Первый отечественный профессор стратегии

image_print

Генерал Николай Медем определил основные векторы развития российской военной науки.

Николай Васильевич Медем.

В истории отечественной военной мысли есть имена, к нашему времени незаслуженно забытые. Среди них – Николай Васильевич Медем, генерал от артиллерии, первый профессор тактики, истории, военного искусства и стратегии Императорской военной академии. О нём мало что известно даже большинству военных специалистов современной России. Между тем этот военный теоретик (1798–1870 гг.) оставил богатое идейное наследие, а многие его выводы по-своему актуальны и сегодня, естественно, с учётом новых военно-технических и политико-военных реалий.

Род баронов и графов Медемов официально ведёт начало с XIII века. Первое упоминание одного из представителей этой фамилии встречается в саксонских хрониках Рыцарского Ордена Пот Клав. В документе говорится о том, что он участвовал в Крестовом походе в Прибалтику и получил имение около Митавы.
Во времена Екатерины II потомок Медемов барон Вильгельм Готгард, именуемый по-русски Василием, получил на правах майората имение Берёзка близ Пскова и два имения в Ковенской губернии.
Сына Николая барон фон Медем определил на военную службу в 15-летнем возрасте. В 1813 году юноша стал юнкером Гвардейской конной артиллерии. В этом качестве участвовал в военных кампаниях 1813–1814 годов русских войск в Европе. За храбрость, проявленную в сражении при Фер-Шампенуазе, был награждён знаком отличия Военного ордена, а за последующие отличия в боевых действиях его произвели в прапорщики.
После окончания в 1823 году Михайловского артиллерийского училища штабс-капитану Медему предложили остаться в этом учебном заведении преподавателем. Боевой офицер согласился и сразу же зарекомендовал себя умелым наставником и знающим специалистом. В 1826 году его назначили инспектором классов училища.
Затем в профессиональной карьере Николая Медема последовало стремительное продвижение. В 1832 году при основании высшего военного учебного заведения Российской империи – Императорской военной академии – полковник Медем получил должность профессора вначале тактики и истории военного искусства, а с 1833 года – и по кафедре стратегии, истории военных походов и военной литературы. В течение шести лет в полной мере раскрылся большой талант Николая Васильевича как военного педагога и проницательного военного мыслителя. На этой должности ему было присвоено звание генерал-майора.
Становление преподавания в академии почти всех военных дисциплин так или иначе связано с именем профессора Медема. Он в короткий срок сумел достаточно чётко определиться с их содержанием. Так, он делил тактику на начальную – состав, вооружение, строй, порядок движения и действий каждого рода войск отдельно, не принимая во внимание местность. Затем, как более сложный этап, выделил начально-прикладную тактику, в которой рассматривал влияние местности и взаимодействия различных родов войск в составе дивизии. И как высший этап военный учёный определил устройство, движение и действия больших воинских объединений (корпусов и армий). Сюда же относились действия на водных преградах, в горах, десантная война.
Николай Васильевич составил по учебным предметам программы и вместе с бароном Зедделером разработал, а затем ввёл систему практических занятий по тактике. В 1836 году вышло «Обозрение известнейших правил и систем стратегии», а в 1837-м – «Руководство к тактике» в двух томах. Эти работы генерала Медема были отмечены Демидовскими премиями Академии наук, которые считались самыми почётными неправительственными наградами России.
Ценность этих теоретических трудов заключалась в том, что в них впервые анализировались взгляды на стратегию крупнейших военных теоретиков прошлого, устанавливались связи между войной, политикой, стратегией и тактикой. Назначение стратегии Медем сводил к определению целей войны, сил и средств, а также способов достижения победы, к изысканию мер по подъёму нравственного духа войск и их материальному обеспечению. А роль тактики видел в исполнении решений стратегии. В своих исследованиях профессор Медем также придавал большое значение тесной взаимосвязи и взаимозависимости войны и политики, стратегии и тактики.
Вот как отзывался о профессоре Медеме первый начальник Императорской военной академии генерал И.О. Сухозанет: «Он задал такой уровень преподавания предметов по военной истории и стратегии, с которым в западной Европе никакое военно-учебное учреждение не может с нашей Академией равняться… На лекциях по стратегии барон Медем излагал не столько теорию, сколько историю и литературу стратегии. Исходным его пунктом было то, что никакая теория не может выучить искусству вести войну, что все попытки изложить такую теорию ограничивались только указанием значения или влияния на ход войны которого-либо из многих «элементов», обусловливающих успех на войне. С этой точки зрения Николай Васильевич разбирал известные сочинения о стратегии, начиная с Ллойда и Бюлова, писавших ещё в прошлом столетии, и постепенно переходя к сочинениям эрцгерцога Карла, генералов Ронья, барона Жомини, Наполеона I, Деккера, Вагнера и кончая недавно появившимся большим сочинением генерала Клаузевица (Vom Kriege), которое рассматривалось обстоятельнее всех других. Лекции барона Медема по стратегии, несмотря на кажущуюся сухость предмета, несмотря на недостатки голоса и кашель лектора, до того были занимательны, можно сказать, увлекательны, что слушатели приходили в восторг».
В 1845 году Медем был произведён в генерал-лейтенанты. В 1848–1858 годах он возглавлял Военно-цензурный комитет, затем – Санкт-Петербургский цензурный комитет. В 1864 году в чине генерала от артиллерии Николая Васильевича назначили председателем Главного военно-учебного комитета и главным наблюдателем за преподаванием военных наук в военно-учебных заведениях. Его перу принадлежат труды по военному образованию, которые сыграли значительную роль в проведении реформ в военно-учебных заведениях России в середине XIX века.
При широком диапазоне военно-научного наследия профессор Медем, по сути, стал основоположником отечественной военной стратегии как научной и учебной дисциплины. Он пришёл к выводу, что теория не может устанавливать незыблемые правила ведения
войны, а должна ограничиваться выяснением свойств различных факторов («элементов стратегии») и характера их влияния на военные действия и основываться на данных военно-исторического опыта.
К сожалению, эти подходы не были глубоко поняты и по достоинству оценены многими современниками и последователями. Поэтому к анализу и оценке некоторых его умозаключений стоило бы вернуться не только с позиции уточнения истории отечественной военной мысли, а в первую очередь с позиций интересов её современного развития.

Марина ЕЛИСЕЕВА, «Красная звезда»