Год от года растёт потребность в выпускниках единственного штурманского вуза военного ведомства.
На аэродроме Шагол, расположенном в северо-западном пригороде Челябинска, уже больше 80 лет обучают штурманов лётных экипажей. В 1936 году, когда было создано это учебное заведение, специальность называлась «лётчик-наблюдатель», а само оно именовалось 15-й военной школой лётчиков-наблюдателей. За годы войны по ускоренной программе здесь встали на крыло более 12 тысяч авиационных специалистов. В послевоенные годы учреждение получило название, навсегда вошедшее в историю, – Челябинское высшее военное авиационное Краснознамённое училище штурманов. После преобразований 2013 года вуз входит в состав ВУНЦ ВВС «Военно-воздушная академия имени профессора Н.Е. Жуковского и Ю.А. Гагарина» в качестве филиала. О сегодняшней подготовке штурманов и офицеров боевого управления наш корреспондент побеседовал с начальником филиала заслуженным военным лётчиком Российской Федерации полковником Игорем Валерьевичем ШВЕДОВЫМ.
– Игорь Валерьевич, расскажите о специфике обучения в возглавляемом вами учебном заведении.
– Наш филиал Военно-учебного научного центра Военно-воздушных сил «Военно-воздушная академия» в городе Челябинске осуществляет подготовку по двум специальностям. Первая – это штурман летательного аппарата. В наших стенах обучаются штурманы всех родов авиации в составе Министерства обороны и других силовых структур России (например, Росгвардия и Федеральная служба безопасности). Вторая – офицер боевого управления, специалист в области управления воздушным движением. Основная разница между ними такова: обучение штурманов предполагает лётную практику и полёты, в то время как должности офицеров боевого управления нелётные. Подчеркну, что других высших военных учебных заведений такого профиля и назначения в Вооружённых Силах нет.
Обе специальности чрезвычайно востребованы в современных условиях развития Военно-воздушных сил. Во всех родах авиации наметилась тенденция на увеличение численности экипажей. Это касается даже истребительной авиации, где долгое время экипаж состоял только из одного лётчика. Штурман на сегодняшний день занимается не только навигацией и прокладкой маршрута, но и боевым применением – определением целей, удержанием, пуском ракет, бомбометанием, расчётами.
Что касается офицеров боевого управления, то спектр предназначения наших выпускников не менее обширен, начиная с группы руководства полётами на аэродроме и заканчивая передовыми авианаводчиками.
– С чем связан такой акцент на штурманской подготовке?
– Военная авиационная техника становится всё более сложным комплексом. Лётчику управлять им в одиночку достаточно тяжело. Чтобы было понятно, приведу пример. Есть наземное огневое средство, которое необходимо перемещать по поверхности, этим занят механик-водитель, но при этом кто-то должен ещё и стрелять, наблюдать по сторонам, а кроме того, определять маршрут. Представим, что у нас вместо наземного огневого средства – боевой самолёт, фронтовой бомбардировщик, вместо механика-водителя – лётчик, а вместо оператора – штурман. Думаю, после этого картина для читателей, не связанных с авицией прояснится. Как показывает опыт, в том числе в локальных войнах современности и в ходе операции в Сирийской Арабской Республике, один человек с управлением, ведением боя и другими специфическими функциями попросту не справляется. Даже в современной истребительной авиации, где самолёт движется в направлении цели, которая уже «захвачена», и остаётся только пустить ракету, наличие штурмана в экипаже рассматривается как обязательное. Воздушный бой или бомбометание в условиях воздушной операции – это сложные многофакторные процессы, и присутствие ещё одного члена экипажа не только снимает часть нагрузки с командира экипажа, но и увеличивает эффективность выполнения полётных заданий.
– Как точнее охарактеризовать основное предназначение штурмана в экипаже?
– Одна из ключевых функций штурмана, вне зависимости от рода авиации, – умение быстро и безошибочно производить вычисления и выдавать командиру конкретные предложения в цифрах по скоростям, эшелонам, направлениям, точкам сброса боекомплекта, средствам поражения и прочее. Нельзя не признать: штурман – это сложная должность, раскрывающая специалиста и как оператора, в ведении которого находится авиационное оборудование, и как члена лётного экипажа, непосредственно отвечающего за прокладывание курса, определение высоты полёта и других важных факторов.
– Впереди активная фаза подготовки к набору первокурсников. Как готовитесь к приёму, каковы ожидания от набора курсантов в 2019 году?
– Основная профориентационная работа в этом учебном году уже завершена. Комплекс мероприятий, утверждённых начальником академии генерал-полковником Геннадием Васильевичем Зибровым, предполагал агитационные встречи и перелёты, затрагивавшие всю нашу большую страну. Кроме того, отдельно мы занимаемся разъяснительной работой в ближайших к Челябинску регионах Урала и Западной Сибири. Наш основной контингент поступающих – выпускники общеобразовательных учреждений. И к этому моменту подавляющее большинство из них уже определилось со своим будущим. Обе профессии, предполагающие доскональное погружение в инженерную сферу, очень интересны, поэтому к нам поступают те, кто дружит с математикой, физикой, техникой. На протяжении последних лет конкурс среди абитуриентов стабильно держится около отметки трёх человек на место. На такой же показатель мы рассчитываем и нынешним летом. Этого сегодня вполне достаточно.
– Чем филиал может гордиться в плане технической оснащённости?
– У нас отличная учебно-материальная база. Что касается первого факультета подготовки штурманского состава, то в нашем составе находится учебная авиационная база, предназначенная для практического обучения курсантов. Курсанты прямо здесь, на нашей территории, можно сказать, в шаговой доступности до аэродрома Шагол выполняют полёты на самолётах Ту-134Ш и Ан-26Ш, которые в своё время были специально сконструированы и модифицированы для нашего вуза. На этих воздушных судах обучающиеся отрабатывают как вопросы навигации, так и боевого применения, в том числе бомбометания на полигонах. На учебных самолётах предусмотрено крепление практической авиационной бомбы П-50Т. Она хоть и учебная, но тем не менее настоящая, как и цели, на которые необходимо направить эти бомбы. Так что будущие штурманы осваивают практическую подготовку в реальных, а не упрощённых условиях.
– А если говорить о тренажёрах?
– Мы обладаем современными тренажёрами, позволяющими курсантам полноценно обучаться на той технике, на которой им предстоит выпускаться. Здесь сделаю оговорку: мы учим своих питомцев как первоклассников. Если так можно выразиться, учим их читать, а уже по ходу учебного процесса они знакомятся с техникой, предназначенной им по конкретной специализации – истребительная авиация, фронтовая бомбардировочная, дальняя, морская, армейская и военно-транспортная.
Что же касается офицеров боевого управления, то вуз имеет первоклассные тренажёры «Марка», «Репитер», позволяющие осваивать обязанности при управлении летательными аппаратами в воздухе. В нашем распоряжении есть и передовой комплекс «Постскриптум», чьи возможности используются при учебном наведении наших истребителей на самолёты условного противника.
– Несколько слов о лётной подготовке…
– Она начинается со второго курса. Мы единственный лётный вуз, где этот аспект учебного процесса, скажу откровенно, – один из важнейших, предусмотрен программой уже на столь раннем периоде. Нам удалось сохранить традиции прошлого, когда первый полёт обучающиеся совершали как раз на втором курсе. Стоит добавить, что курсанты штурманского факультета в обязательном порядке проходят специальную подготовку в центрах выживания Воздушно-космических сил, где закладываются необходимые навыки. Всё это может понадобиться при возникновении нештатных ситуаций, предполагающих покидание летательного аппарата. Таких примеров реального спасения хватает для понимания важности этого вида подготовки.
Штурман – это авиационный специалист в составе лётного экипажа, основная задача которого – провести самолёт по заданному маршруту и в строго установленное время найти и метко поразить заданную цель
– В чём особенности лётной подготовки штурманов?
– Они заключаются в пространственном ориентировании и умении работать с приборами в полёте. Обучение лётного состава, в том числе и штурманов, определяется следующим образом. Высшие учебные заведения дают выпускнику первичные знания работы с оборудованием на универсальных средствах. Непосредственно здесь, в Челябинске, мы готовим курсантов на вышеупомянутых самолётах Ту-134Ш и Ан-26Ш. Вся подготовка в рамках учебного процесса, за исключением войсковых стажировок, осуществляется на этих учебных штурманских воздушных судах. Чтобы было понятно: в условиях училища невозможно обеспечить наличие всех типов самолётов и вертолётов, принятых на вооружение. Во-первых, это весьма накладно и расточительно с точки зрения содержания и технического обслуживания. Во-вторых, есть требования к аэродромной инфраструктуре. В условиях близости к мегаполису постройка универсального аэродрома, способного принимать все типы самолётов, имеет множество объективных ограничений, которые делают подобный проект неосуществимым. Так вот, уже после выпуска, когда лейтенант пришёл в часть, его отправляют в центр лётной подготовки для переучивания на конкретный тип летательного аппарата. Этот процесс занимает от трёх до шести месяцев. Затем молодые штурманы получают допуск и по возвращении приступают к полётам в части.
– Какие требования предъявляются к здоровью абитуриентов, желающих стать курсантами филиала? В чём суть профессионально-педагогического отбора?
– Требования к здоровью предельно высокие. Врачебно-лётная комиссия проводит тщательное обследование каждого на предмет годности. Любое отклонение, даже на первый взгляд несущественное, например по зрению или работе сердечно-сосудистой системы, закрывает дорогу на штурманский факультет. При этом при зачислении на второй факультет имеются некоторые допуски, и они позволяют не прошедшим по здоровью на штурманскую специальность обучаться по программе офицеров боевого управления. Тестирование по определению категории профессиональной годности также, можно сказать, доскональное. Оно длится три дня, и на его основе делается вывод о штурманской специализации. Наиболее подготовленные, как вы можете догадаться, рекомендуются для обучения по профилю истребительной авиации, где требуются максимальные навыки в условиях усиленных перегрузок.
– Как используется преподавательский опыт в подготовке специалистов? В какой степени в образовательном процессе учитываются события в Сирийской Арабской Республике?
– Преподавательский состав профилирующих кафедр навигации и боевого применения имеет немалый войсковой опыт, за их плечами тысячи выполненных полётных заданий. У меня самого лётная должность, поэтому я в обязательном порядке выполняю полёты с курсантами, оцениваю их работу, теоретическую и практическую подготовку. После этого мы корректируем, совершенствуем те или иные формы обучения, необходимые в учебном процессе.
Касаясь опыта, извлекаемого из операции в Сирийской Арабской Республике, отмечу, что профессорско-преподавательский состав у нас систематически выезжает в эту страну в служебные командировки, чтобы наблюдать за тенденциями, возникающими при боевом применении авиации в реальных боевых условиях. Сирия стала своего рода полигоном для отработки практических заданий. Сложный горный рельеф, соседствующий с пустыней, особые климатические условия – всё это, бесспорно, накладывает отпечаток на подготовку. Общаясь с нашими выпускниками-штурманами и лётными экипажами, на которых приходится основная нагрузка в ходе операции, мы обобщаем практическую составляющую и вносим коррективы в учебную программу. В частности, особого внимания потребовали бомбометание и пуски ракет. С учётом вносимых учебно-методических поправок нельзя не признать, что сегодняшние выпускники подготовлены лучше, чем их предшественники в недалёком прошлом.
– Каков научный потенциал вуза?
– Сегодня обучение курсантов ведут 12 профессоров, 13 докторов и 109 кандидатов наук. Имеются планы по дальнейшему развитию вуза – так, подана заявка на открытие адъюнктуры по военным наукам. Понимаем, что нам необходимо воспитывать научные кадры у себя, в наших стенах. В последние годы наметилась линия на омоложение преподавательского состава. Это, безусловно, важно, особенно в свете событий начала этого десятилетия, когда на протяжении нескольких лет учебное заведение находилось, что называется, в подвешенном состоянии с неясными перспективами. К счастью, руководство Министерства обороны и командование Воздушно-космических сил предприняли действия по сохранению нашего вуза, и сейчас в качестве филиала Военно-воздушной академии мы решаем кадровые задачи по пополнению Российской армии высококвалифицированными профессионалами.
Впрочем, как я уже говорил, у нас обучаются и те, кто продолжит службу в других силовых ведомствах, а также представители иностранных армий – как стран СНГ и ОДКБ, так и дальнего зарубежья – около 20 государств.
– Игорь Валерьевич, несколько слов о войсковых стажировках и практике: где и как их проходят курсанты? Хватает ли обучаемым практики в войсках?
– Начнём со штурманского факультета. Одна из наших главных целей – налёт. Тот компонент, который позволяет выпускнику освоить любой летательный аппарат. В отличие от наших коллег-лётчиков мы обеспечиваем налёт на выпуске более 200 часов. Основной налёт будущий штурман получает здесь, в учебно-авиационной базе. На выпускных курсах обучающиеся отправляются на стажировки – в воинские части военно-транспортной, дальней, морской и армейской авиации. В перспективе надеемся получить разрешение на прохождение стажировок в полках оперативно-тактической авиации.
Курсанты второго факультета по подготовке офицеров боевого управления стажируются в воинских частях – как на должностях в группе руководства полётов, так и на командных пунктах авиационных полков. Собранный материал курсанты используют при подготовке выпускной квалификационной работы.
– Как процесс перевооружения и модернизации Вооружённых Сил сказывается на материально-техническом обеспечении филиала?
– Как я уже говорил выше, филиал полностью обеспечен необходимыми тренажёрами. В данный момент мы вместе с представителями авиационной промышленности занимаемся подготовкой к вводу в эксплуатацию перспективного самолёта, на котором в обозримом будущем предстоит обучать курсантов.
– Наша беседа проходит накануне 24 марта – Дня штурманской службы ВВС. В этот день в 1916 году был подписан приказ о формировании в России Центральной аэронавигационной станции. Что вы пожелаете подопечным, всем штурманам в преддверии праздника?
– Хочу пожелать всему личному составу филиала, членам семей, гражданскому персоналу, действующим штурманам и ветеранам крепкого здоровья, счастья, успешной службы и работы на благо нашей великой Родины и её славных Воздушно-космических сил!
Челябинск
Леонид ХАЙРЕМДИНОВ, «Красная звезда»
Фото из архива
челябинского филиала
ВУНЦ ВВС «ВВА»