольшими сокращениями предлагается вниманию наших читателей.
С временным спадом боевых действий в Донбассе, начиная с весны 2015 года, стало относительно тихо вокруг самых главных штурмовых отрядов Украины – фашистов, которые ранее появились на Майдане как авангард госпереворота, а затем как наиболее боеспособная часть киевской армии.
На это было несколько причин. За это время украинская армия была значительно модернизирована и обновлена. Вторая причина заключается в том, что после 2015 года, когда фашистские батальоны оказались под угрозой выпадения из любых государственных областей и готовились зарабатывать себе на жизнь как обычные банды головорезов и убийц, их включили в состав регулярных военных структур. Это обеспечило им регулярное финансирование и связывало их отчасти с командованием.
Таким образом, батальон «Азов», изначально финансировавшийся за счёт пожертвований украинских олигархов, был повышен до уровня полка и стал составной частью национальной гвардии, подчиняющейся министру внутренних дел Арсену Авакову. Он вошёл в историю как «спецподразделение милиции», когда расстрелял граждан, праздновавших День Победы в Мариуполе 9 мая 2014 года, через неделю после одесского погрома. Другими словами, произошла легализация и институционализация фашистских боевиков и их объединений.
Сегодня основная часть украинских войск в Мариуполе состоит из членов националистического батальона «Азов». Они закрепились в жилых кварталах города и, очевидно, намерены использовать в своих целях мирных жителей города в качестве живого щита.
Аналогичная ситуация была и с другими подразделениями. Например, с батальоном «Айдар», набранным из освобождённых преступников. После того как даже Amnesty International сообщила о военных преступлениях со стороны этого подразделения, оно пропало из виду, но само по себе осталось.
Ранее в этом месяце бывший командир террористических сил Максим Марченко был назначен президентом Владимиром Зеленским новым губернатором Одесской области. Его миссия не нуждается в объяснении: удержать контроль над регионом, где опасаются пророссийских тенденций. Так же, как это сделали киевские власти в конце апреля 2014 года, когда посадили в поезд банду харьковских футбольных хулиганов правого толка, завербованных основателем «Азова» Андреем Билецким, и отправили их в Одессу под предлогом матча национальной лиги, где ситуация в то время оказалась на грани. В результате 2 мая произошёл погром, в ходе которого 48 противников Майдана были сожжены заживо или забиты до смерти.
Сегодня националистический батальон «Азов» закрепился в жилых кварталах Мариуполя и использует в своих целях мирных жителей города в качестве живого щита
В годы «замороженного конфликта» в Донбассе казалось, что украинский фашизм регрессировал до статуса вокального меньшинства, которого он традиционно придерживался. Число участников регулярно организуемых митингов, например, в день рождения Степана Бандеры (пособник нацистов, военный преступник, 1909–1959), неуклонно снижалось. Даже не уличённый в фашистских симпатиях портал «Страна.ua» писал об «ограниченных мобилизационных возможностях радикалов».
Но это обман. Третьему аспекту уделяется мало внимания, хотя с политической точки зрения он является наиболее тревожным: речь идёт о «нормализации» фашистских идей в украинском обществе. Бандера изображается в учебниках как национальный герой. День образования Украинской повстанческой армии» (УПА) 14 октября 1942 года, основанной его Организацией украинских националистов (ОУН), стал официальным государственным праздником вместо советского Дня защитника Отечества 23 февраля (сам Бандера в то время сидел в известном бараке концлагеря Заксенхаузен, куда нацисты свозили потенциальных союзников с оккупированных территорий для дальнейшего использования).
При этом контекстуализация деятельности фашистов ОУН радикально изменилась. Сегодня их изображают такими, какими субъективно они, вероятно, и были: прежде всего радикальными украинскими националистами, которые в поисках союзников ухватились за тех, кто был ими в 30–40-е годы XX века. Бандеровцы выступают как украинские патриоты, поскольку сегодня на Украине советское историческое изложение событий табуировано как идеологическая конкуренция. Их причастность к убийствам немецких боевых групп замалчивается или приуменьшается.
На этом фоне недавнее заявление президента Зеленского американскому телеканалу ABC приобретает роковое значение. Он сказал, что в крайнем случае будущее Крыма и Донбасса, а также нейтралитет страны могут обсуждаться с Россией, но её требование о «денацификации Украины» означает «уничтожение Украины как нации», что это «геноцид, как в 1940-х годах». Говоря простым языком: национализм, скомпрометированный сотрудничеством с нацистским режимом, возводится в ранг основного элемента украинского национального сознания. И это говорит президент с еврейскими корнями.