Домыслы на тему войны способны кого-то ранить и в год 75-летия Победы.
Мой отец, Михаил Трушин, встретил войну на ответственном посту в военном комиссариате Сталинграда. С июня сорок первого ему поручили заниматься вопросами эвакуации, организации производства и снабжения действующей армии боеприпасами, продовольствием и другими важными для того времени делами. Однако отец рвался на фронт и не сразу, но своего добился. В войсках его назначили заместителем командира 88-й танковой бригады 15-го танкового корпуса 3-й танковой армии.
Главный свой боевой подвиг папа совершил в ходе Острогожско-Россошанской операции Воронежского фронта, командуя выделенным от бригады передовым отрядом.
Отряду было поручено, воспользовавшись брешью в обороне противника, совершить глубокий рейд в его тыл и овладеть населённым пунктом Алексеевка.
Для выполнения задачи (отец бережно хранил эти данные) отряду выделялись взвод лёгких разведывательных танков Т-70, танки Т-34 как главная сила, бронетранспортёры, передвижная радиостанция и моторизованное подразделение автоматчиков численностью до 300 человек. Однако в действительности в распоряжение подполковника Трушина поступило лишь 170 пехотинцев, притом без каких-либо транспортных средств.
Была многоснежная зима, держался лютый холод. За считаные часы, остававшиеся до выхода в рейд, отец, по его рассказам, сумел мобилизовать в близлежащем селе Марковка все имевшиеся там сани. Около сотни пехотинцев разместились на броне тридцатьчетвёрок, а остальные – в санях, прикреплённых буксирами к танкам.
Когда отряд по снежной целине вышел к линии фронта там, где он был якобы прорван, оказалось, что в действительности прорыва нет, враг находится в опорных пунктах. Отряду пришлось прорывать оборону своими силами. Для этого потребовались три атаки в светлое время суток. Сани с пехотой от танков оторвались, пехотинцы, утопая в снегу, за машинами не поспевали. И всё же оборона противника была взломана, два села освобождены.
Третий населённый пункт – Жилино, где, по сведениям, размещался штаб немецкой дивизии, отряд атаковал ночью. На околице села танкисты подбили легковой автомобиль. В нём обнаружили труп немецкого генерала и ценные документы, в том числе карту с обозначенным расположением войск противника. Карту с курьером тут же, не дожидаясь рассвета, отправили в штаб 15-го танкового корпуса.
После ряда ожесточённых боёв передовой отряд выполнил свою главную задачу – к Алексеевке прорвался. Именно в районе Алексеевки, Иловского 15-й танковый корпус, наступающий с юга, встретился с 305-й стрелковой дивизией 40-й армии, наступающей с севера. Как и замышлялось, кольцо окружения вокруг острогожско-россошанской группировки противника замкнулось. Выполнению замысла операции способствовали дерзкие и результативные действия передового отряда, сыграла свою роль и захваченная в Жилино карта с нанесённой обстановкой.
Полученный после рейда орден Красного Знамени был первой наградой отца. Ещё один такой же орден он получил позже
О действиях командира отряда подполковника Трушина Михаила Степановича, думаю, лучше расскажет представление его к ордену Красного Знамени, о чём сказано в наградном листе: «Тов. Трушин командовал передовым отрядом в период боевых действий бригады с 14 по 21.01.43 г.
15.01.43 г. в боях за с. Жилино разгромлен штаб 25 тд. Передовой отряд вёл бои за населённые пункты: Ерёмовка, Мартыновка, Копанки, Харьковская Масловка – и овладел ими. В боях за Масловку разгромлена рота противника, остатки захвачены в плен. При отступлении противника из Россоши через Ольховатку – Шелякино передовой отряд, разгромив его группировку, овладел селом и отрезал пути отхода. Противник до 20 раз атаковал Шелякино, но все атаки были отбиты, при этом было уничтожено 350 солдат и офицеров и 650 захвачено в плен. На пути своего действия до 150 километров передовым отрядом захвачены и частью уничтожены 1000 автомашин с продовольствием и обмундированием, захвачено 6 больших складов… Успешные действия ПО дали возможность продвигаться главным силам корпуса. Тов. Трушин проявил исключительные способности в управлении танковыми частями. В боях проявил смелость, решительность и смётку».
Полученный после рейда орден Красного Знамени был первой наградой отца. Ещё один такой же орден он получил позже.
Но письмо это не о фронтовых свершениях родного человека. Не так давно племянница обнаружила в интернете материал об Острогожско-Россошанской операции (автор А.А. Ветров), озаглавленный «Так и было». В 4-й главе «На верхнем Дону» описан рейд передового отряда к Алексеевке. Утверждается, что героическим отрядом, совершившим бросок в глубь обороны врага, командовал подполковник И.И. Сергеев. Имя отца не упоминается.
Мне стало обидно до слёз. Подполковник Иван Сергеев в то время командовал 88-й танковой бригадой. Это он подписывал приведённый выше наградной лист, в котором с предельной ясностью сказано, кто командовал передовым отрядом, кто совершил рейд в глубину обороны противника протяжённостью до 150 километров. «Так и было» – озаглавил своё творчество неизвестный мне А.А. Ветров. А ведь в действительности было совсем не так.
Почему я восприняла покушение на истину через интернет с болью, слезами? Дело ещё и в том, что в последующем, уже при освобождении Харькова, отец был очень тяжело ранен, ему ампутировали ногу выше колена. Но и после этого папа не был комиссован, до конца войны оставался в строю, при инвалидности командовал в Чугуеве учебным полком.
У каждого на войне своя дорога, своя судьба, свои заслуги. У Ивана Сергеева, бывалого танкиста, на фронте были свои подвиги. Приписывать ему, греша против истины, чужие ни к чему. Ряды победителей-фронтовиков с каждым годом редеют. Постоять за себя, за правду, изобличить авторов-фантазёров они уже не могут. Эту обязанность они завещают нам, наследникам их чести и славы.
Волгоград