В Вашингтоне планируют использовать инновационный сектор ВПК для обеспечения американского глобального превосходства в мире.
17 августа 2026 года управлением по научно-технической политике Белого дома (Office of Science and Technology Policy) обнародована стратегия развития науки и технологий в интересах национальной безопасности (National Security Science and Technology Strategy). В ней представлена комплексная программа приоритетов в области американского доминирования на поле боя. Что за этим стоит и как может повлиять на сложившийся баланс сил в мире?
«Сделать Америку снова великой»
Прежде всего следует отметить, что этот 24-страничный документ основывается на прошлогодней стратегии национальной безопасности, одной из главных задач которой объявлено стремление Белого дома «по-настоящему сделать Америку снова великой». Для достижения этой цели необходимо, считают авторы новой стратегии, в развитии военных технологий сосредоточиться на трёх приоритетных направлениях: превосходстве в подводной среде, космосе (от низких орбит до Луны) и искусственном интеллекте (ИИ).
Стратегия прямо призывает к «очевидному технологическому превосходству» США как в космосе, так и под водой, «конкурентному преимуществу» в области ИИ и автономных систем. Поддержку этой большой тройке оказывают три другие области, которые по-прежнему считаются «критичными»: авиация, огневое поражение на большие расстояния в глубине обороны противника и C5ISR. C5ISR – это сокращение от «командование, контроль, связь, компьютеры, кибернетика, разведка, наблюдение и рекогносцировка» (Command, Control, Communication, Computers, Cyber, Intelligence, Surveillance and Reconnaissance), или, короче говоря, глаза, уши, мозг и нервная система вооружённых сил. Эти направления во многом пересекаются и дополняют друг друга, поскольку удары на дальние расстояния обычно наносятся с воздуха и координируются центром управления, контроля, разведки, наблюдения и рекогносцировки.
В основании пирамиды – длинный список «ключевых вспомогательных технологий», которые поддерживают более приоритетные. Они варьируются от инновационного производства, например 3D-принтеров, до гиперзвуковых технологий, ядерной энергетики и полупроводников. В основной части документа перечисляется десяток таких технологий.
В отдельном разделе – потенциальные прорывные технологии, которые в случае их развития могут нарушить стратегический баланс и застать США врасплох. А значит, «США должны повышать долгосрочную технологическую устойчивость, занимая лидирующие позиции в потенциально революционных новых сферах, влияние которых на национальную безопасность и сроки их внедрения остаются неопределёнными», говорится в стратегии. В частности, речь – о био- и квантовых технологиях, включая квантовые компьютеры, сенсоры и коммуникации.
В новой стратегии также сказано, что США «будут и дальше укреплять свой кадровый потенциал, привлекая и удерживая высококвалифицированных специалистов со всего мира в важнейших областях науки и техники, имеющих ключевое значение для национальной безопасности». Но и тут есть «кадровый» нюанс.
Ранее президент США Трамп предпринял шаги по ограничению незаконного иностранного вмешательства в деятельность научно-исследовательских учреждений страны, в частности посредством меморандума от января 2021 года, направленного на предотвращение использования американских научно-технических исследований враждебными правительствами. Законодатели от обеих партий также приняли законопроекты, ограничивающие участие, например, Китая в финансируемых из федерального бюджета научно-исследовательских проектах, а Пентагон призвал 30 американских академических учреждений пересмотреть свои связи с иностранными организациями.
То есть США готовы призвать профессионалов со всего мира, но в самые секретные лаборатории будут пускать, что называется, только своих. Закрывая и оберегая свои научные разработки, Америка не прочь засунуть руку в чужой карман. В документе содержится призыв к «усилению контрразведывательной поддержки правительственных и неправительственных исследовательских центров», что позволило бы получать более оперативную и своевременную информацию о «потенциальных угрозах». Например, сказано, что, возглавляемая ФБР группа по защите от контрразведывательных угроз в области квантовой информационной науки и технологий (Quantum Information Science and Technology Counterintelligence Protection Team, QCPT) объединяет межведомственную группу экспертов по безопасности для защиты критической информации.
Речь – о «кибербезопасности для исследователей и НИУ, внедрении комплексных, новых и инновационных решений в области безопасности, особенно если они могут быть разработаны с учётом уникальных или специфических требований». Для этого планируется расширять возможности подготовки специалистов в школах и вузах, привлекать большее число квалифицированных сотрудников в федеральные органы власти. При этом органы национальной безопасности должны занимать лидирующие позиции в мире по разработке и применению этих технологий, а также тщательно фильтровать потоки иммигрантов – претендентов на соответствующие должности.
Стратегия также делает акцент на новые, технологически продвинутые подходы к ведению войны, в частности на использование беспилотников и даже роев дронов наряду с пилотируемыми средствами. Она призывает к оптимальным сочетаниям более дешёвых (а иногда и менее технологичных или быстро изнашиваемых) платформ и сложных. Безусловно, во всём этом просматривается учтённый опыт боёв на украинском треке.
Надежда на молодые стартапы
Новая стратегия Белого дома также предоставляет инноваторам в военной сфере больше возможностей для экспериментов и расширяет федеральный рынок для молодых стартапов. Она подталкивает оборонщиков к отказу от традиционных закупок в пользу «смешанного» подхода к контрактам. Меняет подход в сторону более быстрых нетрадиционных методов закупок ВВТ, которые могут быть сопряжены с более высоким риском, но предлагают большую потенциальную выгоду, чего давно добивались военачальники, молодые лидеры в сфере оборонных технологий и даже законодатели.
Таким образом, в документе предпринимаются шаги по реальному расширению рынка для молодых игроков в сфере оборонных технологий. Меняются правила продажи военной техники иностранным государствам и экспортного контроля, которые препятствуют продаже значительной части оборонных технологий союзникам. Это особенно важно для новых оборонных компаний, стремящихся привлечь инвестиции на ранних этапах для своего становления. Кроме того, стратегия призывает другие федеральные агентства создать «упрощённые пути» для небольших компаний, чтобы они могли хотя бы начать работу на рынке, даже через партнёрства, которые не предлагают молодым компаниям ничего, кроме доступа к федеральной инфраструктуре.
По сути, стратегия направлена против бюрократической политики и практики, замедляющих военные закупки новых технологий. Раньше стартапу было почти невозможно продать что-то Пентагону из-за многолетних циклов сертификации. Теперь будет по-другому. Расширение экспортных правил для союзников тоже умный ход, позволяющий молодым компаниям не «умереть» в ожидании контракта, а «обкатать» технологию, например за рубежом.
Новая стратегия призывает к «очевидному технологическому превосходству» США как в космосе, так и под водой, «конкурентному преимуществу» в области ИИ и автономных систем
Ставка на искусственный интеллект
Возвращаясь к трём приоритетам в развитии военных технологий, объявленных стратегией Белого дома, нельзя не заметить, что она всё же делает упор на внедрение в военную сферу искусственного интеллекта. Это должно сделать Соединённые Штаты бесспорным мировым лидером в области боевых сил, использующих ИИ. По мнению экспертов, это ускорит реализацию семи «передовых проектов», ранее одобренных Пентагоном.
Среди них – Swarm Forge, который призван объединить элитные военные структуры с разработчиками из промышленности для тестирования автономной тактики роевого управления, открывать, проверять и масштабировать новые способы использования ИИ в бою.
Проект Agent Network направлен на использование агентов ИИ для управления боем и поддержки цепочки поражения.
В сфере разведки Open Arsenal стремится преобразовать техническую разведку в боевые возможности «за часы, а не за годы», а Project Grant направлен на использование ИИ для преобразования моделирования сдерживания и стратегического предупреждения.
В число корпоративных инициатив входит GenAI.mil – общеведомственное внедрение передовых моделей генеративного ИИ в развитии военных технологий на секретном уровне, а также сопутствующая работа по разработке агентов ИИ для внутренних и операционных рабочих процессов.
Между тем некоторые модели ИИ, уже находящиеся на передовой, создают, как указывают американские информагентства, тактические и оперативные проблемы для вооружённых сил. Воинские части на местах не могут рассчитывать на связь, необходимую инструментам, основанным на больших моделях, которые требуют в полевых условиях переработки огромных объёмов информации и соответствующих источников энергии. А посему подчёркивается, что в разработке новых программ следует тщательным образом учитывать опыт боевых действий.
Также отмечается, что для обеспечения надёжной работы ИИ в военных условиях потребуется нечто большее, чем просто инструменты. Необходимы изменения в культуре, техническая дисциплина и системы управления, гарантирующие точность, надёжность и соответствие задачам. Другими словами, считается, что человеческий фактор продолжает оставаться доминирующим при ведении боевых действий.
Космическое измерение обороны
Новая стратегия также представляет собой серьёзный сдвиг в отношении космоса, охватывающего территорию от околоземной орбиты до окололунного пространства, и национальной безопасности. Как отмечается в документе, космические возможности США всё чаще используются для обеспечения связи, разведки, предупреждения о ракетном нападении, навигации, метеорологических служб, логистики, целеуказания, командных систем и экономической деятельности. При этом они применяются уже десятилетиями, однако технологии быстро развиваются, и конкуренция в космосе стремительно нарастает.
В этой связи в стратегии рассматривается не только использование спутников. Она предполагает возможность обнаруживать, характеризовать и нейтрализовывать угрозы на очень низкой околоземной орбите и в окололунном пространстве – регионе, простирающемся за пределы околоземной орбиты в сторону Луны. Обновлённые технологические приоритеты также включают экономически эффективные запуски по требованию и многоразовые запуски, усовершенствованные системы выработки энергии и двигательные установки для космических аппаратов, системы терморегулирования космических аппаратов, доступ к окололунному пространству и новым орбитам, агрегацию и сборку в космосе, биотехнологии для применения в космосе и технологии пилотируемых космических полётов.
Особое значение при этом придаётся обеспечению технологической устойчивости к внешним воздействиям на космическую деятельность. А это подразумевает, как вытекает из стратегии, доступность стартовой площадки, способность ракеты-носителя быстро взлететь, обработка полезной нагрузки, наличие оборудования на складе, стандартизированные интерфейсы, разрешения регулирующих органов, производственные мощности и наличие космических аппаратов и многое другое.
Это означает, что оперативность нельзя купить только у поставщика услуг по запуску. Она зависит от производственных и эксплуатационных мощностей. Заводам по производству спутников нужны соответствующие производственные мощности. Компоненты должны быть в наличии. Для космодромов требуются наземная инфраструктура и возможности планирования. Необходимо быстро интегрировать полезную нагрузку. Сети и наземные системы должны распознавать заменяемые космические аппараты после их вывода на орбиту.
Космос находится в этом контексте, делается вывод в стратегии, как сфера деятельности вооружённых сил, так и технологическая категория, имеющая экономические последствия для компаний, инвесторов, университетов, поставщиков, провайдеров пусковых услуг.
Подводное противостояние
Что касается подводных технологий, то они, а также ведение войны под водой имеют согласно рассматриваемой стратегии высший приоритет, опережают по значимости даже развитие искусственного интеллекта. Как отмечается в документе, сохранение скрытности при одновременном раннем обнаружении сил противника имеет решающее значение для стратегического исхода на море. В этой связи США будут стремиться обеспечить себе «явное технологическое превосходство» в балансе сил под водой. И одним из направлений в достижении этой цели призвано стать создание беспилотных подводных платформ.
В частности, ВМС готовят новую разработку – огромный подводный дрон, начинённый техникой и средствами поражения. Эта машина должна совершать дальние миссии без участия экипажа и находиться под водой длительное время. Модель носит название Ocean Explorer и рассчитана на выполнение задач в отдалённых морских районах, где присутствие людей ограничено или нежелательно. Инициативой занимается исследовательское управление ВМС США.
Параллельно ведутся работы над созданием других типов беспилотных подводных платформ. Например, по разработке аппаратов, способных вести разведку на дальних дистанциях. В ней принимают участие крупные производители, включая компании военно-промышленного комплекса.
США также приступили к перестройке всей производственной базы американского подводного флота. Так, в конце июля Пентагон заключил контракты стоимостью 76,6 миллиарда долларов на строительство девяти многоцелевых атомных подводных лодок типа «Вирджиния» и пяти атомных подводных лодок с баллистическими ракетами типа «Колумбия», а также на расширение производственных мощностей американской судостроительной отрасли.
И в заключение следует ещё раз подчеркнуть, что, концентрируя свои технологические возможности на достижении превосходства на поле боя, Белый дом тем самым стремится сохранить ускользающее глобальное доминирование.