Евросоюз пытается устроить на Балканах новые цветные революции.
Политическая обстановка в Сербии заметно накалилась в первые месяцы 2025 года. Вызвано это как внутренними трудностями, обусловившими протестные акции, так и подстрекательскими действиями подрывных центров Запада, воспользовавшихся благоприятной для них политической ситуацией. Что ждёт страну? На этот и другие вопросы в интервью «Красной звезде» ответил известный политолог член-корреспондент Академии военных наук Александр БАРТОШ.
– Александр Александрович, в последние дни немало тревожных сообщений приходило из Белграда. Что происходит в южнославянской республике?
– Налицо очередная попытка Запада привести к власти политиков, устраивающих русофобствующие европейские элиты. Ситуация, по оценкам многих авторитетных экспертов, непростая. Такого же мнения придерживаются и сербские руководители. Вице-премьер Александр Вулин так оценил ситуацию: «Эти протесты не движение за более справедливое и успешное общество. В Сербии проходит цветная революция, цель которой не улучшение материальной позиции профессоров или студентов, а приход к власти правительства, которое введёт санкции против России…» По мнению Вулина, сербские власти должны победить цветную революцию ради сохранения сильной и независимой Сербии, а также отношений между Белградом и Москвой.
– Накал событий в марте этого года достиг пика из-за ряда резонансных инцидентов, а с чего всё началось?
– 1 ноября прошлого года произошла трагедия на железнодорожном вокзале в Нови-Саде, которая привела к гибели 15 человек. Рухнул козырёк, под которым были установлены скамейки для пассажиров. Вокзал был недавно реконструирован, проект делал белградский институт транспорта, не исключено, что где-то был допущен просчёт не то проектировщиками, не то строителями…
Это и стало поводом для протестных выступлений оппозиционно настроенной общественности, которая сумела привлечь студентов. Они блокировали работу университетов, перекрывали улицы и транспортные узлы. Скорее всего, здесь не обошлось без иностранного вмешательства и финансовой подпитки протестов. Власти республики располагают информацией, что в поддержку оппозиционных движений из-за рубежа было вложено около трёх миллиардов евро. Сумма для страны с населением меньше семи миллионов человек весьма немалая.
– Студенты поначалу выступали за реформы в образовании…
– Это так, но противники властей сумели быстро переформатировать эти протесты в общенациональное движение, объединяющее представителей различных социальных групп – от студентов и педагогов до оппозиционных политиков и части бизнес-сообщества. Основные требования протестующих стали включать не только системные реформы в образовании и управлении, но и отставку правительства, прозрачность в расследовании коррупционных дел.
Масла в огонь подлили ключевые события начала марта, такие как беспорядки в скупщине (парламенте), где оппозиционные депутаты применили дымовые шашки. Этот инцидент, сопровождавшийся травмами депутатов правящей коалиции, демонстрирует переход политической борьбы на уровень физического противостояния. В этом же ряду угрозы взрывов административных зданий и нападение на министра культуры.
– Что вы можете сказать о вмешательстве извне?
– Наивно полагать, что Запад стоит в стороне от всего этого и не использует внутреннее недовольство, чтобы продвигать свои идеи и, если повезёт, провести очередную цветную революцию, как это уже было на Украине, в Грузии… С начала протестов прозападные политики пытались руководить толпой, выдвигали исключительно политические требования, работали с молодёжью. Особенную активность оппозиция проявляет в Нови-Саде, который является не только вторым по величине городом Сербии, но и столицей автономии Воеводина.
Истинная причина всех этих действий мне видится в стремлении Евросоюза сделать Сербию антироссийской, снизить влияние нашей страны на Балканах. Не всё, конечно, однозначно, не все протестующие настроены прозападно. Система образования в стране нуждается, как признают многие сербы, в совершенствовании. Впрочем, западные подрывные центры не в первый раз спекулируют на реальных недостатках и промахах тех или иных госструктур…
– В минувшие выходные в Белграде прошёл митинг, названный протестующими днём «Д»…
– Этот митинг рассматривался оппозицией ключевым индикатором дальнейшей динамики протестов. Интересно, что организационной основой дня «Д» служили разработанные оппозицией и её западными кураторами методички под названием «Стратегия во время протеста 15 марта». В них пошаговые инструкции, как, что и кому следует делать. Например, провести «акцию массового шума». Граждане по всей Сербии должны свистеть, стучать в кастрюли, сигналить, выражая поддержку протесту. Далее должна была последовать трёхдневная общая забастовка, чтобы блокировать ключевые отрасли экономики.
– И что в итоге?
– Митинг в столице противникам властей организовать удалось. По оценке МВД, собралось около ста тысяч человек. Протестующие скандировали оскорбительные лозунги в адрес президента, требовали освобождения всех задержанных на прошлых митингах и увеличения финансирования государственных вузов на 20 процентов. Они использовали пиротехнику, жгли фаеры, дымовые шашки, взрывали петарды, но полиция удержала ситуацию под контролем.
Следует отметить, что далеко не все студенты, требующие перемен в системе высшего образования, приняли участие в митинге. Они предпочли разбить перед парламентом палаточный лагерь. Их оградили от агрессивно настроенных митингующих двойным кольцом, состоящим из тракторов и кордонов полиции.
Налицо очередная попытка Запада привести к власти политиков, устраивающих русофобствующие европейские элиты
– С властями Сербии солидарно руководство Республики Сербской…
– И те и другие испытывают давление со стороны антироссийски настроенных европейских элит. Евросоюз, как и Великобритания, хотел бы превращения Балкан в антироссийский регион. Для этого им надо сменить власть не только в Белграде, но и в Баня-Луке, столице Республики Сербской.
Поясню для читателей «Красной звезды»: согласно Дейтоновскому соглашению, навязанному Западом, бывшая югославская республика Босния и Герцеговина состоит ныне из двух образований (энтитетов): мусульмано-хорватской Федерации Боснии и Герцеговины (около 51 процента территории) и Республики Сербской (около 49 процентов территории), а также округа Брчко. В системе госуправления должны быть пропорционально представлены три основных народа: бошняки (принявшие ислам славяне), сербы (православные) и хорваты (католики).
По оценке президента Республики Сербской Милорада Додика, Босния и Герцеговина никогда не функционировала как единое государство, поскольку её институты были разделены по этническому признаку и не осуществляли эффективного управления на всей территории. При этом он назвал навязанного Западом эмиссара, высокого представителя международного сообщества в БиГ Кристиана Шмидта, «некачественным дипломатом низкого ранга, который лживо представляет себя высоким представителем, пытается навязывать и принимать законы, а также вмешивается в конституцию». Додик также предупредил о готовности объявить о независимости своего энтитета в случае дальнейших попыток лоббирования Шмидтом законов, ущемляющих права боснийских сербов.
– За это его и осудили?
– Да, 26 февраля суд Боснии и Герцеговины приговорил Додика к году тюремного заключения и шести годам запрета на политическую деятельность за игнорирование решений Шмидта. В свою очередь, прокуратура Боснии и Герцеговины запросила содействие органов безопасности в задержании Додика, премьер-министра Республики Сербской Радована Вишковича и председателя парламента энтитета Ненада Стевандича.
В ответ на вынесение приговора Додику законодатели от боснийских сербов приняли законы, запрещающие деятельность на территории Республики Сербской ряда госструктур страны: суда, генпрокуратуры, высшего судебного и прокурорского совета, а также силового ведомства – агентства по расследованиям и защите (SIPA). Сам Додик заявил, что не намерен покидать Республику Сербскую, несмотря на постановление о его задержании. Он также анонсировал обращение к России с просьбой поднять в Совбезе ООН вопрос о прекращении военной операции Евросоюза в БиГ «Алтея» из-за нарушения её мандата.
– Она до сих пор не отменена?
– Увы. Военная миссия Евросоюза (EUFOR) действует с 2004 года, когда НАТО передала ЕС контроль над ситуацией в БиГ. Натовцы имели там 60-тысячный контингент с 1995 года. На данный момент в составе EUFOR насчитывается около двух тысяч военнослужащих. Сохраняется присутствие в БиГ и НАТО. В частности, в Сараево размещена структура альянса, которая осуществляет подготовку вооружённых сил страны по натовским стандартам. НАТО регулярно проводит на территории БиГ учения, преимущественно направленные на оказание давления на маленькую Республику Сербскую с населением чуть больше миллиона человек.
Кстати, на днях в Сараево спешно прилетал генсек НАТО Марк Рютте, который пообещал властям Федерации Боснии и Герцеговины «непоколебимую поддержку территориальной целостности страны», подчеркнув, что альянс «не позволит поставить под угрозу с трудом завоёванный мир». Вопрос только в том, кому адресованы эти предостережения? Думается, не властям в Сараеве, хотя именно их следовало бы одёрнуть.
Европейские элиты заинтересованы в контроле над Республикой Сербской не только по военно-политическим причинам, но и по экономическим соображениям…
– Вы имеете в виду месторождения металлов на её территории?
– Совершенно верно. Кстати, Додик готов договориться об их разработке с США. Речь идёт о крупной сделке по редкоземельным металлам. Глава Республики Сербской в интервью журналу The American Conservative довольно откровенно об этом рассказал. Я его процитирую: «В восточном регионе Республики Сербской, недалеко от границы с Сербией, находятся значительные залежи лития, магния и других редкоземельных минералов. По некоторым оценкам, их коммерческая стоимость превышает сто миллиардов долларов. Мы открыты для обсуждения сделки по редкоземельным минералам с президентом Трампом. Мы готовы предоставить доступ к этим месторождениям компаниям, отобранным его администрацией».
По словам Додика, до сих пор его республика не предоставляла права на добычу ни одной стране или иностранной компании. «Я готов обсудить этот вопрос исключительно с президентом Трампом, и я верю, что мы сможем достичь взаимовыгодного соглашения», – подчеркнул президент Республики Сербской. Он также отметил потенциал для сотрудничества в сфере добычи редкоземельных металлов с правительством Венгрии. Для руководства ЕС что Трамп, что премьер-министр Венгрии Виктор Орбан – факторы-раздражители, так что давление на Республику Сербскую продолжится…