Командир авиаотряда подполковник Геннадий Гребенщиков – один из тех пилотов ВТА, кто «приручил» ледовые полосы самых высокоширотных аэродромов.
Начиная с 2000 года под эгидой Экспедиционного центра Русского географического общества в непосредственной близости от Северного полюса ежегодно оборудуется дрейфующий ледовый лагерь, традиционно называемый «Барнео». Основной задачей его временных обитателей является детальное изучение Арктики, а также испытание новых видов снаряжения и оборудования, необходимых для освоения бескрайних северных просторов.
Однако далеко не всем известно, что одну из ведущих ролей в деле создания и обеспечения функционирования этого «города», под ледяным «фундаментом» которого сотни метров океанской глубины, играют Вооружённые Силы России. И прежде всего военно-транспортная авиация.
«Красной звезде» удалось встретиться с одним из опытнейших лётчиков ВТА, на счету которого не один десяток полётов к макушке Земли.
Под крылом самолёта – полмира
Накануне встречи командир отряда Ил-76 авиаполка подполковник Геннадий Гребенщиков честно предупредил, что времени для беседы у него будет немного. Дело в том, что в их полку сейчас в самом разгаре подготовка к новой арктической экспедиции. Времени, что называется, в обрез. И в самом деле, автору этих строк, прибывшему в часть, пришлось подождать, пока будут отданы предполётные указания, затем пройдёт разведка погоды, состоится рабочее совещание с лётчиками. Только после этого Геннадий Михайлович сумел выкроить для общения несколько минут.
Впрочем, ожидание того стоило. Тем более что, несмотря на строгий вид, собеседником он оказался открытым, а человеком – доброжелательным.
Для начала стоит сказать, что в арсенале Геннадия Гребенщикова не только опыт выполнения полётов в сложнейших условиях высоких широт. Офицер прошёл большую жизненную и профессиональную школу, начав свой путь в авиации от курсанта военного вуза и достигнув уровня лётчика-снайпера и лётчика-инструктора. Окончив в 1985 году Тамбовское высшее военное авиационное училище лётчиков имени Героя Советского Союза М.М. Расковой, лейтенант Гребенщиков свою службу начал в полку военно-транспортной авиации в эстонском Тарту. Правда, едва освоив должность помощника командира Ил-76 – корабля, впоследствии ставшего для него единственным и любимым типом воздушного судна, спустя год офицер убыл выполнять трудную и опасную работу в Афганистан.
Общий налёт в качестве командира корабля составляет у подполковника Гребенщикова более 5,5 тысячи часов. А это, на минуточку, примерно 220 суток, проведённых в небе!
Несмотря на то что их борт базировался на различных приграничных аэродромах Советского Союза, Геннадий Петрович совершил «за речку» около сотни рейсов. На наши аэродромы, расположенные в этой стране, он доставлял личный состав, вооружение, технику, различные грузы. Не раз его самолёт попадал под обстрел с земли, били по ним в том числе и печально знаменитыми «Стингерами». К счастью, благодаря умелым действиям экипажа их «Ильюшину» всякий раз удавалось выходить из зоны поражения невредимым.
– Работа была жёсткая, – не скрывает эмоций собеседник, вспоминая о тех далёких и во всех смыслах этого слова жарких днях.
Но, как оказалось, покорение афганского неба было лишь началом большого и сложного пути будущего профессионала военно-транспортной авиации. Как-то в декабре 1989 года, вернувшись из очередной командировки в Афганистан, их экипаж едва ли не сразу после приземления вновь получил команду на взлёт. Что такое? Оказывается, в Армении случилось страшное землетрясение, республика взывала о помощи. В числе первых в зоне бедствия с гуманитарной миссией оказались наши военные. Среди них – и лётчики.
Стоит отметить, что список командировок в «особые районы» у Геннадия Гребенщикова включает в себя также участие в обеспечении гуманитарных операций в Анголе, в Индонезии, пострадавшей от разрушительного землетрясения и цунами. Было множество и других специальных заданий. По примерным подсчётам Геннадия Михайловича, он побывал более чем в 50 странах мира, где, выполняя поставленные задачи, приобретал бесценный опыт.
Например, уже будучи командиром корабля, офицер в 1991 году более трёх с половиной месяцев провёл в Анголе, практически ежедневно выполняя здесь по нескольку вылетов. При этом взлёты и посадки он совершал на площадках, где практически полностью отсутствовали хоть какие-то средства навигации, аэродромного оборудования и диспетчерской службы. Но сложившаяся обстановка требовала, чтобы вылеты выполнялись ежедневно: ангольцы нуждались в помощи, и они находили её от военных лётчиков из России.
Одним из наиболее запомнившихся эпизодов из того периода лётной карьеры офицера стал случай, можно сказать, курьёзный. Как-то во время одного из перелётов на борту их Ил-76 у местной жительницы, оказавшейся в числе пассажиров, начались роды. Но, как выяснилось, наш военный экипаж был готов и к такому развитию событий. Русские лётчики, да ещё и лётчики в погонах, способны на всё! Мгновенно было найдено чистое бельё, собраны медикаменты. Всё это передали роженице, которая прямо в небе произвела на свет сына. К счастью, роды прошли благополучно, а новорождённому в знак признательности к военным пилотам дали имя Аэро.
Опыт выполнения задач в особых условиях, прежде всего в Афганистане, пригодился подполковнику Гребенщикову и в наши дни, в ходе совершения полётов в Сирийскую Арабскую Республику. Транспортник под командованием этого офицера доставлял имущество для обеспечения группировки российских войск, перевозил гуманитарную помощь для сирийцев, терпящих ужасы войны… Все вопросы были решены на отлично.
Курс – «ноль»
На сегодняшний день общий налёт у подполковника Геннадия Гребенщикова в качестве командира корабля составляет более 5,5 тысячи часов. А это, на минуточку, примерно 220 суток, проведённых в небе! Стоит отметить, что в этот важнейший показатель лётной деятельности вошли более тысячи часов полётов в северных широтах. В том числе свыше 400 часов – на полюс, на самую макушку планеты.
Освоение арктических воздушных трасс – отдельная и, пожалуй, одна из наиболее ярких страниц биографии этого офицера. Учитывая большой практический опыт полётов в экстремальных условиях, командование ВТА именно ему доверило освоение воздушных трасс в арктических регионах нашей страны.
Свой первый вылет в район Северного полюса Геннадий Михайлович совершил в 2008 году. С тех пор он ежегодно привлекается к обеспечению строительства и функционирования дрейфующей научной исследовательской базы Барнео. Больше него на обслуживание подобных экспедиций не летал никто. Как правило, каждый полёт с курсом «ноль» (в направлении Северного полюса) длится от 7 до 8 часов и более и выполняется над безмолвными волнами и ледяными торосами Северного Ледовитого океана в условиях отсутствия каких-либо видимых ориентиров. В качестве командира корабля офицер совершил около трёх с половиной десятков рейсов, осуществил более 130 десантирований на льдины, причём выполнил их с ювелирной точностью, не допустив ни единого промаха.
Являясь непосредственным участником событий, связанных с освоением Севера, Геннадий Михайлович рассказал, как создаётся дрейфующая научно-исследовательская станция. Происходит это ежегодно, примерно в одно время. Вначале с одного из заполярных аэродромов стартует пара Ми-8 и летит на максимальную дальность по направлению к Северному полюсу. Когда количество оставшегося топлива приближается к критическому, командир группы подыскивает наиболее подходящую ледовую площадку и садится на неё. В это время на аэродроме базирования в готовности к взлёту уже находится Ил-76. Как только от вертолётчиков по каналам спутниковой связи поступают координаты места посадки, к ним в течение нескольких минут стартует наш небесный «грузовик».
Находят на белоснежном фоне затерянной в просторах океана льдины две тёмные точки (приземлившиеся ранее вертолёты), и с Ил-76 через открытую рампу с высоты 300 метров сбрасывают грузовые платформы с авиационным топливом. Сам же самолёт продолжает свой путь на Север: командир со штурманом ведут поиск льдины, пригодной для устройства полноценного лагеря. Найдя в максимальной близости к полюсу относительно ровную площадку размером не менее 1200 на 400 метров, без торосов и «речек», транспортник сбрасывает сюда платформы с различными грузами, а затем с 1,5-километровой высоты десантируется группа парашютистов – строителей будущего городка и взлётно-посадочной полосы. Кстати, понятие «речка», иными словами – разлом в льдине, в глубине которого видна незамёрзшая океанская вода, наши лётчики переняли от полярников.
Выполнив эту миссию, транспортник возвращается на базу, а на льдину уже спешат те самые «восьмёрки», что до этого пополнили запасы топлива. Так начинается жизнь нового ледового аэродрома – базы, носящей неизменное название Борнео.
Ил-76 ещё не раз побывает в этом районе с новыми грузами – тракторами, агрегатами питания, продуктами и многим другим, необходимым для жизни в отрыве от цивилизации. Включая, кстати говоря, и баню – куда ж без неё на Севере! И всё время, пока Барнео будет нести свою вахту,
Ил-76 останется на одном из заполярных аэродромов в готовности вылететь в любую минуту в район базы.
Даже из этого краткого описания понятно, насколько трудны и опасны задачи, решаемые военными авиаторами на Крайнем Севере. На самом крайнем – дальше уже некуда.Понятно и то, почему такую работу доверяют только самым надёжным и подготовленным людям. Таким, как подполковник Геннадий Гребенщиков и его подчинённые, подготовленные лично им, выпестованные за время совершения таких полётов.
По словам Геннадия Михайловича, при выполнении задач в условиях Заполярья ответственность каждого члена экипажа возрастает многократно. И только слаженные действия их небольшого, но сплочённого коллектива способны привести к успеху.
Особо командир корабля выделяет роль штурмана. Именно на нём лежит ключевая ответственность по определению местоположения самолёта в этих бескрайних арктических просторах. При отсутствии каких-либо видимых ориентиров с земли он должен вычислить место, куда надлежит прибыть их машине, где их ждут люди. От мастерства и опыта этого специалиста напрямую зависит и успех такой операции, как выброска воздушного десанта, в том числе в условиях практически нулевой видимости, что в их лётной практике случалось не раз.
Командуя экипажем Ил-76, он совершил около трёх с половиной десятков рейсов в район станции Борнео, осуществил более 130 десантирований на льдины, причём выполнил их с ювелирной точностью, не допустив
ни единого промаха
На вопрос, что даёт строительство, функционирование научно-исследовательской базы Борнео, Геннадий Гребенщиков, не задумываясь, отвечает:
– Во-первых, Север – это огромный ресурсный регион. И в последнее время появилось много желающих «поучаствовать» в его освоении. Но поскольку это исконно российские территории, мы должны обеспечивать их суверенитет и защищать от возможных посягательств. Во-вторых, для дальнейшего освоения арктических пространств необходим научный подход, чем и занимаются учёные и исследователи в ходе ледовых экспедиций. Кроме того, это уникальный полигон для тренировок авиации и различных подразделений Вооружённых Сил, решающих задачи по защите национальных интересов нашей страны в её Арктической зоне.
За многолетний период совершения полётов в Арктику, в том числе в рамках обеспечения деятельности ледовой научно-исследовательской станции, значительный опыт подобной лётной работы приобрели уже сотни военных лётчиков. В их подготовке принимал участие лично Геннадий Гребенщиков. Не случайно офицер имеет подтверждённую квалификацию пилота-экзаменатора.
Тем не менее во время нашей беседы лётчик с удовольствием напомнил о тех людях, кто в разное время сыграл заметную роль и в его становлении как профессионала. С особым чувством Геннадий Михайлович поведал об одном из своих наставников – Андрее Михайловиче Кузьменкове, ныне полковнике запаса. По признанию подполковника Гребенщикова, именно он поставил его на крыло, дав необходимый опыт работы как с авиационной техникой, так и – что особенно важно – людьми.
– Андрей Михайлович – не только исключительно грамотный специалист, лётчик, каких мало, но и человек спокойный, уравновешенный, с замечательным чувством юмора, – вспоминает собеседник. – Именно таким, на мой взгляд, и должен быть образцовый руководитель. И даже спустя годы я практически перед каждым вылетом звоню ему, получаю наставления, ощущаю дружескую поддержку.
Ещё одного человека, подающего своим отношением к делу пример окружающим, подполковник Гребенщиков выделил особо. Это командующий ВТА России генерал-лейтенант Владимир Бенедиктов.
– Владимир Валентинович уделяет приоритетное внимание работе экипажей именно в северных широтах. Он не только осуществляет контроль за подготовкой к каждой арктической экспедиции, но и помимо официального доклада по линии командования просит звонить ему лично после каждого возвращения на базовый аэродром, информировать, как проходил полёт.
…Во время нашего короткого общения Геннадий Михайлович старался как можно меньше рассказывать о себе. Видимо, как и любому настоящему офицеру, бахвальство ему чуждо. Зато портрет командира позже с удовольствием написали его сослуживцы. Штурман-снайпер майор Сергей Левин знает Гребенщикова, пожалуй, больше остальных, так как был бессменным штурманом во всех его экипажах на протяжении более 20 лет.
– Геннадий Михайлович – профессионал высочайшего класса, я ему безгранично доверяю, – поделился Сергей Владимирович. – Кроме того, что он обладает уникальными профессиональными знаниями, опытом, он ещё умеет найти подход к каждому человеку. Всегда выслушает, учтёт точку зрения собеседника, приняв в результате единственно верное решение. Скажу, что многие из наших авиаторов, особенно молодых, стремятся летать именно с ним. В моей лётной судьбе он сыграл значительную роль.
Штурман отряда рассказал и о личных качествах своего командира. Особо отметил его честность, справедливость, принципиальность.
– За нерадивость может спросить по всей строгости, но «шашкой не рубит», всегда и во всём разбирается досконально и только после этого принимает меры. Не боится отстаивать своё мнение перед командованием, всегда заступается за подчинённых, причём делает это максимально тактично, но аргументированно и убедительно.
За свою многолетнюю службу Геннадий Михайлович воспитал не одно поколение первоклассных авиационных специалистов. Некоторые из его бывших подчинённых добились значительного карьерного роста, давно обойдя по службе своего наставника и учителя. На естественный в данном случае вопрос, почему же такой опытный и авторитетный в авиации человек до сих пор не занимает более высоких управленческих постов, майор Левин открыл небольшой секрет, поделившись, что Геннадию Михайловичу подобные предложения поступали неоднократно. Однако тот всегда от них отказывается, ибо убеждён, что главное его место – за штурвалом самолёта. Так что в успехе очередной полярной экспедиции можно быть уверенным, если за дело берутся ас арктических маршрутов подполковник Геннадий Гребенщиков и подготовленные им лётчики ВТА России.
Олег ГРОЗНЫЙ, «Красная звезда»
Фото автора