К 80-летию успешного отражения массированных ночных налётов фашистской авиации на Москву.
Михаил Громадин.
Уже 22 июля 1941 года защитникам неба Москвы пришлось отражать первый массированный ночной налёт вражеской авиации. Немцы потеряли 22 самолёта. В этом была большая заслуга генерал-майора Михаила Громадина, отвечавшего за противовоздушную оборону столицы.
К Москве прорвались лишь отдельные самолёты, но и те не смогли произвести прицельное бомбометание.
В течение июля – сентября 1941 года противник предпринял 36 массированных налётов на Москву, в которых в общей сложности участвовало более 4200 самолётов, 200 из них были сбиты. И каждый раз достигалось главное: к городу удавалось пробиваться лишь одиночным самолётам. Противник был вынужден временно отказаться от массированных налётов на столицу и перейти к беспокоящим действиям небольшими группами или даже одиночными самолётами, которые продолжались до конца сентября. С июля 1941 по июнь 1942 года в налётах на Москву участвовало 8500 вражеских бомбардировщиков.
А если подвести суммарные итоги действий ПВО за время битвы под Москвой, то они будут таковыми: зенитчики уничтожили свыше 1300 вражеских самолётов, 450 танков, более 250 артиллерийских и миномётных батарей, около 5 тысяч автомашин и до 50 тысяч солдат.
* * *
17 апреля 1935 года начальник штаба 1-го территориального пулемётного полка Михаил Степанович Громадин был назначен помощником начальника отдела ПВО Московского военного округа. С этого момента вся его последующая жизнь была неразрывно связана с руководящей работой в Войсках противовоздушной обороны страны, с их дальнейшим развитием и боевой деятельностью в годы Великой Отечественной
войны.
«В 5 часов вечера 21 июля 1941 года Государственный Комитет Обороны (ГКО) назначил учение на картах для проверки деятельности ПВО Москвы в дневных условиях, – вспоминал генерал-полковник артиллерии в отставке Д.А. Журавлёв, бывший командир 1-го корпуса ПВО. – В учениях участвовали оперативные группы штабов 1-го корпуса ПВО и 6-го авиационного корпуса. Нападающую сторону представляли командующий Московской зоны ПВО М.С. Громадин и начальник штаба зоны А.В. Герасимов. Учение закончилось в 8 часов вечера. Разбор итогов произвёл Г.К. Жуков. 1-й корпус ПВО получил в целом положительную оценку. Было дано указание подготовить на следующий день учение по отражению воздушного нападения в ночных условиях. Однако война внесла свои коррективы.
* * *
21 июля в 22 часа 25 минут противник силами в 200–250 самолётов, стартовавших с аэродромов Бреста, Барановичей, Бобруйска и Минска, четырьмя последовательными эшелонами с северо-западного, западного и юго-западного направлений вторгся в воздушное пространство Московской зоны ПВО и на высоте двух тысяч метров стал приближаться к Москве.
Все части ПВО были тотчас же приведены в боевую готовность. В городе была объявлена воздушная тревога.
В первом же налёте противник понёс весьма ощутимые потери, так и не достигнув желаемых целей. Ему не удалось вывести из строя промышленные объекты столицы, деморализовать население, сломить волю к сопротивлению защитников города.
Налёт продолжался до 3 часов 25 минут 22 июля.
Сразу же после налёта меня и генерала Громадина вызвали в ГКО. Было около 4 часов утра. По пути туда у нас, естественно, возникло чувство серьёзной тревоги. Как будет воспринят наш доклад? Ведь некоторые, пусть незначительные, повреждения всё же были нанесены городу. По прибытии в Ставку мы доложили, что из более чем 200 самолётов противника прорвались к городу лишь одиночные самолёты, которые нанесли незначительные разрушения жилым зданиям. Имелось несколько жертв среди населения. Промышленные и военные объекты не пострадали. Связь, электросеть, газоснабжение и водоснабжение сохранились в исправном состоянии. Город может жить нормальной жизнью.
Выйдя из Ставки, я решил проехать по городу и лично убедиться в том, какой ущерб причинён Москве. Первое впечатление было, конечно, тягостным: старики и дети возвращались из убежищ. В тех местах, где упали бомбы, темнели остовы разрушенных зданий.
Оценку действиям средств ПВО Москвы во время первого массированного налёта народный комиссар обороны СССР дал в своём приказе № 241 от 22 июля 1941 года.
В приказе было отмечено, что «благодаря бдительности службы воздушного наблюдения (ВНОС) вражеские самолёты были обнаружены, несмотря на темноту ночи, задолго до появления их над Москвой… Нашими истребителями и зенитчиками сбито, по окончательным данным, 22 самолёта противника».
Приказ заканчивался следующими словами: «За умелую организацию отражения налёта вражеских самолётов на Москву объявляю благодарность: командующему Московской зоной ПВО генерал-майору Громадину, командиру соединения ПВО генерал-майору артиллерии Журавлёву, командиру авиационного соединения полковнику Климову. Генерал-майору Громадину представить к правительственной награде наиболее отличившихся».
В список представленных к награждению было включено 83 человека.
Приказ воодушевил весь личный состав частей 1-го корпуса ПВО и 6-го авиакорпуса на ещё лучшее выполнение боевых задач…»
В первом же налёте противник понёс весьма ощутимые потери, так и не достигнув желаемых целей. Ему не удалось вывести из строя промышленные объекты столицы, деморализовать население, сломить волю к сопротивлению защитников города
* * *
Видный советский военачальник генерал-полковник Михаил Степанович Громадин родился 8 ноября 1899 года в селе Краишево Еланского района Волгоградской области в семье крестьянина-бедняка. До 17 лет батрачил у помещика. В ряды Красной Армии вступил в 1918 году. В последующем окончил Саратовские командные курсы, Киевскую объединённую пехотную школу, Военную академию имени М.В. Фрунзе, Высшие академические курсы при Военной академии Генерального штаба. До 1940 года был начальником штаба полка, помощником начальника отдела и начальником отдела ПВО Московского военного округа. С 1940-го – командир 1-го корпуса ПВО, затем помощник командующего войсками Московского военного округа по ПВО. В эти годы он внёс большой вклад в создание комплексной противовоздушной обороны Москвы с применением различных родов войск. С началом Великой Отечественной войны Громадин руководил отражением массированных налётов немецко-фашистской авиации на Москву. С ноября 1941 года он – заместитель наркома обороны СССР по ПВО и командующий Войсками ПВО страны. Громадин проявил большие организаторские способности при совершенствовании ПВО крупнейших политических и промышленных центров и районов страны, при организации взаимодействия Войск ПВО страны с силами и средствами ПВО фронтов и перестройке организационных форм и системы управления войсками ПВО. В августе 1943 года он был назначен командующим войсками Западного, в июле 1944-го – Северного, а в марте 1945-го – Центрального фронта ПВО.
С осени 1945 года генерал-полковник Михаил Громадин фактически возглавил преобразование фронтов ПВО в округа. А зимой 1946 года была восстановлена должность командующего Войсками ПВО территории страны. И с 26 апреля 1946 по 7 июля 1948 года Михаил Степанович возглавлял противовоздушную оборону, но по-прежнему оставался в подчинении командующего артиллерией Красной Армии.
Эта зависимость была болезненной для Громадина и нежелательной для противовоздушной обороны. Вот что он писал в своих воспоминаниях: «…Местные интересы полевой артиллерии вынуждали г. Воронова разрешать все трудные вопросы за счёт Войск ПВО».
Без учёта мнения Громадина командованием артиллерии в 1946–1947 годах решались вопросы обустройства войск ПВО в центральной и западной части страны, изыскания площадей для хранения и сбережения артиллерийского вооружения, подбора и распределения кадров и другие.
Без согласования с командующим Войсками ПВО было подготовлено решение правительства о демонтаже с машин ЗИС-12 зенитных прожекторов и передаче автомобилей в народное хозяйство. Фактически прожекторы выводились из строя, так как на других шасси они не могли использоваться из-за отсутствия электроэнергии для работы.
Особо негативные последствия могла иметь директива Генерального штаба, подготовленная командующим артиллерией Н. Вороновым, о передислокации управлений и штабов Северо-Западного (бывшего Центрального) округа ПВО и его 1-й воздушной истребительной армии ПВО из Москвы в Двинск, чем разрушалась созданная система противовоздушной обороны Москвы и Центрального промышленного района.
Лишь принципиальная позиция генерал-полковника Михаила Громадина, его настойчивость, подкреплённая убедительными аргументами, позволили эту директиву отменить.
Весьма болезненной для ПВО в тот период была борьба за приоритетность в деле противовоздушной обороны между командованием ВВС (истребительная авиация) и артиллеристами в лице Воронова (зенитная артиллерия).
В столь непростых условиях генерал Громадин и возглавляемый им аппарат активно работали над обобщением опыта Великой Отечественной войны, обосновывали необходимость сохранения сложившихся к концу войны оперативно-стратегических и оперативных объединений Войск ПВО, переформировав их в округа, армии и корпуса ПВО.
Для борьбы с новыми средствами воздушного нападения были необходимы и новые средства противовоздушной обороны, новые способы управления, новые организационные формы войск. Решая эти задачи, Громадин участвовал в оценке многих новых видов оружия, в том числе реактивных истребителей, принимал непосредственное участие в теоретической разработке вопросов боевого применения авиации ПВО. Большое внимание Михаил Степанович уделял развитию зенитной артиллерии; особенно 100-миллиметровому зенитному артиллерийскому комплексу, предназначенному для борьбы с воздушными целями на высоте до 12 000 метров, а также 57-миллиметровому зенитному артиллерийскому комплексу для уничтожения противника на высотах до 5 тысяч метров. Создание и внедрение этих комплексов повышали эффективность зенитной стрельбы. Приходилось Громадину вникать и в вопросы, связанные с поступлением в войска радиолокационной техники, необходимой для обеспечения боевой деятельности истребительной авиации и зенитной артиллерии.
В то же время Михаил Степанович Громадин стремился вывести Войска ПВО из подчинения командующего артиллерией и восстановить их как самостоятельный вид Вооружённых Сил. Достичь этой цели удалось лишь в июле 1948 года путём замены командующего Войсками ПВО страны. Громадину пришлось поплатиться за свою принципиальность. С мая 1949 года он – слушатель Высших академических курсов при Высшей военной академии имени К.Е. Ворошилова. А ровно через год – генерал-инспектор ПВО Главной инспекции Вооружённых Сил. С этой почётной, но реально малозначимой должности он был уволен в отставку по болезни 1 сентября 1954 года.
Скончался генерал-полковник Михаил Громадин 3 июня 1962 года в Москве. Он награждён двумя орденами Ленина, двумя орденами Красного Знамени, орденом Суворова I степени, двумя орденами Кутузова I степени, орденом Красной Звезды и многими медалями.