помогла офицеру-политработнику служба в десантных войсках.
Одно из недавних социологических исследований в нашей стране показало, что только 24 процента опрошенных нашли своё призвание и считают жизнь удавшейся во всех отношениях. Войсковой политработник капитан Павел Бобров, безусловно, мог бы попасть в их число. Хотя его путь к профессии по призванию был непрост.
Кем мог стать мальчишка, родившийся в военном городке среди приморских сопок? Мама, конечно, видела его инженером в каком-нибудь НИИ или на престижном производстве. Отец, естественно, надеялся, что сын продолжит офицерскую династию. Сам Паша с упоением занимался плаванием в спортивной школе олимпийского резерва. К окончанию школы в выборе дальнейшей учёбы верх взял отцовский вариант, точнее, конкретный военный вуз, который Бобров-старший окончил в своё время, – Омский танковый инженерный институт. Образование в этом вузе было основательным, особенно по линии инженерии.
Но уже тогда курсант Бобров стал замечать, что по восприятию ему ближе гуманитарные предметы.
При распределении лейтенант Павел Бобров попал служить в воздушно-десантную дивизию. Науку работы с личным составом он начал постигать командиром взвода отдельного ремонтно-восстановительного батальона. Но вскоре их часть сократили, и молодому офицеру пришлось стать командиром зенитного ракетного взвода. И здесь стало понятно, что работа с личным составом ему заметно ближе, чем технические аспекты. На изгибах кадровых реформ той поры Павлу пришлось служить взводным восемь лет. Но времени терять даром он не стал. Командование дало ему добро на заочную учёбу в Ивановском госуниверситете по профилю психологии. Новые знания оказались востребованными в военной службе. Однажды заместитель командира полка по воспитательной работе, убывая в командировку, порекомендовал Боброва на свою подмену.
– Такое предложение вызвало у меня двойственные эмоции, – рассказывает Павел Бобров. – Тревожило сомнение – а справлюсь ли? Был и трепет перед ситуацией, ясно понимал, что работа с людьми во всех её проявлениях – это моё.
Павел Бобров считает большим везением, что первый инструктаж в новой должности он получил от бывшего замполита дивизии полковника запаса Николая Крамарёва, не утратившего высокого авторитета среди десантников и на должности гражданского специалиста в штабе соединения. Зенитным полком тогда командовал полковник Валерий Петраш.
– Это был настоящий образец офицера, что называется «командирская косточка», замечательный организатор, одарённый педагог и человек с большой буквы, – вспоминает командира Павел Бобров. – Он стал для меня и ориентиром в службе, и наставником по многим её направлениям.
Воспитательские хлопоты пришлись по душе старшему лейтенанту Боброву. А когда спустя полтора месяца полковник Валерий Петраш подытожил период работы своего «временно исполняющего» заместителя словами: «Была б моя воля, оставил бы тебя штатным замом», Павел понял, что у него в пробе призвания всё получилось и надо идти дальше. Но в жизни не всё складывается так легко, как хотелось бы. Лишь спустя долгие месяцы Бобров попал в обойму спецов военно-политической работы – стал начальником группы психологической работы десантно-штурмовой бригады.
В начале специальной военной операции Павел Бобров исполнял обязанности замполита бригады в пункте постоянной дислокации. И ему пришлось сразу же искать новые формы и методы работы с людьми. Проявился дефицит связи с близкими у отправившихся в зону боёв десантников. Замполит во взаимодействии с общественными и волонтёрскими организациями наладил доставку писем, а потом и посылок в воюющие подразделения бригады. Проявилась и разница в подходах к укреплению дисциплины в войсках мирного времени и военного конфликта. Некоторых контрактников охватывало смятение перед лицом реальной опасности. С каждым так называемым пятисотым надо было работать индивидуально, разбираясь с его страхами, к этому привлекались офицеры с боевым опытом, представители религий.
Хладнокровие политработника под вражеским огнём, готовность прийти на помощь были отмечены не только уважением бойцов, но и медалью «За храбрость»
Когда Павел Бобров получил назначение в зону спецоперации, он вдохнул полной грудью, мечта воплотилась в реальность – он стал заместителем командира артдивизиона по военно-политической работе. А служить по призванию, как известно, всегда интереснее. Бобров сразу же побывал на всех боевых позициях подразделения. Основательно познакомился с каждым из своих артиллеристов так, что при необходимости мог бы написать небольшой рассказ о любом из них. Бойцы доверяли своему замполиту, ночевавшему вместе с ними в блиндаже на передовых позициях, обедавшему из одного с ними полевого котла, находившемуся рядом во время боевой работы.
Боевой опыт помог Боброву, когда он был направлен на формирование десантной артиллерийской бригады. С комплектованием первого же дивизиона капитан Бобров в качестве замполита убыл на линию боевого соприкосновения. В тактической артиллерийской группе он оказался единственным политработником, поэтому пришлось браться за дело в масштабе всего формирования. И снова он начинал со знакомства с людьми. За две недели объехал все позиции, все расчёты и тыловые районы тактической группы. По ходу уточнял злободневные вопросы служебного, социального и личного характера. Иногда бойцы не скрывали сомнения, что их проблемы будут решаться. Но замполит Бобров прилагал все усилия, чтобы по острым вопросам решения принимались безотлагательно. К примеру, странной была ситуация со справками участников спецоперации. Просьбы солдат по их получению терялись где-то в штабах. Бобров озвучил проблему перед командованием, и она была быстро устранена. А для настроя бойцов эта «мелочь» оказалась весьма важной.
В отсутствие малотиражной военной прессы Павел наладил выпуск информбюллетеня тактической группы, в котором шла речь о реальных успехах артиллеристов-десантников. С особым нетерпением эти выпуски ждали в расчётах и взводах, где замполит недавно побывал во время боевой работы. Кстати, хладнокровие под вражеским огнём, готовность прийти на помощь подчинённым на огневых позициях были отмечены и авторитетом среди бойцов, и госнаградой – медалью «За храбрость».
Энергия политработника воплотилась и в полевых блиндажах досуга, банях и даже прачечных зонах в районах сосредоточения дивизиона. Смог он убедить в правильной расстановке приоритетов командиров подразделений и других офицеров дивизиона – на первом месте всегда должны быть люди с их заботами и настроением. Не всё получалось как по взмаху волшебной палочки, но коллективный боевой дух креп.
Как вспоминает капитан Бобров, одна из батарей была укомплектована по преимуществу контрактниками-москвичами. Народ подобрался своеобразный – кто-то с Уголовным кодексом не ладил, у кого-то сказывались не самые приемлемые привычки. На важную должность старшины назначили молодого прапорщика. Он, конечно, пробовал проявлять требовательность, но это в силу нехватки опыта работы о с обладателями сложных характеров результата не давало. Замполит сам занялся подбором кандидата на эту должность. Им стал сержант Александр Лукашук. В первую же неделю его старшинства проявились положительные подвижки в дисциплине батарейцев, а к ней, как известно, приходит и всё остальное. Хозяйство батареи заработало складно. Обеспечение подразделения, маскировка позиций, техническая составляющая поднялись на голову выше. Через месяц батарея начала «щёлкать» укров с завидной результативностью. Лукашук знал обстановку не только в тылу, но и на огневых позициях, был в курсе личных проблем бойцов. В старшине Бобров увидел хороший потенциал политработника и теперь старается вывести его к офицерской судьбе. Ведь такие люди остро необходимы в воюющих войсках на пути к победе. Характер у них с прочным стержнем, и в головах есть понимание смысла военной профессии. С ними и служить приятно, и общаться легко. Кстати, именно так отзываются и о нашедшем своё призвание замполите артиллерийского дивизиона капитане Павле Боброве его однополчане.