Крупнейшему разработчику и производителю бронетанкового вооружения и техники в России – Уралвагонзаводу – 90 лет.
За богатую историю УВЗ выпустил более 1 250 000 единиц подвижного состава, из них 60 000 инновационных вагонов и свыше 100 000 боевых машин, что является абсолютным рекордом в мировом танкостроении. Танки УВЗ закупались 77 государствами мира. Эти достижения – заслуга более 550 000 человек, которые работали на предприятии в течение девяти десятилетий. С каким багажом УВЗ подошёл к 90-летию? Как происходит модернизация техники с учётом специальной военной операции? На эти и другие вопросы корреспондента «Красной звезды» ответил генеральный директор концерна «Уралвагонзавод» Александр ПОТАПОВ.
– Александр Валерьевич, как происходит модернизация техники, выпускаемой Уралвагонзаводом, с учётом опыта СВО?
– Пять лет назад я бы, честно говоря, не поверил, что наша бронетанковая техника будет выходить с заводов в таком виде, но специальная военная операция позволила нам двигаться быстрее. Наше бронетанковое вооружение и техника являются одними из лучших в мире.
Про дроны и новые угрозы мы знали ещё до 2022 года, но практика преподнесла совсем другой уровень их применения. С началом СВО мы уточнили и изменили каждое изделие, даже танк Т-62. По подходам ничего нового тут нет: у танка Победы Т-34 в годы Великой Отечественной войны было более 300 доработок. И логика тут простая – спокойно встречаем вызовы и оперативно на них реагируем.
В марте 2022 года я уже был на одной из ремонтных баз в Брянске. Сразу отметили уязвимые места: недостаточная защищённость некоторых элементов. Надо было мгновенно усилить защиту, поменять конструкторскую документацию и выпускать с завода уже обновлённые машины.
За время проведения СВО в конструкцию каждой боевой машины (танки типа Т-72, Т-90, Т-80, БМПТ и т.д.) внесено более 100 принципиальных конструктивных изменений, направленных в первую очередь на повышение уровня защищённости и живучести, параметров ситуационной осведомлённости экипажа и командной управляемости. Внедрено более 30 комплексных решений. Всего же с начала СВО по сегодняшний день внесено более 300 изменений в боевые машины. И эта работа не останавливается ни на один день.
– Можно сказать, что с началом СВО организована более эффективная непрерывная работа по оперативной разработке и своевременному внедрению в ходе производства и в местах эксплуатации новых технических решений, улучшений конструкции, технологий и других показателей, повышающих ТТХ и надёжность бронетехники?
– Именно так. Все предложения и новые требования от Министерства обороны России, специалистов ремонтных подразделений и непосредственно от экипажей наших боевых машин оперативно доводятся до специалистов предприятий концерна.
Доработки делим на два уровня: полевые, которые могут проводиться на СППМ (сборные пункты повреждённых машин) ремонтными бригадами и ротами, выездными бригадами, и заводские. У нас постоянная связь с экипажами с передовой. Танкисты приезжают и говорят, что им нужно: где повысить живучесть, что поправить в эксплуатации, где поставить тумблер и тому подобное.
Но важно говорить не только о доработках, нужно привносить новое и создавать практически новую машину, которая обеспечит лучшую живучесть. В совокупности это лазерные системы, СВЧ, электромагнитные излучатели и многое другое. Мы не стоим на месте: внимательно смотрим на театр военных действий, динамику, зарубежные НИОКР.
Разговоры, что танки якобы ушли в небытие, некорректны. Машины адаптируются под различные БпЛА, радиоэлектронную борьбу и другие угрозы. Во время Великой Отечественной войны новой угрозой были фаустпатроны, сегодня дроны – та же история в другом виде. Танки работали и работают. Просто смотреть надо под другим углом. Поэтому мы работаем в концерне УВЗ дальше. У других стран БТВТ тоже развивается, но такого опыта эксплуатации и применения, как у нас, у них нет.
Поэтому модернизация БТВТ – это, я бы отметил, не разовая кампания, а непрерывный ответ на вызовы СВО. Наша БТВТ востребована сегодня и будет востребована завтра, направление развивается. Как-то я говорил президенту: Т-34 прошёл по Красной площади в 1945 году как танк Победы. Хочется, чтобы и Т-90М «Прорыв» прошёл в таком же статусе.
За время проведения СВО в конструкцию каждой боевой машины (танки типа Т-72, Т-90, Т-80, БМПТ и т.д.) внесено более 100 принципиальных конструктивных изменений, направленных в первую очередь на повышение уровня защищённости и живучести, параметров ситуационной осведомлённости экипажа и командной управляемости
– Ведутся ли сейчас у вас работы по беспилотникам и роботизированным комплексам?
– Работы по беспилотным боевым системам и интеграции их в боевые машины на предприятиях концерна УВЗ велись и ведутся постоянно и направлены на повышение защищённости личного состава и машины, а также автоматизацию систем управления. Потому что, если не заниматься этим вопросом, будет упущено время.
Что же касается машин следующего поколения, мы ведём соответствующие работы с Минобороны и другими промышленными предприятиями. Запланирован ряд комплексных работ по повышению ключевых компетенций, которые позволят нам выйти на более высокий уровень конечного образца.
В этом году юбилей у нашей газотурбинной машины Т-80 – ей 50 лет. Переход к сухопутному газотурбинному двигателю оказался одним из самых удачных и динамичных. Многие любят Т-80. Я пытаюсь объединить конструкторские школы, подружить. Это непросто. Но пусть конкурируют, как Ильюшин, Яковлев, Сухой, Микоян… У нас сейчас три машины в модернизации и производстве: Т-80, Т-72, Т-90.
Мы значительно расширили линейку серийных машин на базе газотурбинного двигателя и продолжаем отрабатывать с потенциальными заказчиками новые перспективные разработки. На сегодняшний день серийно выпускаются БРЭМ-80 и боевая машина тяжёлой огнемётной системы. Технические характеристики двигателя и систем его обеспечения постоянно улучшаются, и машины на его базе очень востребованы.
На гусеничной платформе у нас много всего: инженерные машины, тяжёлые огнемётные системы. Это база. Но главное – системный подход. Нельзя всё вешать на одно изделие. Лазеры, СВЧ, электромагнитные излучатели – это комплекс, а не одна машина. На сегодняшний день КПД лазера пока достаточно низкий, при достижении 80 процентов будем говорить о перспективах.
В рамках работы над эффективностью танкового оружия мы смотрим одновременно на совершенствование вооружения танка и улучшение характеристик боеприпаса. Рост калибра с 120 до 130–140 мм и увеличение огневой мощи виден не только у Т-14, но и у немецкого танка KF51 Panther (до 130 мм), а также потенциально у франко-германской разработки MGCS (рассматриваются орудия калибра 130 мм или 140 мм). Танковые снаряды становятся не только больше, но и эффективнее: управляемыми снарядами никого уже не удивить.
Полная роботизация башни – тоже одно из основных направлений развития. Экипаж выводится в защищённый корпус, когда башня работает по целям в интеллектуальном автоматическом режиме.
Использование БпЛА является трендом. Танк будущего должен стать не просто боевой единицей, а командным центром для беспилотников.
Я всегда говорю молодым конструкторам: «Сконструируй так, чтобы было технологично, чтобы можно было сделать на имеющемся станке и отремонтировать в поле». Наша задача – на своей элементной базе сделать лучше, чем на суперсовременных технологиях Запада. И в этом наша сила!
– Вы упомянули о технологиях Запада. Как западная техника проявила себя на полях спецоперации?
– Безусловно, за четыре с половиной года СВО танки изменились. Плюс боевой опыт накапливается. Что у конкурентов? Когда я говорил о СППМ и ремонтных бригадах, имел в виду, что мы наладили восстановление техники в кратчайшие сроки в полевых условиях. Представьте: у нас были и Leopard, и Abrams. В какие сроки они будут восстанавливаться и в каких условиях? Потом эвакуация. Те же БРЭМ. Одно дело тащить 50–52 тонны, а другое – 60 с плюсом.
Вся техника, используемая ВСУ, нам известна. Стоит также учесть, что удельное давление на грунт у западных танков гораздо выше. И на данном театре военных действий, с его почвами, им делать нечего.
– Александр Валерьевич, расскажите, пожалуйста, с каким итогом УВЗ подошёл к юбилею.
– 90 лет Уралвагонзаводу – это не просто дата. Мы бережно сохраняем память. В мае 2026 года открыли памятник бывшему генеральному директору государственному деятелю Герою Социалистического Труда Юрию Максареву на Бережковской набережной у здания Роспатента. В сентябре 1941 года его направили директором на Уралвагонзавод. Тогда здесь была чистая железнодорожная тематика, а уже через три месяца выпустили первый танк. Были и сложности с гособоронзаказом. Мы память не просто храним – мы её приумножаем и реставрируем.
У нас великолепный музей в Нижнем Тагиле. Вадим Задорожный подарил нам Ил-2. Многие удивляются тому, что мы во время Великой Отечественной войны делали бронекорпуса для Ил-2. Люди часто полагают, что Уралвагонзавод – это только танки. Но и во время Великой Отечественной тут выпускали ещё и корпуса для снарядов, в том числе реактивных, артиллерийские передки и многое другое.
И сегодня у нас три производства: вагонное, металлургическое и спецпроизводство. Вагонное производство в войну эвакуировали на Алтай, потом вернули. И все эти отрасли поддерживают друг друга и сочетаются. Так, мы сделали более пяти тысяч платформ для Минобороны. На наших платформах танки идут туда, куда должны идти.
У нас восемь государственных наград. В 2021 году Президент России Владимир Путин наградил коллектив Уралвагонзавода почётным знаком «За успехи в труде» под номером один. Первым знаком в современной России!
Одна из задач концерна – во-первых, воспитание собственных кадров высшей квалификации, например за счёт участия в программе производственной аспирантуры Госкорпорации Ростех или работы собственной аспирантуры научно-исследовательского института. Во-вторых, мы привлекаем в качестве экспертов специалистов высшей квалификации, преподавателей вузов для проработки перспективных направлений развития техники. Таким образом, увеличиваем количество передовых идей в контуре, создаём более точную картину развития промышленности.
Также в этом году была учреждена премия для молодых учёных и специалистов с целью мотивации работников организаций концерна «Уралвагонзавод», внёсших вклад в повышение эффективности предприятий.
Мы начали сотрудничество с МГТУ имени Баумана: ректор к нам приезжал, студенты проходят практику на производстве и в конструкторских бюро. Я сам выпускник МГТУ, понимаю, как это важно.
Династии Уралвагонзавода – наша гордость. Одна из династий имеет более 500 лет общего стажа. Начальник одного из цехов говорит: «Не выполню план – дома не смогу смотреть в глаза старшим». Это ведь дороже премий. Мы вышли с предложением о государственной награде за династию. Президент России поддержал, пока поручение не реализовано, будем работать в этом направлении дальше.
– Александр Валерьевич, несколько слов о боевой машине поддержки танков.
– БМПТ – уникальная машина, способная одновременно поражать несколько целей. Она незаменима для борьбы с танкоопасной живой силой противника при поддержке наступательных действий танков, пехоты и других подразделений.
Продолжаем совершенствовать конструкцию БМПТ с учётом опыта СВО, в том числе в части защиты, несмотря на изначально высокий уровень. Также используем полученный при разработке БМПТ значимый технический задел при разработке и модернизации другой техники.
Отдельно остановлюсь на очень важном и, без преувеличения, знаковом для нас событии. В этом году по просьбе заводчан и экипажей боевых машин с передовой наша БМПТ, которая была известна как «Терминатор», официально получила новое имя – «Спиридон». Прежнее название отсылало к американскому роботу-убийце из голливудского кино, а новое возвращает нашу технику к русским духовным ценностям и исторической правде, к именам настоящих защитников родной земли.
Спиридон – редкое, но почитаемое в России имя. Его носили по-настоящему сильные духом люди: святой Спиридон Тримифунтский, архиепископ Спиридон Новгородский и Псковский, Герой Советского Союза Спиридон Спицын. Имя буквально означает «короб» или «кузов», что символично перекликается с армейским сленгом, где бронетехнику традиционно называют коробочкой, и олицетворяет прочность сделанного человеком.
А летом этого года в Москву из Греции привезли мощи святителя Спиридона Тримифунтского. В храме Христа Спасителя деснице святого поклонились сотни тысяч верующих. Я считаю, что это не простое совпадение, а знак для нас всех. Разве это не подтверждение того, что мы идём правильным путём, что наши мысли и наши дела верные? Мы назвали боевую машину именем святого, и святой словно пришёл к нам в столицу. Это очень ценно.
У нашей бронетехники русский характер. Мы и дальше будем обращаться к нашим традиционным ценностям в названиях машин – это не просто дань традиции, это дань уважения нашей истории, нашей вере и нашим людям.
– Что позволяет российскому танкостроению сохранять лидирующие позиции в мире?
– Накопленный многолетний опыт и задел российской школы танкостроения, постоянно наращиваемая компетенция и вовлечённость наших специалистов в реальную напряжённую работу позволяют нам успешно решать задачи по совершенствованию боевых машин и созданию новых перспективных образцов, а том числе на основе комплексного анализа реального боевого применения БТВТ и взаимодействия на разных уровнях с представителями Минобороны. Неординарные подходы к выполнению стандартных задач.
Нужны высококвалифицированные кадры по всем специальностям. Уралвагонзаводу необходимы люди всех профессий.
С учётом текущих реалий поля боя и современных тенденций приоритетом развития танков является задача совершенствования всеракурсной защиты от многочисленных высокоточных средств поражения, повышение автоматизации управления танка в составе подразделения с оперативным доведением текущей обстановки от средств воздушной разведки, с сокращением времени выполнения основных функций, минимизации роли человеческого фактора для повышения итоговой эффективности боевого применения.
Анализируя тенденции развития, можем констатировать, что инженеры и конструкторы предприятий концерна «Уралвагонзавод» обладают необходимыми ресурсами и приложат все усилия, чтобы наши боевые машины никогда не утратили актуальности и в перспективе.