Сталинградская эпопея стала основной темой творчества Юлия Чепурина.
В числе гостей на торжествах по случаю 80-й годовщины разгрома советскими войсками немецко-фашистских войск в Сталинградской битве была Таисия Чепурина, вдова писателя и драматурга Юлия Чепурина. В 1941–1943 годах он был спецкором фронтовой газеты «Сталинское знамя» 62-й армии и первым поведал миру о героической обороне одного из зданий Сталинграда на площади 9 Января, которое вошло в историю как Дом Павлова.
В советское время Юлий Петрович был известным литератором, лауреатом государственных премий. Он автор трилогии «Сталинградцы», а также двадцати пьес, которые ставились на сценах не только театров СССР, но и за рубежом. Творения фронтовика передают достоверную правду о Великой Отечественной войне, основываются на примерах героических поступков конкретных людей.
Юлий Чепурин был удостоен орденов Отечественной войны II степени, Красной Звезды, медалей «За оборону Сталинграда», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне». В представлении к награждению младшего политрука Чепурина, датированном 28 февраля 1942 года, в графе «Краткое изложение боевого подвига или заслуг» написано следующее: «(…) В Красную Армию призван в феврале 1940 года. На фронте с 22.VI.1941 года. С начала войны работал старшим водителем транспортной машины (…) в течение 4 месяцев. Он почти всё время находился на передовых позициях, неоднократно попадал под артобстрел, под бомбёжку. Но всегда выводил машину в полном боевом порядке.
В редакцию газеты «Сталинское знамя» Чепурин прибыл (…) 13.X.1941 года. За короткое время нахождения в редакции показал себя способным, боевым журналистом, талантливым молодым красноармейским поэтом. Значительную часть (половину своего рабочего времени) он провёл в командировках в действующих на передовой линии частях. (…) В командировках он ведёт себя активно, смело, не боится трудностей военного времени.
(…) Исключительную популярность приобрёл Чепурин среди бойцов своей сатирой «На штык». (…) Кроме того, тов. Чепурин поднял ряд политических вопросов в газете».
Военкор Чепурин писал всё – стихи, очерки, заметки. Особенностью его газетных материалов были сюжетность, напряжённость действия, драматизм ситуации, переплетение трагического и радостного в жизни людей на войне. Он умел добираться до самых горячих точек, пренебрегая трудностями и опасностями. Впрочем, тыла тогда в Сталинграде и не было.
О том, как сражался с врагом Юлий Петрович своим главным оружием – пером, рассказал в мемуарах «Солдаты Победы» боевой товарищ Чепурина Юрий Левин. Он прибыл в Сталинград в редакцию газеты 62-й армии в сентябре 1942 года. Эта армия приняла на себя основной удар врага и в течение длительного времени, отрезанная от своих войск на узкой полоске правого берега реки Волги, расчленённая на части, героически обороняла Сталинград. Читаем: «С Чепуриным было легко соседствовать. Весёлый человек. Артист. Так оно и было: до войны окончил театральное училище, играл на сцене Саратовского драмтеатра. С ним не загрустишь. Он постоянно что-то творил, придумывал. Лишь когда писал, молчал.
В «корреспондентском блиндаже» он редко бывал. То отправлялся в дивизию генерала Родимцева, то на завод «Баррикады» к сибирякам Гуртьева подавался. Где ползком, а где перебежкой, но добирался до рот и батальонов.
Военкор Чепурин писал всё – стихи, очерки, заметки. Особенностью его газетных материалов были сюжетность, напряжённость действия, драматизм ситуации, переплетение трагического и радостного в жизни людей на войне
– Спрашиваешь, когда успеваю? – удивился Чепурин. – А всё ведь рядышком. Метров двести влево отшагал – к гвардейцам Родимцева попал, взял вправо – у морячков Батюка оказался. Тут, браток, расстояния метрами измеряются.
И верно, всё было рядом. От блиндажа командарма Чуйкова до самой передовой роты минут пятнадцать ходу. Часто враждующими были дома через улицу, а порой и этажи одного и того же здания. Но как трудно приходилось преодолевать эти метры! В Сталинграде всё горело, любой закоулок простреливался, везде рвались снаряды и мины, а пули свистели на каждом шагу. Передвигаться по сталинградским улицам в дневное время почти невозможно было. А надо! В газете «Сталинское знамя» имелась рубрика: «Вчера в Сталинграде». Вот и должен был корреспондент Ю. Чепурин, преодолевая страх и опасность, пробираться туда, куда, казалось, и нет пути».
По воспоминаниям Юрия Левина, именно Чепурин первым из журналистов узнал, что на площади 9 Января, занятой врагом, есть дом, в котором четверо храбрецов из 13-й гвардейской дивизии генерала А.И. Родимцева ведут бой с фашистами. Он сразу заинтересовался и отправился на встречу с легендарным «гарнизоном». Трое суток провёл он с защитниками дома. «Возвратился Чепурин в свой блиндаж ночью, – рассказал в мемуарах Юрий Абрамович. – Весь промокший – был дождливый октябрь, усталый, он, стоя у порога, вытащил из полевой сумки блокнот и бережно положил его на стол.
– Здесь запечатлена боевая история Дома Павлова.
– Какого дома? – спросил я.
– Как я сказал? Дома Павлова? А что, правда, неплохой заголовок для очерка».
31 октября 1942 года в газете «Сталинское знамя» вышла целая полоса под таким заголовком. С этого момента «Дом Павлова» стал символом мужества сталинградцев, а его защитники прославились по всей стране.
Огромный материал, который военкор собрал за время Сталинградской битвы, не мог уместиться в лаконичной газетной статье. Юлий Петрович говорил: «Мои герои живут во мне, дышать не могу». И он приступил к написанию пьесы, в которой хотел передать то, что под силу было лишь человеку, побывавшему в те дни на правом берегу Волги. Он творил в горящем Сталинграде… Действующие лица создаваемого драматического произведения сначала шли в атаку, а затем появились в пьесе.
Премьера спектакля по пьесе «Сталинградцы» состоялась в начале апреля 1944 года в Центральном театре Красной Армии. В том же году её издали тиражом 3000 экземпляров. Пьесу Чепурина поставил и Сталинградский драмтеатр, она много лет была в его репертуаре и неизменно пользовалась большим успехом у зрителей.
«Сталиградцы» стала началом трилогии, в которую вошли пьесы «Последние рубежи» и «Совесть».
Чепурин находился на Сталинградском фронте с первого до последнего дня сражения. Не раз был на волоске от гибели. Но на всю жизнь запомнился ему день окончания Сталинградской битвы. 2 февраля 1943 года, проходя по улице города, он увидел торчащую из сугроба портативную печатную машинку. Это была немецкая Olympia. Юлий Петрович взял её в руки, начал рассматривать, держа на уровне груди. И тут засевший где-то в развалинах немецкий снайпер выстрелил. Разрывная пуля искорежила шрифт, не нанеся вреда человеку. Свою «спасительницу» Чепурин оставил у друзей: «Если останусь жив, вернусь за ней…» И он вернулся, встретив День Победы в районе Праги вместе с нашими воинами и подошедшими войсками союзников-американцев. На заводе заменили искорёженный латинский шрифт русским, и «спасительница» стала верной спутницей писателя до конца его дней. На ней рождались все его произведения, а после его смерти вдовой была подготовлена к печати книга его фронтовых воспоминаний «Сталинградский котёл». Недавно вышла из печати вторая книга послевоенных размышлений Юлия Петровича о войне «Думы о Сталинграде». Обе книги изданы с благотворительными целями без права продажи.
Таисия Сергеевна Чепурина живёт в Москве и часто приезжает в Волгоград именно на рубеже января и февраля, когда здесь празднуют окончание Сталинградской битвы, переломившей ход Второй мировой войны. Смыслом своей жизни она видит продолжение великого дела мужа-фронтовика по увековечению подвига советского народа.