Мобилизованные уральцы успешно осваивают боевое применение автоматических миномётов.
Квадрокоптер, взмыв в небо над полигоном, устремился в район назначенных для поражения целей: до команды на открытие огня из возимо-буксируемого 82-миллиметрового автоматического гладкоствольного миномёта с цветочным наименованием «Василёк» оставались считаные секунды.
На экране оператора гаджета мишени, имитировавшие противотанковый комплекс, бронеавтомобиль и сосредоточение пехоты условного противника были видны как на ладони. Одна из них, та, за которой в полуметре возвышался сухой остов двухметровой берёзы, привлекала большее внимание. По ней можно было наблюдать, как выпущенная «Васильком» серия из четырёх мин, пробив фанерную цель, буквально выкорчевала из земли оставшиеся части дерева.
– Вот это точность! – с нескрываемым восхищением тут же оценил результат огневого удара своих подчинённых командир миномётного взвода. – Первая практическая стрельба – и сразу в яблочко.
– А ведь у меня в составе миномётной батареи из числа мобилизованного личного состава нет ни одного специалиста с профильной военно-учётной специальностью, – пояснил командир сформированного из мобилизованных граждан батальона подполковник по имени Роман. – Каждый из них автоматический миномёт, что называется, вживую увидел не более двух недель назад.
И это абсолютная правда. Просто так вышло, что в составе сформированного батальона не оказалось ни одного человека, кто в прежнюю армейскую бытность имел бы дело с войсковыми миномётами. Потому формирование миномётного подразделения велось из числа тех мобилизованных, кто служил когда-то в реактивной или ствольной артиллерии. Таких, конечно, большинство. Остальные – из числа мотострелков. Зато они те самые добровольцы, что с желанием согласились освоить новую для себя войсковую специализацию.
С офицерами-наставниками проще. Командиры батареи, взвода управления и двух огневых взводов в прошлом были миномётчиками. За плечами не менее десяти лет кадровой службы. Да и сам комбат из той же когорты.
– Когда узнал, что мне в подразделение на вооружение поступят «Васильки», очень обрадовался. Сразу вспомнил лейтенантские годы, – рассказывает комбат. – Ведь я свою офицерскую карьеру начинал именно с должности командира взвода автоматических миномётов. В артиллерийский сектор уходил, будучи уже командиром батареи. Поэтому процесс обучения миномётного состава у нас проходил достаточно легко: что знал, всё донёс до личного состава, от момента обслуживания полученного с базы хранения штатного вооружения до отработки огневых задач.
В течение первой недели миномётчики мобилизованного батальона активно постигали азы топогеодезической подготовки, учились осуществлять привязку огневых средств к огневой позиции, вели разведку целей на незнакомой местности, стреляли «на сухую» – без расхода боеприпасов. Затем, в ходе нескольких выездов на полигон, окснаривали (приводили в окончательно снаряжённый вид) боеприпасы и отрабатывали огневые задачи прямой, полупрямой наводкой и с закрытых огневых позиций. На счету каждого расчёта несколько десятков выпущенных мин. Что, по словам комбата, соответствует нормативу расхода боекомплекта в период практического обучения войскового личного состава.
В течение первой недели миномётчики мобилизованного батальона активно постигали азы топогеодезической подготовки, учились осуществлять привязку огневых средств к огневой позиции, вели разведку целей на незнакомой местности, стреляли «на сухую» – без расхода боеприпасов
Параллельно хорошую практику в транспортировке буксируемых средств обрёл водительский состав «Уралов» миномётной батареи батальона. От места дислокации до полигона порядка 70 километров. Для буксировщиков спецвооружения дистанция приличная. Плюс тот же километраж на возвращение в пункт постоянной дислокации. Правда, по словам водителей «Уралов», задачка с выездом на полигон была для них под стать разминке. Почему так? «Просто весь водительский состав у нас подобран из числа профессиональных транспортников: на гражданке каждый из них был дальнобойщиком. А это, согласитесь, о многом говорит», – пояснил комбат.
Так неужели становление такого специализированного подразделения, как миномётная батарея, прошло в столь короткий промежуток времени без сучка, без задоринки? Отнюдь. Комбат не стал скрывать, что сопутствующих сложностей было немало. Но опыт наставников позволял обращать в практику даже весьма нетипичные моменты. Например, в процессе второго дня полигонной практики в ходе отработки огневых задач на «Васильках» произошла пара осечек. Такой «элемент» при вооружении в программе обучения специально не воссоздать. Но от него, что называется, никто не застрахован. И не позавидуешь тем миномётчикам, у кого в процессе реального боя возникнет подобная заминка, а как её быстро устранить, никто не знает. Так что мобилизованным уральцам, можно сказать, и здесь повезло – увидели, познали, научились.
Был и другой эпизод, с которым даже комбат в свою офицерскую юность ни разу не сталкивался. Признаётся: был наслышан, но на практике не отрабатывал. Оказывается, из «Василька» можно вести огонь и при отказе автоматики: загружая мину, как в обычный миномёт – через ствол. «Раз вышла заминка, почему бы ради опыта не воспользоваться представившимся случаем? Пару выстрелов произвели. Всё, как говорится, в дело. Что ни происходит – лишь на пользу. Как знать, вдруг в бою пригодится», – обосновал выход из нештатной ситуации командир подразделения.
– Зато теперь я больше чем уверен, что в зоне выполнения боевых задач для моих подчинённых проблем при вооружении не будет, – резюмирует комбат.
И это, согласитесь, достойный момент, когда в бой командир идёт с абсолютной уверенностью в уровне подготовки личного состава.
Екатеринбург