Военные медики успешно справляются с задачами по предназначению в ходе спецоперации на Украине.
Ежедневно военные врачи и средний медперсонал, используя весь комплекс профессиональных знаний и навыков, оказывают необходимую помощь военнослужащим и мирным жителям, пострадавшим в ходе боевых действий. За эффективным лечением раненых стоит тщательно спланированная организация медицинского обеспечения. Об особенностях работы военных медиков в ходе спецоперации и о результатах деятельности на передовой рассказывает начальник Главного военно-медицинского управления Министерства обороны России Дмитрий ТРИШКИН.
– Дмитрий Вячеславович, как на сегодняшний день организовано медицинское обеспечение в ходе боевых действий? Какие медучреждения и подразделения задействованы в оказании помощи поступающим пациентам?
– Специальная военная операция для всей военной медицины Вооружённых Сил нашей страны – новая страница в истории. Тот объём помощи, которую мы оказываем с начала спецоперации, говорит о том, что на плечи военной медицины на сегодняшний день легла очень большая нагрузка.
У нас очень точно выстроена система оказания медицинской помощи. Свои задачи выполняют войсковые подразделения непосредственно в зоне спецоперации, в том числе медицинские роты, батальоны, а также медицинские отряды специального назначения. Вместе с тем активно ведётся работа в приграничных госпиталях и наших ведущих медицинских организациях, таких как Главный военный клинический госпиталь имени Н.Н. Бурденко, центральные военные клинические госпитали имени А.А. Вишневского, П.В. Мандрыка, Военно-медицинская академия имени С.М. Кирова. Это также и другие госпитальные базы Центрального, Западного и Восточного военных округов. За время, прошедшее с начала спецоперации, система полностью отлажена и работает бесперебойно.
– Изменились ли результаты деятельности медицинских специалистов в сравнении с началом СВО?
– Хорошим показателем я считаю то, что существенных изменений за этот период не произошло, оказывать медицинскую помощь мы продолжаем на прежнем высоком уровне. Но есть и улучшения. Например, мы добились результатов во временных промежутках. Сегодня мы оказываем первую помощь в течение десяти минут. В течение часа военнослужащий поступает уже в медицинскую организацию войскового звена. Мы отладили систему таким образом, что в центральный военный госпиталь военнослужащий, получивший сложные тяжёлые ранения, поступает в течение суток. Таких результатов, по опыту предыдущих вооружённых конфликтов, в нашей стране прежде не было.
– Как организована дальнейшая работа после эвакуации раненого с поля боя?
– Очень грамотные специалисты, работающие в сортировке, – основа и залог успеха, потому что именно процесс сортировки определяет многие важные вещи. Сегодня надо максимально разгружать войсковые подразделения, а именно своевременно эвакуировать пациента в ближайший госпиталь. Военнослужащий останется там, если ранение несложное, и через определённый промежуток времени по выздоровлении вернётся в строй. Пациент, получивший тяжёлое или крайне тяжёлое ранение, сразу же эвакуируется в наши центральные госпитали. Пациенты, которые уже проходят лечение и завершают его в главных госпиталях, в дальнейшем эвакуируются уже в другие медицинские организации, где проходят долечивание, либо госпитализируются в санаторно-курортные организации, в наши реабилитационные центры, для того чтобы там восстановить здоровье уже окончательно.
Специализированная помощь может оказываться и в медицинских отрядах специального назначения, которые работают непосредственно в зоне СВО. В их составе работают специалисты нейрохирурги, травматологи, торакальные, сердечно-сосудистые хирурги. Вызвано это тем, что иногда нет времени для эвакуации пациента в приграничный госпиталь, тем более в центральный. Поэтому этот объём помощи нужно оказывать на месте.
Система работы за 10 месяцев показала, что мы можем справиться с любым вызовом. Наши медики работают очень сплочённо, создалась единая большая команда. Каждый с полуслова понимает задачу. Мы отстроили систему медицинского обеспечения, никаких проблем ни с лекарственным обеспечением, ни с расходным медицинским имуществом нет.
Мы отстроили систему медицинского обеспечения, и на сегодняшний день нет никаких проблем ни с лекарственным обеспечением, ни с расходным медицинским имуществом
– Повлияло ли на работу системы медицинского обеспечения пополнение рядов Вооружённых Сил мобилизованными?
– Часть мобилизованных военнослужащих на сегодняшний день начала активно принимать участие в специальной военной операции. И это вызвало ряд нюансов в работе военных медиков. Если контрактника мы регулярно обследовали, знали состояние, группу здоровья, то в случае с военнослужащим, призванным в рамках частичной мобилизации, нам предоставляется несколько иной перечень обследований, который был проведён на предварительном медосмотре. Возраст, наличие хронической патологии – это в совокупности представляет собой уже другую группу не только ранений, но и заболеваний, с которыми сталкивается военная медицина. Однако мы к этому были готовы. Сегодня многие войсковые подразделения, базы приграничных и центральных госпиталей усилены специалистами, обеспечены дополнительными медикаментами. Это не только перевязочные и противовирусные средства, но и средства для лечения любой другой патологии, которая может быть у призванного военнослужащего.
– Сейчас активно проводится боевая подготовка с мобилизованными, в ходе которой каждый военнослужащий проходит курс тактической медицины. Насколько уверенные знания в этой области важны на передовой? Какие средства используются военнослужащими для оказания первой помощи?
– Большинство случаев, по которым пациентов не удаётся спасти, – это не оказанная вовремя первая помощь. Это может быть кровотечение, непроходимость дыхательных путей вследствие травм, контузий, ушибов. Один процент приходится на травмы груди, связанные с пневмотораксом. Поэтому особенно важно, чтобы военнослужащий, находящийся рядом, был способен остановить кровотечение, наложить жгут, затампонировать рану гомеостатиком, воспользоваться перевязочным пакетом, обезболить. На первичном этапе этого достаточно. Дальше уже задача санинструктора или фельдшера по возможности максимально быстро проверить качество оказанной первой помощи, после чего эвакуировать раненого в медицинское подразделение.
Такие санинструкторы есть в любом подразделении, поэтому санинструктор всегда рядом с военнослужащими. Его медицинская укладка несколько отличается от индивидуальной аптечки, которая имеется у каждого военнослужащего. Комплект более полный, поскольку он знает, как им пользоваться. Например, в него входит большее количество жгутов разных модификаций (силиконовые и турникетные), больше перевязочных пакетов, имеются иглы для пневмоторакса и окклюзионные повязки, которые накладываются на грудную клетку. Поэтому тактической медициной мы продолжаем заниматься, и хорошая подготовка приносит свои плоды.
Более того, индивидуальные аптечки, которые имелись у военнослужащих с начала спецоперации, мы принципиально изменили. Аптечка должна содержать те элементы, которые необходимы для оказания первой помощи: обезболивающее, жгут, гомеостатическое средство, перевязочный пакет и тактические ножницы, чтобы вовремя разрезать одежду для дальнейших действий.
– Известны случаи, когда противник специально избирал целью медицинскую технику. Как теперь нашим медикам удаётся не привлекать внимание ВСУ?
– Спецоперация показала, что целью противника становятся не только военнослужащие, в числе которых и медицинские работники, но и мирные жители. Сегодня многие санитарные транспортные средства убрали кресты со своих кузовов, потому что такая машина может стать мишенью. Мы также убрали все медицинские подразделения из палаточного фонда, потому что прекрасно понимаем, что любое здание с бетонными сооружениями, которое может быть расположено на удалении, всегда будет лучше защищать, нежели госпиталь, размещённый на палаточном фонде. Мы бережём медицинских работников. Нужно понимать, что военный медик наравне со всеми бойцами может попадать под обстрелы, получать ранения.
– Много ли добровольцев, имеющих медицинское образование, желает вступить в ряды Вооружённых Сил?
– К нам действительно поступают обращения от желающих служить в Вооружённых Силах, заключить контракт. В рамках частичной мобилизации мы призвали, в частности, и медицинских работников, в первую очередь тех, кто был в запасе, проходил в своё время военную подготовку, имеет офицерское звание. Потом появилась и другая категория – это военнослужащие, которые проходили военную службу по призыву, но потом, завершив её, поступили в медицинский вуз, и проучившись там, стали работать врачами-специалистами. С ними тоже стали заключать контракт, при этом с присвоением звания лейтенанта медицинской службы. После призыва в рамках мобилизации у нас на сегодняшний день достаточное количество медицинских работников. Добровольцев, которые хотят внести свою лепту, мы готовы принять в нашу сплочённую команду.
– Как организована реабилитация военнослужащих, которые завершили лечение в военных госпиталях?
– Военной медицине удалось сохранить основу того реабилитационного потенциала, который многие годы был в её распоряжении. В структуре Министерства обороны России 52 санитарно-курортные организации. Мы задействуем 23 реабилитационных центра для оказания помощи военнослужащим, которые требуют реабилитации в полном объёме. Сегодня мы сосредоточили самых тяжёлых пациентов в трёх госпиталях, в том числе пациентов, которым требуется протезирование. Это Военно-медицинская академия, госпитали имени Н.Н. Бурденко и имени А.А. Вишневского.
Мы индивидуально работаем с каждым военнослужащим, подбираем лучшее, что есть на сегодняшний день в плане протезно-ортопедических изделий. Мы используем многофункциональные протезы, которые позволяют военнослужащему выполнять тот объём движений, который он выполнял в обычной повседневной жизни. Есть протезирование первичное, которое проводится сразу, и есть вторичное, проводимое через год, когда идёт окончательное формирование структуры мышц, костей. Мы в экстренном порядке протезируем лучшими изделиями, которые на сегодняшний день имеются, в том числе бионическими протезами и протезами четвёртого функционального класса. Это позволяет быстро восстановить военнослужащего и отправить его в наши реабилитационные центры. Современное медицинское оборудование, приборы биологической обратной связи позволяют военнослужащему максимально быстро психологически и физически адаптироваться в дальнейшей жизнедеятельности.
– Нельзя переоценить героизм военных медиков, выполняющих задачи в ходе спецоперации. Сколько из них были удостоены наград?
– На сегодняшний день государственные награды получили более четырёх тысяч медицинских работников, в том числе орден Мужества и медаль «За отвагу». При этом порядка 70 процентов из награждённых – средний и младший медицинский персонал, те, кто, непосредственно действуя на передовой, спасает наших ребят.