В Германии продолжаются милитаристские приготовления, способные ввергнуть народы Европы в катастрофу.
В Берлине всё громче слышен грохот боевых барабанов. Там уже открыто готовятся к реваншу за поражение во Второй мировой войне, к нападению на нашу страну. О том, в чём это проявляется и чем может закончиться для самой Германии, да и для мира в целом, идёт речь в интервью, которое дал «Красной звезде» руководитель Центра германских исследований и Отдела страновых исследований Института Европы РАН Владислав БЕЛОВ.
– Владислав Борисович, нельзя не заметить, что в эти майские дни, когда на планете отмечают годовщину победы над фашистской Германией, в самой этой стране всё отчётливее звучат призывы готовиться к новой войне с Россией…
– Вы правы. Правда, следует отметить, что такие заявления в Германии раздаются не первый год. Например, министр обороны Борис Писториус, представитель Социал-демократической партии Германии, постоянно твердит о необходимости готовности бундесвера к войне к 2029 году. Об этом, к примеру, он говорил в июле 2025 года в интервью британской газете «Файнэншл таймс». И это не только слова.
Месяц назад, 22 апреля, министр обороны ФРГ представил новую стратегию развития вооружённых сил. При этом он подтвердил, что Берлин стремится иметь самую сильную армию в Европе. В документе наша страна объявлена главной угрозой для Германии. Утверждается, что Россия якобы готовится к военному столкновению с НАТО.
Фактически ведущие политические круги ФРГ взяли курс на практическую подготовку армии, национальной инфраструктуры и экономики страны к прямой конфронтации с Россией в 2030-е годы. В правящей коалиции разногласий по этому вопросу нет. Да и ведущая оппозиционная партия «Альтернатива для Германии» также не ставит под сомнение основные положения новой концепции развития бундесвера.
– И Берлин уже переводит экономику на военные рельсы…
– Формально правительство ФРГ не выступает за переход к военной экономике в духе 30-х годов прошлого века. Но фактически происходит её частичная трансформация. Многие немецкие компании, в том числе поставщики автокомплектующих, уже перепрофилируются и переходят на производство деталей для военной техники. Например, заводы «Фольксваген» переходят на выпуск не только гражданской продукции, но и военной техники. В условиях растущих трудностей, с которыми сталкивается немецкая промышленность, участие в гонке вооружений обещает владельцам предприятий огромные прибыли.
Немецкое государство сегодня не жалеет денег на военные нужды. Военные расходы продолжают расти. Целевой показатель к середине следующего десятилетия должен составить 3,5 процента от ВВП – это прямые расходы на армию. Ещё 1,5 процента – косвенные расходы – на развитие инфраструктуры, в том числе транспортной. Последовательно расширяются мощности ВПК, усиливается государственное влияние на оборонные отрасли.
Военные заказы становятся важным драйвером немецкой промышленности. С 2022 года, по данным министерства обороны ФРГ, было заключено в общей сложности 47 тысяч контрактов на закупки военных товаров на сумму 111 миллиардов евро. На перевооружение бундесвера правительство ФРГ намерено израсходовать 377 миллиардов евро.
Речь идёт, в частности, о закупке 20 тактических истребителей «Тайфун», нескольких тысяч боевых бронированных машин «Боксёр» и «Патрия» общей стоимостью более 20 миллиардов евро, что должно радикально обновить парк бронетехники и позволить постепенно вывести из эксплуатации устаревшие бронетранспортёры «Фукс», используемые ещё с 1980-х годов. Известно, что минобороны ФРГ нацелено на приобретение до 3500 финских колёсных БТР «Патрия», но пока контракт подписан на поставку первой партии – более 850 машин в четырёх различных модификациях.
План перевооружения предусматривает дальнейшее расширение закупок вооружений, включая системы ПВО, беспилотные платформы, артиллерийские боеприпасы и средства цифрового управления войсками. Основными бенефициарами данной политики становятся предприятия германского военно-промышленного комплекса. Прежде всего это касается концерна «Рейнметалл», совокупный портфель заказов которого к 2026 году приблизился к 88 млрд евро.
Ведущие политические круги ФРГ взяли курс на практическую подготовку армии, национальной инфраструктуры и экономики страны к прямой конфронтации с Россией
– Министерство обороны ставит перед собой задачу превратить бундесвер к 2039 году в самую сильную армию в Европе…
– Достичь этой цели предполагается в три этапа. На первом этапе численность вооружённых сил намечено увеличить с 185 тысяч до 204 тысяч военнослужащих. Число резервистов возрастёт в два раза – до 140 тысяч. На втором этапе численность бундесвера будет скорректирована в соответствии с объёмами поставок оружия и военно-политической ситуацией на континенте. На третьем этапе – к 2039 году – должно быть достигнуто технологическое превосходство немецкой армии в Европе на основе внедрения искусственного интеллекта, массового производства дронов и высокоточного дальнобойного оружия, развития систем ПВО. Численность бундесвера будет доведена минимум до 460 тысяч человек, включая 260 тысяч действующих военнослужащих и 200 тысяч резервистов.
– А удастся ли набрать столько добровольцев?
– Может быть возвращён призыв на военную службу, приостановленный в 2011 году. Во всяком случае, сейчас ряд ведущих политиков выступает за полное возвращение к воинской повинности. 1 января 2026 года в Германии вступил в силу закон «О новой модели военной службы». Он обязывает молодых людей проходить медицинское освидетельствование и восстанавливает воинский учёт. Но набор в ряды бундесвера проходит пока по-прежнему на добровольной основе.
– В этом году в Евросоюзе заговорили о европейском ядерном сдерживании. Какова позиция Германии, чьи технологические возможности не уступают Франции, члену ядерного клуба…
– Согласно Договору об окончательном урегулировании в отношении Германии, вступившему в силу в 1991 году, объединённая ФРГ подтвердила отказ от обладания атомным, биологическим и химическим оружием. Однако в последние годы в германских политических и экспертных кругах заметно активизировались дискуссии о будущем европейского ядерного сдерживания в условиях трансформации трансатлантических отношений. По оценкам ряда международных экспертов, Германия обладает значительным промышленным, научным и технологическим потенциалом, который теоретически позволил бы ей в относительно короткие сроки создать собственные элементы ядерного цикла военного назначения в случае принятия соответствующего политического решения. На этом фоне в марте 2026 года Фридрих Мерц и Эммануэль Макрон заявили о намерении углубить франко-германскую координацию в вопросах ядерного сдерживания и европейской безопасности. В перспективе это может привести к более тесному вовлечению Германии в механизмы французского ядерного зонтика и дальнейшей европеизации отдельных элементов системы ядерного сдерживания в Европе.
– Как в Берлине отреагировали на решение Белого дома о сокращении расположенного в Германии американского контингента сухопутных войск и ВВС, присутствие которого, как всегда, подчёркивалось правительством ФРГ?
– Реакция оказалась неоднозначной. Значительная часть германского экспертного сообщества воспринимает возможное сокращение американского контингента как стратегический риск. В то же время в политических и военных кругах ФРГ подобный сценарий уже давно рассматривается как вполне вероятный. Генеральный инспектор бундесвера генерал Карстен Бройер заявил, что возможный вывод части американских военнослужащих не стал неожиданностью и не окажет критического влияния на текущий стратегический баланс в Европе. Эти оценки он озвучил в совместном интервью с начальником штаба обороны Великобритании Ричардом Найтоном газете Süddeutsche Zeitung.
В настоящее время в Германии дислоцировано около 38 тысяч, американских военнослужащих, а также размещены ключевые штабы европейского и африканского командований США. По сообщениям американских СМИ и экспертных источников, в Вашингтоне рассматривается возможность сокращения контингента примерно на пять тысяч человек в течение ближайших месяцев. Одновременно может быть пересмотрено и ранее планировавшееся размещение в Германии американских дальнобойных ракетных систем.
По словам Бориса Писториуса, подобные сигналы со стороны США лишь укрепляют Берлин во мнении о необходимости ускоренного наращивания собственного оборонного потенциала. В более широком плане дискуссия вокруг американского присутствия способна усилить в Европе стремление к развитию собственных дальнобойных систем вооружения и элементов стратегической автономии.
– Подготовка Германии к войне включает и масштабную пропагандистскую обработку населения…
– Совершенно верно, и она приносит некоторые результаты. Смотрите, сейчас в Германии нарастает недовольство той тяжелейшей социально-экономической ситуацией, которая сложилась в стране. Буквально на днях немцы освистали Фридриха Мерца, когда он, выступая на митинге, начал рассуждать о неизбежности пенсионной реформы и ещё большем урезании правительственных расходов, идущих на социальные нужды. При этом значительная часть недовольных граждан пока не склонна напрямую связывать ухудшение уровня жизни исключительно с ростом военных расходов федерального правительства. Более того, согласно опросам германских социологических служб, около 55 процентов жителей ФРГ поддерживают возвращение различных форм воинской повинности для мужчин и женщин. Одновременно растёт поддержка идеи усиления бундесвера: по данным опросов, большинство респондентов считают необходимым укрепление оборонного потенциала страны в условиях ухудшения отношений с Россией и роста напряжённости в Европе. Подобные настроения свидетельствуют о заметной трансформации общественного восприятия вопросов безопасности в Германии по сравнению с предыдущими десятилетиями.
И тому есть своё объяснение. Военная тематика, постоянное изображение политиками и мейнстримными СМИ России как врага стала частью привычного для немцев политического дискурса. На экраны всё чаще выходят фильмы, которые, с одной стороны, восхваляют действия вермахта во Второй мировой войне, а с другой – показывают Советскую Армию в Германии как армию насильников и нелюдей. В результате историческая память о Второй мировой войне трансформируется, и на уровне семейных традиций обозначается тенденция к оправданию и героизации солдат и офицеров вермахта. А это способствует распространению реваншизма.
– На этой основе «четвёртый рейх» готовится к новой большой войне….
– Термин «четвёртый рейх» – это всё же публицистическая и политическая метафора, а не аналитическое понятие. Однако за ним стоят реальные тенденции, которые нельзя игнорировать: немецкие элиты вознамерились возвратить себе роль ключевого военного игрока в Европе, военная сила снова становится для Берлина инструментом внешней политики, экономика ФРГ перестраивается под военные задачи. При этом принципиальное отличие от исторических аналогий 1930-х годов также очевидно: нынешний Берлин действует в рамках НАТО и ЕС в условиях, когда в большинстве европейских стран также звучат призывы о подготовке к новой большой войне на континенте. Так что в этих условиях укрепление обороноспособности является для нашей страны судьбоносным императивом.