Народ Венесуэлы готов противостоять наглой кампании политического, военного и психологического давления.
В последнее время мировое сообщество с тревогой следит за ситуацией в Латинской Америке, где нарастает противостояние Соединённых Штатов и Венесуэлы. Чем вызвана нынешняя эскалация напряжённости между двумя странами и к чему это может привести? Ответы на эти и другие вопросы дала политолог, старший преподаватель кафедры мировой политики СПбГУ Ксения Коновалова-Алхименкова.
– Ксения Александровна, недавно в Вашингтоне заявили о возможности проведения военной операции против Венесуэлы. Насколько реален такой вариант развития событий в том регионе?
– Как только республиканцы вернулись в Белый дом, новая администрация, в частности госсекретарь Марко Рубио, сразу дала понять, что власти Венесуэлы станут мишенью для давления. В 2020 году, напомню, США уже предпринимали попытку свержения президента Мадуро насильственным путём. В ходе операции «Гедеон» власть в Каракасе должна была быть сменена, задействовали небольшую группу оппозиционеров, в основном военных и критически настроенных к официальным властям Венесуэлы диссидентов. Операция провалилась, но устранение одного из самых радикальных противников США осталось в «портфеле идей» американской элиты.
Когда республиканцы вернулись к власти, возобновление давления на Мадуро было просто вопросом времени. При этом нынешняя американская администрация смену власти в Каракасе представила бы частью операции по борьбе с наркотрафиком, угрожающим населению США. Госсекретарь Рубио ссылается на обвинения министерства юстиции 2020 года, в которых высокопоставленные представители властей Венесуэлы безосновательно обвиняются в торговле наркотиками. В августе США увеличили вознаграждение за информацию, ведущую к аресту Мадуро, с 15 до 50 миллионов долларов.
Ещё одна предпосылка для давления на Венесуэлу – провозглашение Вашингтоном наркокартелей террористическими организациями и, соответственно, угрозой для национальной безопасности США.
На минувшей неделе в газете Politico появилась публикация, в которой утверждается, что президент США намерен проводить жёсткий курс в отношении Венесуэлы и американская администрация составила планы ликвидации некого «картеля солнц» – Cartel de los Soles и его лидера.
Республиканские ястребы публично демонстрируют жёсткость и последовательность в продвижении именно силовых действий против Венесуэлы
Politico напоминает: Белый дом решил поставить на паузу работу специального посланника президента по особым поручениям Ричарда Гренелла по развитию дипломатических контактов Вашингтона и Каракаса. Ранее Гренелл смог добиться некоторых результатов в отношениях с Венесуэлой, в том числе возобновления приёма рейсов из США с депортируемыми нелегалами и освобождения американских граждан венесуэльскими властями. Но в администрации США верх взяли, судя по всему, сторонники силовой линии.
– В американских СМИ упоминается и реально существующая преступная группировка – картель «Синалоа»…
– «Синалоа» – это самый крупный наркокартель Мексики, существующий с 1980-х годов. В Вашингтоне утверждают, что «картель солнц» оказывает поддержку «Синалоа» и преступной группировке «Трен-де-Арагуа» из Венесуэлы. Но реальных фактов не приводится. Даже влиятельная американская газета Politico, которую не заподозришь в симпатиях к боливарианским властям Венесуэлы, признаёт: существование Cartel de los Soles является предметом дискуссий. Что касается реально существующей группировки «Трен-де-Арагуа», венесуэльские правоохранительные органы сами ведут с ней борьбу.
– Почему давление на Венесуэлу зашло так далеко и достигло накала на уровне отправки боевых кораблей?
– В американских СМИ сообщалось, что Трамп ещё летом под влиянием сторонников жёсткой линии отдал распоряжение об использовании армии для ударов по латиноамериканским наркокартелям за пределами американской территории. Командование ВМС начало переброску кораблей в регион в августе. Среди них – крейсер «Лейк Эри», эсминцы «Сэмпсон», «Грейвли» и «Джейсон Данхэм», атомная подводная лодка «Ньюпорт Ньюс» и три десантных корабля с 2 тысячами морских пехотинцев. А на днях военный министр Пит Хегсет объявил о создании спецподразделения южного командования вооружённых сил США по борьбе с наркотрафиком из Латинской Америки, ориентированного прежде всего на Венесуэлу.
Этой осенью ВМС США уже уничтожили в международных водах Карибского моря по меньшей мере четыре скоростные лодки с находившимися в них людьми, которые обвинялись в перевозке наркотиков из Венесуэлы без предъявления каких-либо доказательств на этот счёт.
В Вашингтоне готовы, судя по всему, наращивать давление в духе «дипломатии канонерок». Также могу предположить: в США преобладает мнение, что Венесуэла – чрезвычайно слабый и изолированный противник, поэтому эскалация конфликта не несёт угрозы. Но, представляется, это опасное заблуждение…
– Ксения Александровна, официальные лица США заявили, что разработали несколько военных планов на случай эскалации. Что известно об этом?
– О конкретных деталях можно рассуждать, лишь основываясь на отдельных утечках информации в американской прессе и пока довольно уклончивых высказываниях американских должностных лиц. В целом описывается несколько сценариев. Во-первых, бомбардировка страны, после которой правительству в Каракасе будут предложены переговоры с требованиями внутриполитических уступок. Во-вторых, ограниченная операция на территории Венесуэлы с высадкой небольшого воинского контингента, целью которой является атака банд и центров наркокартелей. Морская пехота, спецназ… При этом в ходе такой операции теоретически возможно попытаться сменить власть в Каракасе. В-третьих, разговоры о предстоящей военной операции могут быть ширмой, за которой готовятся переговоры через посредников.
По моему мнению, полномасштабная наступательная операция США против Венесуэлы с вводом крупного контингента представляется крайне маловероятной. Вооружённые силы США в силу ряда причин не готовы к масштабной наземной операции, чреватой большими потерями и «новым Вьетнамом». Тем не менее стоит ещё раз подчеркнуть, что республиканские ястребы публично демонстрируют жёсткость и последовательность в продвижении именно силовых действий против Венесуэлы. Не так давно в конгрессе США не увенчалась успехом попытка демократов заблокировать возможности администрации Трампа осуществлять обстрелы венесуэльских судов.
– Как в Венесуэле отреагировали на эти угрозы?
– В Венесуэле, с одной стороны, происходят определённые мобилизационные мероприятия; президент Мадуро заявляет: в случае нападения США Венесуэла ответит. Он призывает союзников Венесуэлы поддержать его. С другой стороны, Каракас стремится донести до вашингтонского истеблишмента, что Венесуэла не угроза, не нужно нагнетать напряжённость, а подходы Рубио, выступающего в роли главного сторонника жёсткой линии в противостоянии с Мадуро, загоняют президента США в угол.
– Иностранные аналитики считают, что военно-технический потенциал Венесуэлы является одним из наиболее значительных в регионе…
– При Чавесе, а затем Мадуро Каракас активно инвестировал в оборонно-промышленный комплекс. Считается, что в целом армия Венесуэлы располагает современной техникой: многоцелевыми истребителями, танками, зенитными ракетными комплексами… Штатная численность непосредственно вооружённых сил страны не очень велика – по официальным данным, порядка 120 тысяч военнослужащих, из них половина – в сухопутных
войсках. Однако имеется возможность задействовать боливарианскую милицию – формирования смешанного военно-гражданского назначения. В мирное время они могут, например, патрулировать улицы и обеспечивать порядок на мероприятиях, а в случае конфликта выступают в качестве резервистов. По официальным данным, число потенциальных участников этой милиции составляет несколько миллионов человек, оснащённых стрелковым оружием.
Эпизоды гражданского противостояния, когда оппозиционный депутат Хуан Гуайдо пытался претендовать на власть в Венесуэле, подтвердили преобладающую лояльность военнослужащих правительству. Эта позиция, как полагаю эксперты, остаётся доминирующей. Вероятно, в условиях критического накала отношений с США этот фактор даже важнее количественных параметров армии. Идеи боливарианизма по-прежнему популярны в венесуэльском обществе, американские войска встретят упорное сопротивление.
– Как текущая ситуация может повлиять на обстановку в регионе?
– В целом влияние будет крайне негативным. С одной стороны, это приведёт к значительной дестабилизации региона, отвлечению сил и средств тех латиноамериканских государств, которые способны это себе позволить, на обеспечение собственной военной безопасности. В начале XXI века в Южной Америке существовали планы интеграционного строительства в сфере обороны и безопасности. В частности, ныне покойный президент Венесуэлы Уго Чавес мечтал о создании «южноамериканского НАТО». Теоретически такие структуры могли бы обеспечить основу коллективного реагирования на нарушения национального суверенитета и нападения. Но в реальности эти планы пока не получили широкой поддержки.
– Известно, что Россию и Венесуэлу связывает тесное сотрудничество…
– Да, недавно был ратифицирован Договор о стратегическом партнёрстве между Россией и Венесуэлой. Статья 14 этого документа говорит о расширении кооперации в сферах обороны и безопасности, а также о военно-техническом сотрудничестве. Однако договор носит рамочный характер и не связан с развитием отношений между Каракасом и Вашингтоном.
Позиция России давно известна: она поддерживает Каракас в его стремлении защищать суверенитет и выбранное политическое устройство, а также однозначно выступает против вмешательства внешних сил и силовых акций в латиноамериканские дела. Эти же принципы были подтверждены нашими дипломатами. В частности, выступая 10 октября на заседании Совета Безопасности ООН, постоянный представитель России при ООН Василий Небензя заявил: сегодня мировое сообщество имеет дело «с наглой кампанией оказания политического, военного и психологического давления на правительство независимого государства с единственной целью – смены неугодного Соединённым Штатам режима. Делается это в соответствии с классическим инструментарием цветных революций и гибридных войн, от которых уже пострадали миллионы людей во всём мире».