К 100-летию со дня рождения Георгия Тимофеевича Берегового.
Рисковать и при этом анализировать обстановку, скрупулёзно просчитывая реальные возможности и резервы, было для него делом обыденным. Отличался он и точностью, выразительностью мысли, всегда взвешенной и последовательной. Да и энергией, волей, самообладанием, выносливостью наделён был сполна. Что и говорить, Георгий Береговой, чьё 100-летие со дня рождения приходится на эти апрельские дни, действительно представлял собой личность во всех отношениях уникальную, неповторимую и, естественно, ставшую в один почётный ряд с другими советскими первопроходцами, открывшими космическую эру и добившимися того, что именно наша держава не одно десятилетие удерживала пальму первенства в многотрудном деле освоения космического пространства.
Георгия Тимофеевича в советское время большая страна знала и уважала прежде всего как космонавта, всего двенадцатого по счёту, совершившего свой полёт с 26 по 30 октября 1968 года на космическом корабле «Союз-3». Многие сограждане знали и о том, что он стал одним из самых старших по возрасту лётчиков-космонавтов СССР, осуществившим свой полёт в возрасте 47 лет. Знали Берегового и как боевого лётчика, участника Великой Отечественной войны, единственного среди космонавтов, удостоившегося звания Героя Советского Союза в годы войны за военные подвиги, совершённые в 185 боевых вылетах.
Весомо при проведении тех, или иных государственных приёмов и мероприятий, а также в соответствующей литературе звучало и официальное представление Берегового: генерал-лейтенант авиации, лётчик-космонавт СССР, заслуженный лётчик-испытатель СССР, заслуженный мастер спорта СССР, дважды Герой Советского Союза, кавалер двух орденов Ленина, двух орденов Красного Знамени, ордена Богдана Хмельницкого III степени, ордена Александра Невского, двух орденов Отечественной войны I степени, ордена «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР» III степени, медали «За боевые заслуги» и ряда других, лауреат Государственных премий СССР и УССР, кавалер множества зарубежных орденов, Золотой медали имени К.Э. Циолковского, Золотой медали имени Ю.А. Гагарина и Золотой космической медали Международной авиационной федерации, кандидат психологических наук, депутат Верховного Совета СССР 8–10-го созывов.
Даже беглое и неполное перечисление регалий и наград Берегового говорит о многом. И прежде всего о том, что фигурой он был незаурядной. Потому и получил такое высокое признание и удостоился столь высоких государственных и общественных наград. Но не о них он, конечно, думал, совершая свои подвиги, особенно тогда, в военное лихолетье.
185 боевых вылетов – разве само их число, не говоря уже о подробностях сражений в небе, не впечатляет? А крутой поворот в жизни в возрасте 43 лет, когда Береговой поступает в отряд космонавтов и проходит всю необходимую подготовку наравне с молодыми, не вызывает восхищения? А сам полёт, совершённый после вынужденной двухлетней задержки, также в достаточно зрелом возрасте, не способствует ли тому, чтобы подвигом Берегового по-настоящему гордиться и ставить его в пример будущим поколениям?
Безусловно, всей своей жизнью, беззаветным служением Отчизне, Георгий Тимофеевич заслужил, чтобы о нём помнили и передавали эту добрую память из поколения в поколение.
Но сам легендарный лётчик-космонавт, а затем и многолетний начальник Центра подготовки космонавтов имени Ю.А. Гагарина, которым умело руководил с 1972 по 1987 год, был человеком скромным и к славе относился философски, как к должному и не столь важному житейскому атрибуту. Не считал нужным Береговой и превозносить профессию космонавта, неоднократно подчёркивая, что «…профессию делает романтичной сам человек прежде всего своим отношением к ней. Хороший слесарь, который любит свой труд, вызывает уважение не меньшее, чем космонавт. Я всегда любил работу и думаю, что именно это моё качество помогло достичь успехов».
Долгие годы вплотную соприкасаясь с небом, а позже и с космическими далями, всецело посвятив себя этому непростому делу, будучи настоящим советским патриотом, готовым преодолевать любые трудности и, если потребуется, отдать жизнь за Родину, Береговой с юношеских лет стремился к высоким целям и приучал себя к тому, что их, в обязательном порядке следует добиваться. Такая целеустремлённость, помноженная на напористость и трудолюбие, сделают своё: он станет блестящим лётчиком и ко времени прихода в отряд космонавтов будет иметь 28 лет лётной практики, приобретённой как в качестве истребителя, так и испытателя, которым он успеет проработать 16 лет. Обретённый в те годы бесценный опыт поспособствует и тому, что, слетав в космос, Береговой станет не только начальником Центра подготовки космонавтов, но и всё тем же пытливым исследователем, долгое время изучавшим проблему взаимодействия человека и техники, результатом чего станет защита диссертации на тему «К вопросу о роли человеческого фактора в космическом полёте» и звание кандидата психологических наук.
Немаловажно и то, что Береговой к выбранной профессии относился предельно серьёзно и не воспринимал её как некое романтическое увлечение. Хотя, отметим справедливости ради, лётчиком он мог и не стать. «То, что я стал лётчиком, это, конечно, случайность, – вспоминал Георгий Тимофеевич. – Но не случайно другое: я навсегда и безраздельно полюбил это своё ремесло. Оно стало моим призванием. Я захотел научиться и научился неплохо водить самолёты, найдя тем самым в профессии лётчика самого себя».
Беззаветным служением Отчизне Георгий Тимофеевич заслужил, чтобы о нём помнили и передавали эту добрую память из поколения в поколение
Будучи человеком военным, Береговой привык к ответственности и конкретному, а не абстрактному пониманию сути стоящих перед ним задач. И в то же время, искренне любя своё лётное дело, каждодневно постигая все его премудрости и понимая, что именно в нём он может в полной мере реализоваться как личность, а также философски определяя собственное жизненное кредо как «умение жить в полный рост», Береговой вполне определённо высказывался и на сей счёт: «Никакой неодолимой тягой к острым ощущениям я, как и подавляющее большинство лётчиков-испытателей, разумеется, никогда не страдал. Не наделён я, конечно, и никаким уникальным, сверхчеловеческим бесстрашием, которое любят иногда приписывать неким суперменам, чьи кирпичные подбородки и пистолетный прищур глаз украшают обложки книг определённого сорта литературы. Мне думается, что настоящий лётчик-испытатель обладает неизмеримо более ценными, чем только что перечисленные, качествами характера: ясной целеустремлённостью, непоколебимой верностью избранной цели и умением жить во весь рост, не пригибаясь и, главное, не избегая никаких трудностей».
Боевой опыт Береговой приобрёл не сразу, пришлось многое, начиная
с самостоятельной ориентировки в полёте, постигать в ходе самих боевых вылетов, в которых он учился не только бомбардировать и побеждать врага, но и маневрировать, дабы выжить
штурмового авиаполка, и инженер его эскадрильи старший лейтенант Виктор Бахтин, сентябрь 1943 г.
Столь чёткое понимание своего профессионального предназначения делало Берегового не только человеком увлечённым, волевым и решительным, но и смелым, энергичным, последовательным, остроумным и способным отстаивать свою правоту. К тому же, как вспоминали те, кто хорошо знал Георгия Тимофеевича, имелся у него и своеобразный, далеко не простой характер, не позволявший ему смотреть на всё происходящее сквозь пальцы. Потому и не терпел он бездельников и болтунов, не воспринимал людей посредственных и пустых, живших бездумно, что называется, одним днём. Не считал возможным Береговой попустительствовать и непрофессионалам, людям не обладавшим необходимыми знаниями и навыками. С такими ему всегда было не по пути. Да и время своё он привык ценить, прекрасно понимая его быстротечность и стараясь использовать с максимальной отдачей, дабы оно давало возможность что-то создавать, где-то в каких-то важных и ответственных делах участвовать. Иначе чего-либо существенного не достичь. «Я хорошо усвоил, – писал лётчик-космонавт в книге «Три высоты», – что жизнь щедра на эпизоды, но скупа на события. Случается, многие годы промелькнут, а зацепиться не за что. Вспомнить, понятно, есть о чём. Рассказать – тоже. При желании можно и выводы из прожитого сделать. И всё это нужно, без этого не обойтись. Но событие… Тут совсем иной разговор. События, значительные, ломающие привычное течение дней,
в жизни человека – редкость. Может, поэтому смысл их постигаешь не сразу и не в полной мере, а как бы от случая к случаю, постепенно».
Кстати, коль уж возникла необходимость обратиться к одной из книг Берегового, то следует сказать и о том, что за творческую работу он в своё время взялся так же решительно, как и занимался космонавтикой, а ранее испытанием новой военной техники. Его обуревала жажда рассказать о себе, о том пути, который прошёл, об участии в Великой Отечественной войне, о судьбе военного лётчика, ставшего космонавтом, и о людях, бывших рядом в те годы, когда воевал, и тогда, когда продолжил в мирное время службу в Вооружённых Силах, проходил обучение в Военно-воздушной академии и Центре подготовки космонавтов.
И однажды начав писать, Георгий Тимофеевич и в писательском деле достиг впечатляющих результатов. С каждой новой книгой, а из-под его пера вышли следующие: «Земля – стратосфера – космос», «Угол атаки», «Небо начинается на Земле», «По зову сердца», «Грань мужества», «О времени и о себе», «Космос – землянам», «Три высоты», – Береговой неизменно погружался во всё более глубокие размышления, не ограничиваясь лишь хронологически выверенным описанием всего пережитого.
Самым же содержательным, наполненным философскими выкладками и заключениями произведением, без сомнения, стала его книга «Три высоты», увидевшая свет в 1986 году. В ней в полной мере и раскрывается философская зрелость личности, следовавшей в авангарде своего времени.
Так, уже с первой страницы Береговой доводит до читателя далеко не праздные раздумья: «У человека – судьба, у человечества – история.
Количество и здесь переходит в качество: история – не судьба. Жизнь каждого из нас во многом определяет случай, стечение обстоятельств. История если и не застрахована от случайностей, то ход её всё-таки обуславливается не ими. Стечение обстоятельств для неё не главное, у истории свои законы.
Но история человечества сплетается из судеб людей, она не их сумма, она вектор их взаимосвязей и переплетений. Над историей нет никакой руководящей, направляющей силы; не катится она также и самотёком – ею движут объективные закономерности. Но исходной точкой этих закономерностей, их основой, если не единственной базой является человек. Именно его замыслы и идеи, его начинания и свершения, объединяясь и взаимодействуя с замыслами и идеями, начинаниями и свершениями других таких же, как и он сам, отдельных людей, вызывают к жизни и научно-техническую мощь человечества, и его нравственно-социальные устремления, и в конечном счёте те глубинные тенденции, которые направляют пути цивилизации. В этом смысле судьба каждого из нас – частица истории. В ней, как в капле воды, отражены стремнины и водовороты главных течений его эпохи. В одних случаях – больше, в других – меньше, но отражены неизбежно. Нет человечества без людей, нет и человека вне человечества.
Разумеется, я не историк и не философ. И говорю всё это лишь к тому, чтобы утвердить лишний раз ценность свидетельств о своём времени любого из нас. Независимо от чинов и званий. В осуществлении общих целей нет места табели о рангах – участие каждого из нас одинаково ценно и необходимо. <…> Каждый из нас видит мир под углом дела, которое он делает, с позиций своей профессии. Именно профессия даёт нам возможность принимать непосредственное участие в решении задач и проблем своего времени, в начинаниях и свершениях своей эпохи; она же позволяет выработать собственную точку зрения на окружающее и на мир в целом».
Такое вдумчивое, глубинное и проникновенное отношение к действительности, к социуму, к делу всей жизни у Берегового выработалось не в одночасье. Следовало пройти через многие испытания, пропустив их через разум и сердце, чтобы осознать эти истины. Необходим был и жизненный опыт, и дополнительные знания, к которым Георгий Тимофеевич всегда стремился, понимая, что без них ему трудно будет состояться в своей непростой, но почётной профессии. Тем более, что с молодых лет по жизни он привык идти с высоко поднятой головой, не оглядываясь по сторонам в поисках неоправданного заступничества и покровительства. Не так был он воспитан, да и принадлежность к поколению, начавшему взрослую, сознательную жизнь в конце героических 30-х годов прошлого столетия, как известно, о поблажках, лёгкой, беззаботной жизни даже и не думавшего, не давала ему на то оснований; такие пустые, эгоистичные мысли для юного Берегового были недопустимы в принципе. Потому и не стал он циником, эгоистом, карьеристом, приспособленцем и в последующие годы. Вся эта жизненная скверна была ему противна и ненавистна. Старался он с ней бороться и тогда, когда добился в жизни определённых результатов и особенно в те годы, которые были им проведены на руководящих должностях.
Думал ли он, уроженец села Федоровка Карловского района Полтавской области, что станет покорителем небесной высоты? По всей видимости, думал. По крайней мере, как писал Георгий Тимофеевич в своих книгах, о небе он начал мечтать ещё мальчишкой. В небольшом донбасском городке Енакиево, где проходило его детство, он старался не пропускать вестей о делах советской авиации. Нередко эти вести в буквальном смысле ошеломляли пытливого паренька. Да и как ему было не восторгаться подвигами гремевших тогда первых Героев Советского Союза А.В. Ляпидевского, С.А. Леваневского, В.С. Молокова, Н.П. Каманина, М.Т. Слепнева, М.В. Водопьянова, И.В. Доронина? А мог ли он не обратить внимание на мировой рекорд беспосадочного полёта, установленный М.М. Громовым? Могло ли его взбудораженное небом сознание не отозваться на сенсационный беспосадочный перелёт В.П. Чкалова, Г.Ф. Байдукова, А.В. Белякова на самолёте АНТ-25 по маршруту Москва – Северный полюс – Америка?
90-го гвардейского штурмового авиаполка гвардии лейтенанта
Г.Т. Берегового от 3 сентября 1943 г.
Вспоминая те юношеские восторги и впечатления в книге «По зову сердца», адресованной Береговым в первую очередь юным патриотам, он писал: «О героях, прославивших нашу Родину как великую авиационную державу, мне немало пришлось услышать от старшего брата Виктора, работавшего в тридцатые годы инженером-конструктором в Енакиевском аэроклубе Осоавиахима, а также от друга нашей семьи – Василия Алексеевича Зарываева, ставшего вскоре начальником аэроклуба. Часами я мог слушать их рассказы о «воздушном летании» в России, о первых русских авиаконструкторах, пилотах. От них узнал, что первый в мире самолёт был построен русским учёным и изобретателем А.Ф. Можайским, а первым русским лётчиком-испытателем стал Б.И. Россинский. Всё, что касалось авиации, я впитывал в себя как губка. Мне, пятнадцатилетнему мальчишке, было уже многое известно. Но мне этого было мало. Первые герои своим примером зажигали меня, воодушевляли и подогревали и без того горячее желание покорить, завоевать голубое небо. И я немало времени проводил в аэроклубе, но официально был зачислен туда только тогда, когда мне исполнилось шестнадцать лет».
Через год, семнадцатилетним парнем, окончив восемь классов, Георгий начнёт самостоятельную жизнь и пойдёт работать на металлургический завод. А после окончания аэроклуба в декабре 1938 года поступит
в Луганскую школу военных лётчиков. Там же, в Луганском лётном училище, Берегового и застанет война…
О своих военных буднях на Калининском, Воронежском, Степном, 1-м и 2-м Украинских фронтах Береговой откровенно поведал в книгах. Пересказывать его воспоминания не буду, так как, думается, они заслуживают отдельного и обстоятельного разговора. Отмечу лишь, что боевой опыт Береговой приобрёл не сразу, пришлось многое, начиная с самостоятельной ориентировки в полёте, постигать в ходе самих боевых вылетов, в которых он учился не только бомбардировать и побеждать врага, но и маневрировать, дабы выжить.
С началом космической эры Береговой буквально заболеет космосом. Дважды будет подавать рапорт с просьбой о зачислении в отряд лётчиков-космонавтов, и лишь через два года просьбу его удовлетворят. Так начнётся жизнь Берегового в космическом центре, наполненная тренировками, соответствующими физическими занятиями и другими испытаниями, предусмотренными программой подготовки лётчиков-космонавтов. Непросто ему будет осваивать центрифуги, барокамеры, термокамеры, батуты, лопинги, заниматься парашютными прыжками и на комплексных тренажёрах, сдавать пробы на выживаемость, но сильный физически, выносливый и настойчивый лётчик, герой минувшей войны, с ними справится и приобретёт необходимые для полёта знания и опыт.
Днём старта Берегового станет 26 октября 1968 года. Символичным и удивительным совпадением ознаменуется тот день, так как именно 26 октября в давнем военном 1944 году Президиум Верховного Совета СССР удостоит Георгия Тимофеевича звания Героя Советского Союза.
И вот в 11 часов 34 минуты по московскому времени с Байконура стартует пилотируемый Береговым корабль «Союз-3». Полёт продлится до 30 октября, и в результате этого полёта космонавт выполнит поставленную задачу и первым проведёт на орбите уникальную операцию встречи и стыковки пилотируемого корабля «Союз-3» с беспилотным «Союзом-2», показав себя космонавтом-испытателем высочайшего класса.
Более полувека прошло с того времени, с того легендарного полёта, ставшего важной и знаковой вехой в реализации грандиозной советской космической программы. Четверть века прошло и с того часа, как Георгий Тимофеевич навсегда отправился в вечность, найдя последнее пристанище на Новодевичьем кладбище Москвы.
Память о дважды Герое Советского Союза, лётчике-космонавте Георгии Береговом продолжает жить. Установлены его бронзовые бюсты в Киеве и Енакиево. В этом же донбасском городке почётному гражданину города установлена памятная стела, его именем названы проспект, парк и сквер. Есть там и музей космонавта. Улицы его имени есть и в ряде других городов на постсоветском пространстве. Имя героя носят некоторые объекты и учебные заведения…
Давайте же почаще вспоминать этого выдающегося сына планеты Земля, а вместе с ним и его побратимов по космосу и героической военной поре, при которой в неимоверно тяжёлых, боевых условиях и начинался путь в бессмертие этого скромного и благородного сына братской Украины.