Конфронтационный курс НАТО вынуждает нашу страну жёстко поставить перед альянсом вопрос о юридически обязывающих гарантиях безопасности для РФ.
Заместитель министра обороны РФ генерал-полковник Александр Фомин провёл в понедельник брифинг для военных атташе и представителей посольств иностранных государств, аккредитованных в Москве. В своём выступлении заместитель главы российского военного ведомства изложил оценки состояния и характера взаимодействия между Российской Федерацией и НАТО за два последних десятилетия.
Как отметил Александр Фомин, текущее плачевное состояние отношений России и НАТО можно объяснить тем, что альянс зачастую прибегал к использованию «гибридных методов» для сдерживания России, сочетавших диалог с наращиванием военных приготовлений. Публикуем текст выступления заместителя министра обороны РФ.
Уважаемые дамы и господа! Мы пригласили вас для того, чтобы довести наши оценки состояния и характера взаимодействия между Российской Федерацией и НАТО за два последних десятилетия. Полагаем, что такой обзор в настоящее время как никогда востребован для понимания, почему именно сейчас Российская Федерация направила Соединённым Штатам Америки и блоку НАТО проекты юридически обязывающих соглашений о гарантиях безопасности.
Текущее плачевное состояние отношений России и НАТО можно объяснить тем, что альянс зачастую прибегал к использованию «гибридных методов» для сдерживания России, сочетавших диалог с наращиванием военных приготовлений. В последние годы акцент сделан на военном сдерживании, в то время как ранее больше внимания уделялось проектам сотрудничества, интересующим альянс.
После окончания «холодной войны» Российской Федерацией неоднократно предпринимались попытки найти новые формы взаимодействия с НАТО, создать устойчивую, равноправную для всех систему европейской безопасности. Было бы неправильным полагать, что ухудшение отношений Россия-НАТО началось с 2014 года.
Заявленные цели равноправного сотрудничества альянсом не выполнялись гораздо раньше, фактически сразу после развала Варшавского договора. При том, что Россия тогда была беспрецедентно открыта для конструктивного партнёрства с Западом и провела добровольную демилитаризацию страны на своих западных рубежах. Осуществлён также беспрецедентный по масштабам и срокам вывод группировок войск из стран Варшавского договора.
27 мая 1997 года в Париже подписан «Основополагающий Акт о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности между Российской Федерацией и Организацией Североатлантического договора», в котором декларировалось, что Россия и НАТО больше не воспринимают друг друга в качестве противников. В документе были зафиксированы политические гарантии военной сдержанности. В частности, альянс принял обязательства осуществлять свою коллективную оборону имеющимися средствами, без дополнительного размещения «существенных боевых сил».
Было подтверждено, что «государства – члены НАТО не имеют намерений, планов или причин для развёртывания ядерного оружия на территории новых членов и не имеют необходимости изменять любой из аспектов построения ядерных сил НАТО или ядерной политики НАТО». Также была заявлена готовность развивать долговременное партнёрство с Россией, добиваться укрепления стабильности и безопасности в Евроатлантическом регионе на основе общих интересов.
Хотел бы акцентировать ваше внимание на том, что в 1997 году отношения России с Западом были, можно сказать, «безоблачные». С российской стороны на разных уровнях подтверждалась готовность наращивать взаимодействие по всем направлениям, которые на тот период казались наиболее важными с точки зрения европейской безопасности.
Никакие вызовы, требующие расширения альянса, не просматривались. Хотя после воссоединения Германии в 1990 году членом Североатлантического союза стала вся объединённая страна, включая бывшую ГДР. Таким образом, фактически был сделан первый шаг по расширению блока.
В дальнейшем последовали новые волны расширения НАТО. В 1997 году, после саммита НАТО в Мадриде, стартовали переговоры о вступлении в блок Чехии, Венгрии и Польши. 12 марта 1999 года эти страны стали первыми бывшими членами Варшавского договора, присоединившимися к Североатлантическому союзу.
В 2002 году были начаты переговоры о вступлении в альянс Болгарии, Латвии, Литвы, Эстонии, Румынии, Словакии и Словении, которые в марте 2004 года также стали членами НАТО. Этот год стал этапом наибольшего расширения НАТО. При этом существенно вырос потенциал блока на восточном фланге. При этом стратегическом плане альянс приобрёл ряд преимуществ.
Во-первых, границы блока передвинулись более чем на 1 000 км на Восток, что обеспечило ему возможность использовать нестратегические вооружения для поражения целей на территории России. Например, минимальное подлётное время с авиабаз в Эстонии до Санкт-Петербурга сократилось до нескольких минут. В зоне поражения только артиллерийских систем оказались большая часть Калининградской области.
Во-вторых, в распоряжение НАТО перешло значительное количество объектов инфраструктуры на территории восточноевропейских стран, что расширило возможности по дислокации и переброске войск.
В-третьих, в арсенал блока было «добавлено» большое количество вооружений и военной техники бывших стран Варшавского договора. Людские ресурсы также увеличились.
В-четвёртых, НАТО получил доступ к портам Балтийского и Черного морей, расширив оперативные возможности военно-морских сил альянса.
Таким образом, за счёт экспансии на Восток потенциал НАТО вырос, причём процесс не был «спровоцирован» Российской Федерацией.
Текущее плачевное состояние отношений России и НАТО можно объяснить тем, что альянс зачастую прибегал к использованию «гибридных методов» для сдерживания России
Очевидно, что усиление НАТО не прошло бесследно для безопасности Европы. В 1999 году была проведена несанкционированная ООН военная операция против Югославии. В результате бомбардировок Белграда погибли мирные ни в чём неповинные люди, была нарушена экономика страны. Дезинтеграция Югославии привела к новому шагу расширения блока за счёт включения в его состав Албании, Хорватии и Черногории, а в дальнейшем Северной Македонии.
При этом наши западные партнёры продолжали заверять нас в отсутствии агрессивных замыслов в отношении России. Справедливости ради необходимо отметить, что в Москве верили этим заявлениям, хотя и заморозили взаимодействие с НАТО в 1999 году в связи с силовым решением кризиса в Югославии.
28 мая 2002 года в Италии в Пратика-ди-Маре Россией была подписана декларация «Отношения Россия – НАТО: Новое качество», так называемая Римская декларация, в соответствии с которой был создан Совет Россия – НАТО (СРН) – «всепогодный» механизм для постоянных политических консультаций, выработки и принятия совместных решений, а также взаимодействия России и стран – членов альянса, как равных партнёров в представляющих общий интерес областях.
Для практического взаимодействия в Брюсселе было учреждено Постоянное представительство Российской Федерации при НАТО, в состав которого также входил Главный военный представитель Постоянного представительства России при НАТО. В Москве в феврале 2001 года открылось Информационное бюро НАТО, а в мае 2002 года – Военная миссия связи НАТО. В 2002 году была запущена «Инициатива СРН по сотрудничеству в воздушном пространстве», направленная на предотвращение проявлений терроризма с использованием самолётов гражданской авиации.
В декабре 2004 года был принят «План действий Совета Россия – НАТО по борьбе с терроризмом», который предусматривал обмен разведывательной информацией и оценку террористических угроз, а также укрепление возможностей по предотвращению терактов и ликвидации их последствий.
На афганском направлении была достигнута договорённость об упрощённом порядке наземного и воздушного транзита через российскую территорию нелетальных (невоенных) грузов для группировки Международных сил содействия безопасности.
В сфере миротворческой деятельности и кризисного урегулирования важное значение имела ратификация Российской Федерацией в 2007 году соглашения о статусе сил, которое регламентировало порядок пребывания вооружённых сил на территориях стран – членов Совета Россия – НАТО.
Было активизировано сотрудничество по совместному исследованию нестратегической противоракетной обороны в Европе. Практические вопросы скоординированного применения сил и средств противоракетной обороны России и НАТО отрабатывались в ходе совместных командно-штабных учений, прошедших в 2004-2008 годах.
Под эгидой Совета Россия-НАТО проводились конференции и семинары по проблемам ядерных стратегий, учения по отработке вопросов реагирования на аварии с ядерным оружием, был организован обмен опытом работы в области обеспечения безопасности хранения ядерных боеприпасов. В Совете Россия – НАТО неоднократно обсуждались вопросы и меры по урегулированию международных проблем, связанных с распространением оружия массового поражения и средств его доставки.
Основу военно-морского сотрудничества России и НАТО составили поиск и спасание на море. В феврале 2003 года был подписан рамочный документ между Россией и Североатлантическим союзом по спасанию экипажей подводных лодок, что создало основу для придания взаимоотношениям в данной сфере международноправового статуса.
Боевые корабли ВМФ в 2006-2008 годах принимали участие в контртеррористической операции объединённых военно-морских сил НАТО в Средиземном море под названием «Активные усилия». Была разработана программа сотрудничества в области научно-технических исследований, которая содержала более 50 направлений совместной деятельности. В целом, сотрудничество России и НАТО после подписания Римской декларации приобрело динамичный характер, что способствовало оздоровлению обстановки в Европе.
Но подписание Римской декларации вовсе не означает, что все ранее взятые обязательства были выполнены альянсом. Например, без изменений осталась практика проведения тренировок по применению ядерного оружия в рамках ежегодного учения «Стедфаст нун». Более того, к тренировкам стали привлекаться ВВС стран Восточной Европы, вступивших в альянс. Возросло число стран – участниц учения с шести до девяти, а количество привлекаемых самолётов носителей – с 20 до 50 единиц.
С 2004 года с целью освоения военной инфраструктуры стран Балтии стартовала операция НАТО «Болтик эйр полисинг». На ротационной основе в Латвию, Литву и Эстонию направляются авиационные группы, которые осуществляют воздушное патрулирование вблизи Российской Федерации. Фиксировали постоянный рост как количественного состава авиационной группировки, так и интенсивности её полётов. При этом каких-либо обострений в российско-натовских отношениях в начале XXI века, мы не отмечали.
Вследствие занятой альянсом неконструктивной позиции фактически зашло в тупик сотрудничество в сфере противоракетной обороны. Несмотря на направленные нами альянсу предложения по совместному обеспечению противоракетного прикрытия в Европе, США приступили к развёртыванию районов ПРО в Польше и Румынии. Североатлантический союз отказался представить юридически обязывающие гарантии о ненаправленности данных комплексов против России. В 2016 году в Румынии развёрнут, а в 2019 году – модернизирован американский противоракетный комплекс «Иджис эшор». Строительство аналогичного объекта в Польше завершается.
Комплексы «Иджис эшор» оснащены универсальными пусковыми установками двойного назначения Мк-41, то есть эти комплексы не только противоракетного назначения, но и ударного, которые могут быть использованы для применения крылатых ракет типа «Томахок» с дальностью до 2400 км. В зону их досягаемости попадают объекты на территории РФ. В подтверждение этой возможности США 16 августа 2018 года, через две недели после объявления 2 августа о выходе из Договора о ракетах средней и меньшей дальности, был произведён пуск крылатой ракеты «Томахок» из наземной пусковой установки Мк-41. Это полностью подтверждает российскую аргументацию об ударном потенциале названной системы ПРО.
В ходе грузино-югоосетинского конфликта в 2008 году руководство альянса поддержало агрессию Грузии и осудило Россию за признание независимости Абхазии и Южной Осетии. На Совете НАТО 19 августа 2008 года было принято решение «заморозить» отношения с Россией. В свою очередь, Президент РФ в сентябре 2008 года принял ответное решение о приостановке взаимодействия с НАТО по военной линии.
Через год отношения были восстановлены. Однако решением Совета альянса от 1 апреля 2014 года вновь было прекращено любое взаимодействие с Россией. В качестве предлога наши западные партнёры использовали события на Украине, которые были спровоцированы самим Западом. Именно США и их союзники поддержали государственный кровавый переворот в стране, признали новую администрацию, пришедшую к власти незаконным путём при поддержке Запада.
Римская декларация до сих пор остаётся в силе. В ней, в частности, определено, что Россия и альянс не рассматривают друг друга как противника. И эта установка была подтверждена на саммите Совета Россия – НАТО в 2010 году в Лиссабоне. Однако в доктринальных документах НАТО последних лет, например, в военной стратегии НАТО 2019 года, Российская Федерация прямо, без каких-либо экивоков, определена в качестве главного источника угроз коалиционной безопасности.
Военное строительство блока полностью перенацелено на подготовку к крупномасштабному вооружённому конфликту высокой интенсивности с Россией. Ежегодно блоком НАТО проводится 30 крупных учений, в ходе которых отрабатываются сценарии ведения военных действий против России. В рамках учебно-боевых мероприятий особое внимание уделяется созданию ударных группировок у границ нашей страны. В частности, в мае – июне текущего года проведена серия учений «Дефендер юроп – 2021» с переброской из США и Западной Европы на «восточный фланг» войск усиления численностью до 40 тыс. человек.
Как уже упоминалось, «Основополагающий акт Россия – НАТО» 1997 года предусматривает отказ государств блока «решать задачи коллективной обороны путём дополнительного постоянного размещения существенных боевых сил». Однако в настоящее время в Восточной Европе на непрерывной основе поддерживается присутствие около 13 тыс. военнослужащих внерегиональных государств блока. Соответствующие формирования имеют на вооружении около 200 танков, 400 бронированных машин, 50 орудий и свыше 30 самолётов и вертолётов.
Под давлением Белого дома главы государств и правительств стран участниц НАТО на саммите в Великобритании в 2014 году приняли обязательства довести к 2024 году объёмы национальных ассигнований на оборону до 2 процентов от внутреннего валового продукта при одновременном выделении из этих средств не менее 20 процентов на закупку вооружения и проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ. В результате реализации указанного решения совокупные затраты союзников на военные нужды в 2021 году достигли 1 трл 174 млрд долларов. Этот показатель превышает военный бюджет РФ более чем в 18 раз. За последние шесть лет рост ассигнований альянса составил 278 млрд долларов (31 процент), а если считать с 1997 года – то 715 млрд долларов, то есть в два с половиной раза.
Альянс постоянно игнорировал российские интересы и уклонялся от равноправного обсуждения имеющихся проблем. Например, в 2009 году было отклонено российское предложение заключить новое всеобъемлющее соглашение, призванное закрепить взаимные гарантии безопасности в свете охлаждения двусторонних отношений под влиянием событий в Грузии 2008 года.
В сентябре 2017 года начальник Генерального штаба Вооружённых Сил РФ генерал армии В.В. Герасимов передал председателю Военного комитета НАТО генералу Петеру Павелу ряд предложений по нормализации отношений с Брюсселем по военной линии. Одно из этих предложений – поддержание контактов высокого уровня. Однако состоявшиеся в период с 2016 по 2021 годы переговоры показали, что альянс не готов к предметному разговору между военными, уклоняется от принятия конкретных решений по деэскалации, последовательно отвергает любые российские инициативы.
Также мы предлагали продолжить обмениваться информацией о террористической угрозе. Как представляется, отказ от координации действий альянса с Россией стал, в том числе, одной из причин фиаско, которое Североатлантический союз потерпел в Афганистане поскольку отсутствие обмена информацией по антитеррористической проблематике существенно усложнило решение задачи по нейтрализации боевиков как в Афганистане, так и в других регионах мира.
Военное строительство блока полностью перенацелено на подготовку к крупномасштабному вооружённому конфликту высокой интенсивности с Россией
Мы предложили перенести районы проведения учений вглубь национальной территории дальше от линии соприкосновения России и НАТО. Ответ до сих пор нами так до сих пор и не получен. С российской стороны предпринимались и дополнительные шаги по деэскалации напряжённости. Например, в 2017 году мы заявили о намерении продолжать практику приглашения экспертов стран НАТО и высокопоставленных должностных лиц к участию в мероприятиях, проводимых Министерством обороны РФ. Со стороны стран НАТО данное предложение также осталось без ответа.
В рамках выполнения данного обязательства мы ежегодно предлагаем НАТО и государствам – членам блока направлять делегации на Московскую конференцию по международной безопасности, Международный военно-технический форум «Армия», Армейские международные игры. Однако официальные лица блока игнорируют эти мероприятия.
Альянсу предлагалось восстановить полномасштабную деятельность Аппарата Главного военного представителя РФ при НАТО и Военной миссии связи НATO в Москве. В ответ Североатлантический союз не только отказался поддержать данное предложение, но и создал условия для дальнейшего ограничения возможностей работы наших дипломатов в Брюсселе. В марте 2018 года под надуманным предлогом принято решение выслать сотрудников Постпредства России при НАТО, а также уменьшить количество аккредитованного персонала росзагранучреждения с 30 до 20 человек.
В октябре текущего года Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг в одностороннем порядке объявил об очередном сокращении численности Постпредства России с 20 до 10 человек. В ответ на эти недружественные действия руководство России было вынуждено принять решение о приостановке деятельности диппредставительства при альянсе, включая Аппарат Главного военного представителя. Соответственно, прекращена работа Военной миссии связи и Информационного бюро блока в Москве.
Российские представители стремились интенсифицировать консультации по такому важному вопросу, как использование транспондеров при полётах военной авиации. Предложение основывалось на инициативе, выдвинутой президентом Финляндии Саули Ниинистё на переговорах с Президентом РФ В.В. Путиным в июле 2016 года. Однако Брюссель затянул обсуждение данной проблематики, ссылаясь на необходимость её тщательного изучения экспертами, в том числе в рамках Международной организации по гражданской авиации (ИКАО). Никакие обязательства в данной сфере альянс до сих пор не принял. Несмотря на то, что российская военная авиация летает с включёнными транспондерами, коалиционная военная авиация по-прежнему летает без использования транспондеров.
Министерство обороны РФ постоянно предлагало партнёрам организовать взаимодействие по исключению инцидентов в связи с военной деятельностью на море и в воздушном пространстве над ним на базе двусторонних соглашений в этой области. Предлагалось также заключить общее с НАТО соглашение в данной сфере. Североатлантический союз не предпринял никаких шагов. Более того, в последнее время альянс перешёл к практике прямых провокаций, сопряжённых с высоким риском перерастания в вооружённое противостояние.
Характерный пример – попытка британского эсминца УРО «Дефендер» 23 июня 2021 года проникнуть в территориальные воды РФ в районе мыса Фиолент у побережья Крыма. Показательно, что действия корабля ВМС Великобритании обеспечивал американский стратегический разведывательный самолёт RC-135.
В Черноморском регионе по сравнению с 2020 годом интенсивность задействования разведывательной авиации выросла более чем на 60 процентов. Количество самолётовылетов увеличилось с 436 до 710. Стратегические бомбардировщики В-1B и В-52Н ВВС СШA 92 раза в текущем году против 78 в прошлом, совершали полёты в воздушном пространстве Причерноморья с выходом на условный рубеж применения крылатых ракет. Минимальное приближение к границе России в западной части Крыма составило 15 км.
Увеличиваются масштабы и интенсивность мероприятий оперативной и боевой подготовки по планам НАТО в Черноморской зоне. Всего в текущем году командование объединёнными вооружёнными силами НАТО провело именно в Чёрном море 15 учений. В 2020 их было восемь.
Присутствие в акватории Черного моря кораблей и вспомогательных судов внерегиональных государств НАТО фактически приобрело постоянный характер. С января по декабрь текущего года совершено 30 заходов кораблей НАТО, в 2020 году их было 23. Суммарная продолжительность пребывания составила более 400 суток, в 2020 году – 359.
В Балтийской морской зоне в 2021 году странами НАТО совершено более 1200 самолётовылетов и свыше 50 выходов боевых кораблей на морскую разведку. В регионе в 2020 году командование ОВС НАТО провело более 20 мероприятий оперативно-боевой подготовки. При этом в коалиционную деятельность активно вовлекаются нейтральные государства и наши ближайшие соседи – Финляндия и Швеция.
После выхода США из Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности НАТО фактически проигнорировало инициативу Президента РФ В.В. Путина о введении моратория на развёртывание в Европе новых ракет средней и меньшей дальности и возможности разработки взаимных верификационных мер для снятия имеющихся озабоченностей. Развёртывание таких ракет в Европе вряд ли повысит безопасность НАТО.
Североатлантический союз целенаправленно осваивает Арктику в военных целях, наращивает масштабы учебно-боевой деятельности в регионе с привлечением стратегических бомбардировщиков и морского компонента глобальной системы ПРО, в том числе в непосредственной близости от границ РФ. Североатлантический союз отказался также поддержать в 2020 году нашу «Инициативу военной сдержанности», предусматривающую снижение интенсивности учений и другой деятельности Вооружённых Сил РФ и ОВС НАТО в районах соприкосновения в период пандемии коронавирусной инфекции.
Продолжение альянсом конфронтационного курса в отношении нашей страны вынуждает нас жёстко поставить перед НАТО вопрос о юридически обязывающих гарантиях безопасности для России, которые исключали бы любое дальнейшее продвижение блока на Восток и размещение угрожающих систем вооружений в непосредственной близости от наших границ.
Проект соответствующего соглашения о мерах обеспечения безопасности Российской Федерации и государств-членов Организации Североатлантического договора был передан нами американской стороне 15 декабря 2021 года, а 16 декабря – председательствующему в СРН Генеральному секретарю НАТО Йенсу Столтенбергу для последующего распространения среди стран-членов НАТО. 17 декабря этого года документы были размещены на сайте МИДа России.
В соответствии с проектом участники соглашения руководствуются принципами сотрудничества, равной и неделимой безопасности. Они не укрепляют свою безопасность как индивидуально, так и в рамках международной организации, военного союза или коалиции за счет безопасности других. Российская Федерация и все участники соглашения, являвшиеся по состоянию на 27 мая 1997 года государствами-членами Организации Североатлантического договора, обязуются не размещать свои вооружённые силы и вооружения на территории других государств Европы в дополнение к силам, размещённым на этой территории по состоянию на 27 мая 1997 года.
Государства-члены НАТО берут на себя обязательства по исключению дальнейшего расширения альянса, в том числе присоединения Украины, а также других государств; отказываются от ведения любой военной деятельности на территории Украины, а также других государств Восточной Европы, Закавказья и Центральной Азии.
Стороны исключают развёртывание ракет средней и меньшей дальности наземного базирования в районах, из которых они способны поражать цели на территории других участников. Участники соглашения обязуются поддерживать диалог, обмениваться оценками угроз безопасности, организуют «горячие» телефонные линии для экстренных контактов, а также для разрешения вопросов и урегулирования проблемных ситуаций применяют механизмы срочных консультаций. В целях обеспечения транспарентности и предсказуемости военной деятельности задействуются все имеющиеся механизмы и инструменты мер доверия.
Полагаем, что данное соглашение разработано в интересах как России, так и Европы в целом. Мы рассчитываем на серьёзный, конструктивный разговор. Ждём от альянса скорейшей и предметной реакции на наши предложения и готовы начать переговоры в любой удобный момент.