Глава МИД РФ Сергей Лавров рассказал о приоритетах внешней политики нашей страны.
«Обстановка в мире остаётся сложной. В прошлом году нарастал конфликтный потенциал. В первую очередь, из-за упрямого нежелания некоторых стран Запада во главе с США принять реальности объективно формирующегося многополярного мира, а также из-за их стремления продолжать навязывать свою волю посредством силовых, экономических, пропагандистских рычагов». Такими словами министр иностранных дел РФ Сергей Лавров начал свою большую пресс-конференцию, которая состоялась 16 января и была посвящена итогам 2018 года в российской дипломатии. В её ходе он ответил на вопросы представителей СМИ об отношениях России с США и НАТО, о Курилах, ситуации в Сирии, кризисе на Украине, затронул ряд других злободневных проблем.
Об отношениях с США и НАТО
«Не добавляли оптимизма односторонние действия Вашингтона, направленные на слом важнейших международно-правовых инструментов, обеспечения стратегической стабильности, что подтвердилось весьма наглядно вчера (15 января с.г. – Ред.) в ходе консультаций в Женеве между представителями США и РФ по проблемам, которые возникли в связи с Договором о ракетах средней и меньшей дальности», – подчеркнул министр.
При этом он отметил, что США не услышали доводы России по ДРСМД. Речь идёт, в частности, о ракете 9М729, развёртывание которой, по мнению американской стороны, является нарушением договора. «На такой позиции далеко не уедешь. Ясно, что это проявление курса на слом всех договорённостей в сфере стратегической стабильности вслед за Договором об ограничении систем противоракетной обороны, ДРСМД является очередной жертвой», – сказал Сергей Лавров.
Что касается России, то она готова работать «над спасением договора». «Надеюсь, что те европейские страны, которые в этом заинтересованы, может быть, больше, чем кто-либо другой, также приложат усилия, чтобы не плестись в хвосте американской позиции», – подытожил министр.
Россия также заинтересована в продлении Договора о стратегических наступательных вооружениях. «Мы делаем немало, – сказал далее Сергей Лавров, – для того, чтобы снять возможные раздражители в отношении этого договора, и заинтересованы в его продлении… Мы надеемся, что профессионализм и ответственность перед международным сообществом всё-таки пробьёт себе дорогу в подходах Вашингтона к диалогу по стратегической стабильности».
По словам министра, Россия продолжит адекватно реагировать на повышенную активность НАТО и приближение военной инфраструктуры альянса к российским границам. При этом он отметил, что Москва по-прежнему заинтересована в восстановлении нормальных отношений с США и Евросоюзом на принципах равноправия и взаимного учёта интересов.
Российско-японские отношения
Говоря о российско-японских отношениях, в частности, о возможности подписания мирного договора, Сергей Лавров отметил, что признание итогов Второй мировой войны – это не ультиматум, не предварительное условие. Это неизбежный и неотъемлемый фактор современной международной системы.
Министр напомнил, что Япония при поддержке Советского Союза в 1956 году стала членом Организации Объединённых Наций, подписала и ратифицировала Устав ООН, в котором есть статья 107. Она гласит, что все результаты Второй мировой войны незыблемы. «Поэтому мы ничего не требуем от Японии. Мы призываем привести практические действия наших японских соседей в соответствие с их обязательствами по Уставу ООН, Сан-Францисской декларации и целому ряду других документов», – отметил Сергей Лавров.
При этом он обратил внимание, что в законодательстве Японии закреплён термин «северные территории». Он внедрён в целый ряд законов, включая принятый в сентябре прошлого года и увязывающий реализацию совместной инициативы Президента России В.В. Путина и премьер-министра Японии С. Абэ о совместной хозяйственной деятельности на островах с необходимостью возврата северных территорий. Но об этом никто не договаривался. Это прямо противоречит обязательствам Японии по Уставу ООН.
«Конечно, – заметил Сергей Лавров, – здесь присутствует ещё целый ряд преходящих моментов. Не хочу повторяться о проблеме военно-политического союза с США, развёртывании американских баз на японской территории. Всё это достаточно подробно освещалось».
Россия продолжит адекватно реагировать на повышенную активность НАТО и приближение военной инфраструктуры альянса к российским границам
Борьба с международным терроризмом
В целом сирийское урегулирование, по оценке Сергея Лаврова, продвигается. Медленнее, чем хотелось бы, с проблемами, которые на каком-то этапе трудно было предвидеть. Тем не менее прогресс налицо. В России убеждены в том, что надо довести борьбу с терроризмом до конца. Сейчас главный её очаг – Идлибская зона, где практически всех боевиков подмяла под себя «Джебхат ан-Нусра», запрещённая организация, объявленная Совбезом ООН террористической.
«Мы весьма заинтересованы в реализации тех договорённостей, которые были достигнуты между Россией и Турцией по Идлибской зоне. Но они не предполагают предоставление полной свободы действий террористам, которые продолжают обстреливать позиции сирийских войск и гражданские объекты из Идлибской зоны, в том числе из демилитаризованной зоны, и пытаются атаковать российскую военно-воздушную базу Хмеймим, – сказал при этом российский министр.
Он выразил надежду, что в ближайшее время состоится контакт между президентами России и Турции В.В. Путиным и Р.Т. Эрдоганом. И эта тема будет центральным вопросом переговоров.
Что касается восточного берега Евфрата, то, действительно, США объявили о своём уходе оттуда, сказал Сергей Лавров. Нет никакого секрета в том, что они там создали пару десятков военных объектов, включая достаточно крупные и серьёзные военные базы. Нет секрета и в том, что они вооружали сотрудничающие с ними курдские отряды самообороны. Возникает вопрос, в том числе у наших турецких коллег, что будет дальше с этим вооружением, с этими военными объектами?
«Мы убеждены, что оптимальным и единственно верным выходом является передача этих территорий под контроль сирийского правительства, сирийских вооружённых сил и сирийских административных структур, при понимании, что курдам должны быть обеспечены все необходимые условия в местах их традиционного проживания», – подчеркнул глава МИД России. По его словам, Москва приветствует и поддерживает контакты, которые сейчас начались между курдскими представителями и сирийскими властями с целью договориться о том, как восстанавливать жизнь в едином государстве без внешнего вмешательства.
О Венесуэле
Относительно ситуации в Венесуэле Сергей Лавров сказал, что позиция Москвы заключается в необходимости избегать любого вмешательства во внутренние дела суверенных государств. «На протяжении всего венесуэльского кризиса мы всячески поддерживали усилия, в том числе стран региона, по налаживанию диалога между правительством и оппозицией. Мы знаем, что этот диалог, на который рассчитывали многие латиноамериканские страны, в конечном итоге сорвался, потому что на так называемую «непримиримую» часть оппозиции влияли из-за рубежа, прежде всего из Соединённых Штатов. Это влияние и сделало эту часть оппозиции «непримиримой», – указал министр.
«Мы слышали высказывания, допускающие военное вмешательство в Венесуэлу, и о том, что теперь США будут признавать или могут начать признавать президентом Венесуэлы не Н. Мадуро, а председателя парламента Х. Гуаидо, – продолжил он. – Всё это очень тревожно и говорит о том, что линия на развал неугодных правительств сохраняется в США в качестве одной из приоритетных в Латинской Америке и других регионах».
Приоритет – безопасность России
Завершая пресс-конференцию, Сергей Лавров заявил, что непозволительно обращаться с Россией как со страной, которая всем всё должна, а ей никто ничего не должен. «Давайте сотрудничать, давайте работать на основе равноправия», – призвал глава МИД России.
При этом он отметил, что безусловным приоритетом остаётся обеспечение безопасности нашей страны и других благоприятных внешних условий для динамичного развития России. «Мы открыты для созидательного взаимодействия со всеми, кто не превращает двусторонние связи в заложника переменчивой политической конъюнктуры или в инструмент достижения геополитических преимуществ, а готов сотрудничать честно, искать обоюдно приемлемые компромиссы на основе взаимной выгоды», – подчеркнул глава российского внешнеполитического ведомства.