Под таким названием издана научно-популярная книга о борьбе органов госбезопасности нашей страны против подрывной деятельности японских спецслужб в 1920–1940-е годы.
Её автор кандидат исторических наук доцент кафедры всеобщей истории, философии и культурологии Благовещенского государственного педагогического университета Дмитрий Кузнецов на основе недавно рассекреченных архивных документов областного Управления ФСБ России из различных материалов и фотографий составил уникальное издание, приурочив его выпуск к 80-летию Победы советского народа над фашистской Германией, милитаристской Японией, юбилею со дня окончания Второй мировой войны, которая завершилась на берегах Тихого океана.
Гриф секретности снят
Знакомя меня со своим произведением, изданном на средства гранта губернатора Амурской области, Дмитрий Владиславович особое внимание обратил на раздел книги, где речь идёт о блестящей операции по противодействию чекистов Приамурья японской разведке, проведённой в 1920–1930-е годы под кодовым названием «Маки-Мираж».
– В числе ключевых задач советской контрразведки после Гражданской войны в России была борьба с организованными вооружёнными группами китайцев, действовавших с территории Маньчжурии, – поясняет Дмитрий Кузнецов. – Также требовалась повышенная бдительность в отношении русской эмиграции в соседней стране, насчитывавшей по разным оценкам от 250 до 500 тысяч человек. Преимущественно это были участники разгромленных и бежавших из Сибири, Забайкалья и с Дальнего Востока белогвардейских формирований адмирала Александра Колчака, атаманов Григория Семёнова, Александра Дутова, Ивана Калмыкова и Михаила Меркулова, барона фон Унгерна и других, осевших на территории Маньчжурии, однако сохранявших надежду на возможность возобновления борьбы с Советской Россией.
Одним из крупнейших центров русской военной эмиграции был китайский город Харбин, где располагались десятки её организаций, в том числе подразделение Русского общевоинского союза, структуры «Братства русской правды», объединявшей черносотенные элементы этой эмиграции.
В городе Сахаляне на правом берегу Амура, в котором постоянно проживало около 300 белоэмигрантов, в те годы развернули подрывную деятельность Гамов, Сербинович, Кисилёв, Маньков и другие представители казачества. Там же активно действовала Амурская военная организация (АВО) под руководством войскового атамана Забайкальского казачьего войска Ефима Сычёва. Последний сформировал в Харбине отряды из числа семёновских и каппелевских офицеров для переброски в Благовещенский район. Члены АВО через китайских купцов держали связь с Приамурьем и Забайкальем, а через японские военные миссии в Китае – с японским командованием. Они планировали совершить переворот в Амурской губернии, с помощью японцев установить здесь свою власть.
– Идеологические обоснования экспансии – а это была паназиатская доктрина Японии – и стратегические планы её осуществления разрабатывались в 1920-е годы, – добавляет автор-составитель издания. – Так, «Меморандум генерала Танаки» от 1927 года представлял собой стратегию завоевания мира. В нём провозглашалось, что в интересах самозащиты и ради защиты других Япония не сможет устранить затруднения в Восточной Азии, если не будет проводить политику «крови и железа». Позиции США и СССР рассматривались как главные международные препятствия на пути установления японской гегемонии в Азии. Преодолеть их предполагалось военными средствами на полях сражений.
Операция для самурая
Разработка «Маки-Миража» началась с поступления в органы госбезопасности по Дальневосточной области в Хабаровске информации об учреждении в Сахаляне японского консульства во главе с сотрудником разведки Симамурой. Там же под разными прикрытиями обосновались и его коллеги. К примеру, владелец гостиницы «Сибирь» Кумадзава Садаитиро был капитаном Императорской армии. Часть сотрудников японской резидентуры в Сахаляне действовала под вывеской горнодобывающей компании, другие прибыли в приграничный город фотографами, врачами и инженерами. Все они занимались сбором военных сведений, вербовали агентов, пытались организовать в соседнем через реку Амур Благовещенске подпольную антисоветскую организацию.
Операция «Маки-Мираж» (1924–1937 гг.) представляла собой оперативную игру советской контрразведки, когда противнику через своих агентов в его стане передавалась дезинформация. Своими действиями органы госбезопасности создавали иллюзию (мираж) мощи Красной Армии на Дальнем Востоке и тем самым – подрывали японские военные планы. Эта операция считается одной из самых сложных и длительных – с 1924 по 1937 год.
В книге отмечается, что чекисты Приамурья и ранее контролировали деятельность японских шпионов. Так, в качестве домработницы одного из резидентов их спецслужб в Сахаляне была внедрена агент «Татьяна», а в секретариат Управления по делам местного даоиня (губернатора) – агент «Петров», через которого они могли оперативно читать входящие и исходящие телеграммы. В 1925 году «Георгий», он же оперативный работник ОГПУ из Владивостока Дмитрий Федичкин, сумел составить топографическую карту Малого Хинганского перевала, имеющего стратегическое значение. Этот агент под видом представителя треста «Дальзолото» установил контакт с китайским банкиром, заключил с ним сделку на разведку золота в нужном районе и лично возглавил поисковую партию. В результате советское военное командование получило ценные сведения, которые в августе 1945 года сыграли важную роль при разгроме войск Квантунской армии.
Ради будущей победы
Летом 1930 года в Сахаляне появился Леонид Островский – владевший китайским языком торговый агент «Дальгосторга», конторы по закупке товаров в Китае и Японии. Им заинтересовался Кумадзава, установил слежку, а потом хозяин ресторана «Рион» потомок грузинских князей Григорий Перетинава, пригласил его к себе и после беседы предложил встретиться с представителем японской фирмы. На первой же встрече Кумадзава «завербовал» Островского за крупное вознаграждение, дав ему оперативный псевдоним «Старик».
Пройдя проверки, новый агент приступил к работе. В частности, разыскал в Приамурье людей, с которыми у японской резидентуры утратилась связь. Спустя время стал снабжать японцев «ценной» информацией, ничего общего не имевшей с реальностью: её готовили специалисты из штаба Особой Краснознамённой Дальневосточной армии (ОКДА), а позднее – контрразведчики из Москвы. С помощью Островского во вражескую разведку удалось внедрить несколько советских агентов, в том числе Рихарда Зорге, знаменитого «Рамзая», впоследствии ставшим Героем Советского Союза.
Со временем «Старик» вошёл в доверие к Кумадзаве, и тот начал давать поручения по вербовке агентуры, подбору курьеров и явочных квартир, поиску мест для переправы через границу. Связь с шефом агент держал через его подругу Дору Чурикову. Общаясь с ней, он раздобыл сведения о наличии в Благовещенске шпионской сети, связь с которой Кумадзава держал через китайца-контрабандиста «Антошку».
Цель операции «Маки-Мираж» – посредством дезинформации спецслужб убедить военно-политическое руководство Японии в наличии мощной обороны восточных границ СССР, тем самым ликвидировав угрозу нападения
В игре – «Большой корреспондент»
Одним из тех, кто поставлял Островскому ложную информацию для врага, был придуманный Иван Горелов – «начальник» 6-го отдела в штабе ОКДА. По легенде, ранее он служил прапорщиком в царской армии, а при советской власти растратил несколько тысяч казённых денег из наградных фондов на выпивку и женщин и теперь очень нуждался в средствах. Будучи кадровиком у красных, Горелов ведал всем командным составом и был готов продавать секреты японцам, о чём «Старик» сообщил Кумадзаве.
Вскоре в японскую военную миссию в Харбине пришло сообщение: «Силами сахалянской резидентуры завербован перспективный агент в штабе Особой Дальневосточной армии. Готов к сотрудничеству. Жаден, любит деньги. Прошу увеличить финансирование резидентуры для оплаты услуг нового агента. В наших документах он проходит как Большой корреспондент».
В конце 1933 года Кумадзава Садаитиро получил секретные схемы новейших оборонительных сооружений русских. Выглядели они максимально достоверно, однако на самом деле таких укреплений не существовало. Для японцев их создавали лучшие военные инженеры Москвы и Хабаровска. А позже во вражеском стане узнали, что их потенциальный противник располагает на Дальнем Востоке многочисленными вооружёнными частями. Это заставило японский генштаб пересмотреть планы войны против СССР.
– Выпуск такой книги был бы невозможен без содействия сотрудников Управления ФСБ РФ по Амурской области, и поныне участвующих в работе по рассекречиванию архивных документов, в том числе в рамках реализации федерального проекта «Без срока давности» в сотрудничестве с нашим университетом, – говорит Дмитрий Кузнецов. – Уместно также поблагодарить ветеранов ФСБ, бережно хранивших материалы, приоткрывающие нам сложные задачи, которые решали чекисты в годы противостояния нацизму, фашизму, милитаризму и японским спецслужбам.
Фото автора.