Современная техника и профессионализм специалистов ПВО обеспечивают безопасность на российском полуострове.
Враг не оставляет попытки с помощью беспилотных летательных аппаратов и ракет НАТО проводить террористические атаки на российские города. Стремление ВСУ прорвать с помощью этих ракет оборону Крымского полуострова не увенчалось весомым успехом – попадания по целям на полуострове носили единичный характер. Крымский мост также оказался прикрыт системами российской ПВО.
Как недавно заявил Президент России Владимир Путин, около 95 процентов ракет и снарядов противника уничтожаются нашими средствами ПВО. По информации Генштаба ВС РФ, только за 2023 год российскими средствами ПВО было уничтожено свыше 6,3 тысячи воздушных целей противника, в том числе более 4,6 тысячи БпЛА и более 100 управляемых авиационных ракет Scalp/Storm Shadow.
Кроме того, было уничтожено 90 противорадиолокационных ракет HARM и 30 ракет оперативно-тактических комплексов «Точка-У», а также более 1,4 тысячи снарядов реактивных систем залпового огня (РСЗО).
Как удалось добиться такого результата, как прикрывают небо зенитные ракетные подразделения в Крыму и как будет выглядеть российская ПВО будущего? С этими вопросами мы обратились к заместителю командира Крымской дивизии ПВО полковнику Андрею Т.
– Основная задача Крымского соединения ПВО – это прикрытие неба над полуостровом, защита гражданских и военных объектов от нападений врага, поиск воздушных целей, их обнаружение, идентификация, сопровождение и поражение. Счёт ракет и БпЛА, сбитых личным составом соединения в ходе военной кампании, идёт уже на сотни. Залогом победы в воздухе являются передовая техника и вооружение, и конечно же, профессионализм наших военнослужащих.
С помощью высокотехнологичного вооружения личный состав соединения успешно уничтожает крылатые и баллистические ракеты противника, его самолёты и вертолёты, снаряды РСЗО, а также беспилотники во всём диапазоне высот и скоростей.
Алгоритм действий зенитного ракетного подразделения при воздушной атаке следующий: сначала получение сигнала готовности, все занимают рабочие места, затем включение техники, ранее скрытой от «засвечивания» противником, настройка параметров боевой машины, уточнение задачи, ведение разведки, поиск цели, сопровождение, доклад, уничтожение по команде либо самостоятельное принятие решения на уничтожение, если уже нет времени на доклад.
Мозг ПВО – это командный пункт, начальник которого в зависимости от направления и характеристик полёта целей распределяет её тому или иному огневому подразделению. От организации взаимодействия между пунктом управления и командными пунктами подразделений зависит очень многое. Ведь от момента обнаружения цели до пуска ракеты по ней проходит порой всего несколько секунд. По опыту применения вооружения дивизионом С-400 на сбитие американской баллистической ракеты ATACMS, англо-французской крылатой ракеты Storm Shadow (SCALP-EG) или украинской крылатой ракеты «Нептун» требовалось в основном от 30 до 90 секунд.
В ходе работы командного пункта оперативный дежурный постоянно доводит информацию о том, с каких направлений возможен удар, примерное количество целей и подлётное время к обороняемому объекту. Но вместе с тем необходимо быть готовым, что удар может произойти раньше или позже обозначенного времени, так как вооружение противника может быть модернизировано новыми средствами. Кроме того, противник постоянно меняет тактику, не действует по трафарету, и к этому тоже нужно быть всегда готовым. Затем, когда цель появилась в зоне видимости боевой машины, происходит её захват и распознавание. Если цель высокоскоростная и времени на согласование нет, то командир боевой машины лично принимает решение об уничтожении, производит обстрел цели и докладывает командиру полка о том, сколько целей было уничтожено, с какого направления двигались цели, а также количество потраченных боеприпасов.
Количество попыток обстрела цели зависит от скорости и направления полёта. Как показывает опыт боевой работы, если это баллистическая ракета, то есть только одна попытка её уничтожить – сложности возникают из-за высокой скорости и быстро меняющихся параметров движения. Поэтому, как правило, для уничтожения такой цели требуются две зенитные управляемые ракеты сразу.
Но зато обнаружение ракеты происходит на значительной дальности (до 300 км), её легче классифицировать, сопровождать, в отличие от беспилотников, которые сделаны из композитных и слабо отражающих высокочастотные сигналы материалов. Также сложность обнаружения БпЛА обусловлена их полётом на малых высотах и малоразмерностью (в большинстве случаев). Чтобы точно убедиться, что это беспилотник, приходится подпускать его поближе, постоянно наблюдать за его изменениями высоты, скорости, траектории полёта. Всё это усложняет обнаружение, сопровождение и захват цели. Но зато и попыток поражения беспилотника благодаря его незначительной скорости гораздо больше – всё зависит от навыков расчёта.
Зенитная управляемая ракета наводится на БпЛА без каких-либо проблем. Да, бывают случаи, когда происходит срыв сопровождения цели. Но, зная её расположение в пространстве и на индикаторе кругового обзора, можно беспрепятственно взять её на повторное сопровождение или навестись вручную. Также из-за малой скорости БпЛА его можно поразить не только зенитной ракетой, но и пушечным вооружением.
Только за 2023 год российскими средствами ПВО было уничтожено свыше 6,3 тысячи воздушных целей противника, в том числе более 4,6 тысячи БпЛА и более 100 управляемых авиационных ракет Scalp/Storm Shadow
Универсальных средств ПВО, которые смогут одинаково эффективно справляться со всем спектром задач, нет и в обозримом будущем не будет. Имеющиеся в нашем соединении виды вооружения специализированы под определённые задачи: дальние комплексы хорошо справляются с баллистическими ракетами, самолётами-разведчиками, а также со стратегическими бомбардировщиками и истребителями F-16, если таковые появятся на нашем направлении. Но зато ракетным комплексам С-400 «Триумф» сложнее работать по тактическим целям, по которым хорошо отрабатывают зенитный ракетно-пушечный комплекс «Панцирь-С1» и другие средства ПВО. Всё это зависит от технических возможностей, которыми обладают эти виды вооружения. И цена производства дальних ракет гораздо выше, чем ракет ближнего радиуса действия, поэтому они применяются по более опасным целям.
Современный уровень автоматизации ПВО позволяет вести противовоздушный бой без участия человека, при этом значительно сокращается время на принятие решений. И здесь Россия впереди планеты всей, даже страны НАТО во многом уступают нам в развитии технологий в области ПВО.
Но наши ракетчики всё же держат искусственный интеллект под контролем, чтобы «терминаторы» не расстреляли за несколько минут весь боезапас и не поразили облака и всех птиц, находящихся в зоне поражения комплекса. Кроме того, при поиске и взятии на сопровождение вражеских ракет и БпЛА, особенно на малых высотах, происходит переотражение сигнала от объектов на местности, и это «эхо» машина воспринимает как реальную цель и даёт добро на применение противоракет. Правильно разобраться в этой ситуации может пока только опытный оператор, который по характеристикам поймёт, что цель ложная, и сбросит её с сопровождения. Но тенденции развития искусственного интеллекта позволяют надеяться, что в недалёком будущем продвинутые алгоритмы будут учитывать множество факторов, «терминаторы» будут самообучаемы и смогут полностью заменить человека в этой области.
А пока главный наш ресурс – это люди, настоящие патриоты, профессионалы в своём деле. Работа зенитчика непроста. Её отличают высокое психологическое напряжение, быстрая смена обстановки, малое время на принятие решения на уничтожение цели. Поэтому многое в нашем деле зависит от натренированности и умения личного состава применить оружие, знания тактико-технических характеристик вооружения противника, готовности и качества обслуживания своего вооружения и военной техники. Наши боевые расчёты получили колоссальный опыт в борьбе с воздушным противником, они делают всё, чтобы крымское небо снова стало мирным.