Однако ни проливной дождь, ни шквальный ветер не смогли остановить тех, кто пришёл в Москве почтить память тех, кто спас мир от коричневой чумы.
Когда 9 Мая в два часа дня по полудню у станции метро «Динамо» проходило формирование колонн патриотической акции, на небе светило солнце, тёплый весенний ветерок радостно развивал полотна знамён и ничто не предвещало, что через несколько часов над столицей разразится сильная гроза. Да, МЧС предупреждало об изменении погодных условий после обеда, но разве может небесная канцелярия помешать всем, кто в этот день по доброй воле решил отдать дань памяти своим отцам, дедам, прадедам, которые победили в самой страшной и кровопролитной войне ХХ века. Нет! Не помешала! В этот день Ленинградский проспект заполнился морем людей, которые несли портреты своих героев. Фотографии времён Великой Отечественной войны, послевоенные фото тех, кто выжил в кровавой бойне, но не дожил до сегодняшнего дня, или просто белые таблички с фамилиями ветеранов войны возвышались над людским потоком. В этот день в столицу приехало много людей из разных регионов страны, бывших союзных республик, зарубежных стран. В колонне можно было услышать самую разнообразную речь. Но, несмотря на это, всех, кто шёл от метро «Динамо» до Красной площади, объединяло одно – память о тех, кто победил самого свирепого и лютого врага, кто, ни с чем не считаясь, закрыл своей грудью мир от коричневой чумы и подарил жизнь многим поколениям. По официальным данным Управления МВД по городу Москве, 9 Мая в шествии приняло участие более 700 тысяч человек.
Среди этих людей шёл и я вместе со своим старшим братом Валерием и племянницей Викой. Я первый раз принимал участие в этом шествии и, честно признаться, был поражён атмосферой и настроением всех, кто шагал рядом с нами. Мы несли портрет нашего деда, Леонида Петровича Малышенко. Рядового. В армии он прослужил без малого семь лет. Был призван на фронт в 1942 году в пехоту. А уже через год его, как имеющего специальность ветеринара (дед был коновалом), откомандировали в Персию. И там, в Тегеране, Леонид Петрович служил в составе советской миссии, принимал непосредственное участие в обеспечении безопасности встречи глав антигитлеровской коалиции – Сталина, Рузвельта и Черчилля.
Правда, дед никогда не рассказывал о войне. Когда мы его спрашивали, он всегда скромно отвечал: мол, война есть война, что там может быть интересного. Единственное, мне навсегда врезалось в память, что во время минуты молчания он отворачивался, закрывал лицо натруженными ладонями и тихо, без всхлипываний, плакал. В этот момент его никто не трогал, не утешал, ничего ему не говорил. Как я потом, будучи уже курсантом, узнал, из его призыва, родившихся в 1924 году, в хутор с войны вернулось всего несколько человек…
Дед никогда не бывал на Красной пощади, но благодаря этой патриотической акции – побывал. Вернее, я прошёл с ним в одном строю. И без лишней патетики скажу, что, будучи подполковником запаса, я стоял бы перед ним навытяжку, перед простым рядовым Красной Армии, который, как и миллионы таких же, как он, принёс мир и Победу, даровал нам право жить на этой земле…
Между тем люди шли и шли, казалось, что этот людской поток никогда не иссякнет. В колоннах пели песни военных лет: «Вставай, страна огромная», «Синий платочек», «Смуглянку», «Бьётся в тесной печурке огонь» и многие другие. В перерывах между песнями Ленинградский проспект, улицы Тверская-Ямская, Тверская, Манежная площадь и Красная площадь оглашались раскатистым «Ура!».
А погода всё-таки преподнесла сюрприз. Ближе к пяти часам вечера над Москвой небо затянулось свинцовыми тучами, заполыхали молнии, грянули протяжные громовые раскаты и пошёл проливной дождь. Но даже это не смогло остановить шествие Бессмертного полка. Чем сильнее лил дождь, чем сильнее были громовые раскаты, тем громче народ пел, тем яростнее звучало раскатистое «Ура!». А кто-то в колонне крикнул, что, мол, это не дождь, а слёзы благодарности ветеранов Великой Отечественной войны, которые уже ушли в мир иной. Они с небес смотрят на нас и радуются тому, что благодарные потомки помнят их подвиг.
И стихия сдалась. Через полчаса закончился дождь, стих порывистый ветер. Да, невозможно убить память. И гордость берёт за свой народ, который не испугался, не разбежался, а стойко перенёс эти катаклизмы небесной канцелярии.
Президент России Владимир Путин позже отметил, что сложные погодные условия не помешали сотням тысяч жителей столицы почтить память предков:
«Это меня, честно говоря, тоже немножко удивило. Несмотря на эту непогоду, такую серьёзную непогоду, практически ураган, люди всё равно шли по Красной площади».
А как же иначе? Разве они, все, кто приближал Великую Победу, считались с дождём, холодами, жарой, ветром? Нет! У них была одна цель, один приказ – спасти Родину от фашистов и выстоять, выстоять, несмотря ни на что. Поэтому и мы, их потомки, не имели права в этот день подвести их.
Не имели – и не подвели!