Север и Юг договорились о снижении военной активности на Корейском полуострове.
Республика Корея и КНДР приступили к разминированию ряда районов демилитаризованной зоны. Договорённости об этом были достигнуты в ходе визита в Пхеньян президента Южной Кореи Мун Чжэ Ина, который состоялся 18–20 сентября.
В объединённой зоне безопасности в районе пункта Пханмунджом, а также в уезде Чхорвон провинции Канвондо инженерные подразделения армий обеих стран приступили к решению далеко не простой задачи. Предстоит уничтожить около двух миллионов мин, заложенных на территории демилитаризованной зоны длиной 248 километров и шириной четыре километра, а также в непосредственной близости от неё. После завершения работ в этом районе будут проведены первые совместные поиски останков южнокорейских, французских и американских солдат, погибших во время трагической братоубийственной войны 1950–1953 годов. Раскопки начнутся 1 апреля 2019 года и завершатся 31 октября.
Разминирование является лишь частью соглашений, к которым стороны пришли в ходе состоявшихся переговоров в Пхеньяне. Так, президент Южной Кореи Мун Чжэ Ин и лидер КНДР Ким Чен Ын подписали совместную декларацию, в которой согласовали конкретные шаги по денуклеаризации Корейского полуострова и договорились о сотрудничестве в других сферах. Одним из главных пунктов декларации стало обещание КНДР полностью прекратить работу своего экспериментального ядерного реактора в ядерном центре Йонбен в северо-западной провинции Пхёнан-Пукто.
Кроме того, Сеул и Пхеньян договорились о том, что две Кореи подадут заявку на совместное проведение летних Олимпийских игр в 2032 году, а также направят единые команды на Игры 2020 года в Токио. Две страны также обязались открыть постоянно действующий центр встреч членов разделённых Корейской войной семей. Как стало известно, Ким Чен Ын собирается до конца 2018 года посетить Сеул.
Будет также возобновлена работа Кэсонского индустриального комплекса и туристического проекта в горах Кымгансан. Поясним, технопарк в Кэсоне, где на 124 южнокорейских предприятиях работали более 54 тысяч северокорейцев, открылся в 2004 году. В 2015 году прибыль от его деятельности превысила 500 млн долларов. Комплекс был закрыт после проведения КНДР в 2016 году ядерного испытания и пуска ракеты-носителя со спутником.
В декларации зафиксировано и положение о готовности сторон принять реальные меры для объединения железных и автомобильных дорог. Это нужно, как подчеркнули лидеры обеих корейских государств, для сбалансированного развития национальных экономик и «достижения совместного процветания».
Наконец, в ходе саммита министр обороны Южной Кореи Сон Ён Му и министр народных вооружённых сил КНДР Но Гван Чхоль подписали военное соглашение. На территории шириной 80 км – от южнокорейского острова Токчокто до северокорейского острова Чходо в Жёлтом море, а также от южного порта Сокчхо до северного Тхончхона в приграничных районах Жёлтого и Японского морей появится «мирная зона», где не будут проводиться артиллерийские стрельбы и военно-морские учения.
В выступлении министра иностранных дел КНДР Ли Ён Хо на было отмечено, что правительство КНДР остаётся твёрдо приверженным денуклеаризации
Север и Юг до конца 2018 года демонтируют по 11 вооружённых пограничных постов.
Страны договорились также работать над созданием совместной военной комиссии для установления взаимного доверия. «Обе стороны решили конкретно обсудить и урегулировать вопросы, связанные с созданием и работой совместной военной комиссии Юга и Севера», – говорится в документе. Меры по укреплению доверия будут также включать дальнейшее установление линий прямой связи между военачальниками КНДР и Южной Кореи.
Комментируя достигнутые в Пхеньяне договорённости, лидеры двух стран были едины во мнении: они «открывают новую эпоху на Корейском полуострове», её главным содержанием должны стать мир и процветание. И с этим нельзя не согласиться, учитывая, что на протяжении всего времени, прошедшего после Корейской войны, оба государства больше смотрели друг на друга через прорезь прицела.
Тем не менее понятно, что на пути к поставленной Севером и Югом цели находятся не только минные заграждения, но и более сложные препятствия. Надо отметить, что на планете существуют силы, заинтересованные в поддержании напряжённости на Корейском полуострове. И дело здесь не только в огромных прибылях военно-промышленных комплексов многих держав. Речь идёт и о сложной геополитической игре, которую ведут силы, уже ввергшие человечество в две мировые войны в минувшем столетии.
Есть, разумеется, и сиюминутные внутриполитические интересы. Оппозиционные силы в Южной Корее утверждают, что соглашения, подписанные в Пхеньяне, затруднят США оказание помощи Сеулу в случае вторжения КНДР, хотя любому адекватному аналитику очевидно, что Северной Корее требуется не новое обострение военной напряжённости, а напротив, её смягчение в интересах решения экономических проблем. Лидер КНДР неоднократно демонстрировал мировому сообществу своё рациональное восприятие внешнеполитических реалий. Но, увы, это далеко не всем по нутру южнее демилитаризованной линии.
На юге Корейского полуострова звучала критика и в отношении договорённости, направленной на сокращение вооружений на границе между Севером и Югом.
Принимая во внимание эти настроения, премьер-министр Южной Кореи Ли Нак Ён заявил, что в случае провокаций со стороны КНДР или нарушения ею договорённостей все межкорейские соглашения автоматически прекратят своё действие. Что касается сокращения вооружений, то, по словам премьер-министра, это взаимный процесс. Этого невозможно добиться в одностороннем порядке.
Несомненно, это понимают и в Пхеньяне. Вместе с тем там усвоили горькие уроки народов Югославии, Ирака, Ливии, и, как полагает ряд экспертов, прекрасно отдают себе отчёт в том, что политика в отношении Корейского полуострова вершится не только в Пхеньяне и Сеуле. Возможно, препятствием на пути развития межкорейского диалога являются геополитические игры истеблишмента Соединённых Штатов.
Дело, конечно, не только в 45-м президенте США, испытывающем беспрецедентное со времён Ричарда Никсона внутриполитическое давление.
В последнее время со стороны Белого дома, заинтересованного в успехах на мировой арене в преддверии очередных выборов в конгресс, раздаётся немало лестных слов в адрес северокорейских руководителей. Недавно американский президент даже пошутил, что они с лидером КНДР Ким Чен Ыном «влюбились друг в друга».
Однако на мировой арене любви между правителями не бывает. Да и не президенты и премьер-министры определяют внешнеполитический курс своих государств. Да и они правители лишь условно…
Повторюсь, в мире есть силы, не заинтересованные в примирении двух корейских государств. Ряд экспертов в связи с этим намекает на Японию, которая-де желает продолжения раскола полуострова. Но это всё же повторение догм прошлого. Сегодня мир устроен значительно сложнее, и против естественного стремления корейского народа к воссоединению играет много факторов.
Нет сомнения, что это хорошо осознают в Пхеньяне, где национальная элита сохранила традиции своего народа значительно основательнее, чем на юге, подвергшегося влиянию западной культуры, в том числе протестантской религии…
В выступлении министра иностранных дел КНДР Ли Ён Хо на Генеральной ассамблее ООН было отмечено, что правительство КНДР остаётся твёрдо приверженным денуклеаризации. По его словам, в КНДР не видят пока встречных шагов со стороны США в ответ на политику Северной Кореи в этой области. «Наша позиция такова, что денуклеаризация Корейского полуострова должна реализовываться вместе с выстраиванием режима мира по принципу одновременных пошаговых мер, начиная с того, что мы можем сделать, отдавая приоритет мерам по выстраиванию доверия», – сказал северокорейский министр.
Что касается России, то наша страна выступает в поддержку конструктивных шагов Пхеньяна и Сеула по развитию межкорейского диалога и снижению военной активности в регионе. Это неоднократно подчёркивалось официальными российскими представителями, в том числе с трибуны Генассамблеи ООН. В Москве считают, что урегулирование проблем Корейского полуострова, включая ядерную, возможно лишь совместными усилиями в ходе многосторонних консультаций по вопросам безопасности в Северо-Восточной Азии.