В небольшом камчатском городе плетут маскировочные сети для конкретной местности.
В этом неприметном здании в Елизове каждый день кипит работа. О ней редко говорят, но дорогу сюда знает каждый, кто хочет помочь и кому нужна помощь. Здесь плетут маскировочные сети. Не по шаблону и не на склад, а для конкретных позиций, для конкретной местности и для конкретных людей.
Волонтёрской группой руководит Виктория Валентиновна. Помогают ей в этом нелёгком деле опыт, практика и ответственное отношение к результату работы. Когда-то давно она училась на рыбного технолога и всю жизнь отдала работе на рыбоперерабатывающих предприятиях. Говорит: если бы знала, чем придётся заниматься в будущем, то обязательно освоила бы ещё и профессию трал-мастера – специалиста, который занимается ремонтом и обслуживанием рыболовных сетей.
Мысль заняться плетением маскировочных сетей пришла к Виктории сразу, тем более перед глазами был пример – сестра, которая плетёт сети в Краснодарском крае. Но не было понимания, как организовать работу. Сначала она пришла помогать в цех, где волонтёры производили блиндажные свечи, и именно там окончательно поняла, чем хочет заниматься. Не потому, что это важнее, а потому, что именно в этом чувствовала себя на своём месте.
Виктория решила взять дело в свои руки.
– Я начала ездить в Петропавловск-Камчатский, чтобы научиться, там уже плели сети. Я всё фотографировала, записывала, измеряла, и через месяц мне предложили возглавить ещё один цех, который они только открыли. Там я приняла здание и начала работу с нуля.
Пришлось набирать людей, формировать материальную базу, обучать волонтёров. Виктория проработала в этом цеху два месяца и ушла, оставив подготовленный коллектив, который и сегодня трудится практически в том же составе. Но надо было двигаться дальше и открывать производство в своём родном городе.
Елизовская администрация поддержала идею и оказала всю возможную поддержку. Но прежде, чем волонтёры смогли найти себе постоянный и комфортный дом, цех сменил три адреса. Помог один из предпринимателей, предоставив в безвозмездную аренду большое помещение. Просторные комнаты, удобное расположение, возможность работать не в тесноте. По волонтёрским меркам – редкость.
Коллектив собрался быстро. Многие елизовчане ждали открытия такого цеха в своём городе. По словам волонтёров, освоить технологию несложно. Хитрость заключается в том, чтобы создать правильный рисунок.
– Приходит понимание, что маскировка – это не просто что-то зелёное. Это работа с вниманием, с формой, цветом, плотностью. Если относиться к этому формально, толку нет. Поэтому мы сразу для себя решили, что одинаковых сетей у нас не будет, – говорит Виктория.
Каждая сеть, выходящая из елизовского цеха, – индивидуальная. Мастерицы стараются работать по фотографиям местности. Если снимок прислать невозможно, волонтёры ищут изображения района, населённого пункта, рельефа, растительности, смотрят, какие оттенки преобладают, как ложится тень.
За прошлый год группа связала 204 маскировочные сети. Только в декабре отправили более 30. Работали без выходных, часто до позднего вечера
– В природе нет чистых цветов. Если коричневый, то он всегда с примесью. Поэтому у нас несколько оттенков коричневого. Мы не кладём цвет пятном, мы его «ломаем», размываем. Это как живопись: если нарисовать всё ровно, глаз сразу цепляется, – объясняет Виктория.
Так в цеху появились сети с собственными именами – «камыш», «солома», «пепел». Названия не условные – они буквально обозначают местность, под которую вязали сеть. Есть облегчённые варианты, есть «паучки», имитирующие траву, которая колышется на ветру. Делают и двусторонние сети, у которых одна сторона маскирует, а другая, наоборот, служит приманкой.
– Сеть иногда специально плетут так, чтобы было видно, что это сеть. Такими накидками создают ложные цели. И коптеры с воздуха её хорошо видят и начинают по ней работать. Люди остаются живы.
Коллектив предприятия небольшой – порядка 15–20 человек. Кто-то работает непосредственно в цеху, а кто-то помогает дома: режет материал, делает заготовки, вяжет нашлемники. Но присоединиться к работе может каждый. За всё время через цех прошло около тысячи человек.
– Одни приходят на пару часов, другие – потому что там сын или муж. У нас правило: если человек встал рядом и работает, его заказ мы делаем в первую очередь. Потому что это уже не абстрактная помощь, это личная история, – объясняет Виктория.
Костяк команды – женщины старшего возраста. Активные, включённые, неравнодушные. Многие из них параллельно вяжут носки, шьют бельё, собирают гуманитарную помощь. В цех также приходят школьники, студенты, участники волонтёрских и общественных организаций.
– У нас был день, когда к нам пришли больше 50 человек. Это была бурятская диаспора – они здесь настоящий день встречи устроили, приходили целыми семьями, с детьми. Мы тогда сняли сразу три сетки, но это было тяжело, шумно, – рассказывает Виктория. – Бывает, летом дети приходят самостоятельно. Зимой они были здесь с волонтёрской группой или от школы. Иногда ребёнок приходит один. Это вообще дорогого стоит, потому что он не стесняется.
Большую поддержку оказывают школы и детские сады. Плести сети у малышей ещё не получается, но дети приходят целыми группами, приносят материалы, подписывают коробки, рисуют открытки.
– Мы обязательно всё это передаём. Для ребят там это очень важно. Они понимают, что про них помнят. А для детей здесь – это тоже опыт. Они видят, что могут быть полезны, – говорит руководитель группы.
Отдельная тема – логистика. С транспортной точки зрения Камчатка – остров, что диктует свои условия. Ткани заказывают на материке, причём заранее – на несколько месяцев вперёд.
– Мы должны просчитывать всё наперёд. Пока материал дойдёт, пока мы его переработаем, пока отправим – проходит два-три месяца. А там всё это время ждут. Поэтому у нас нет права на ошибку, – рассказывает Виктория. – Работать приходится сразу с тремя фабриками, потому что цветовая гамма у всех разная. Например, в работе мы используем коричневый цвет нескольких оттенков.
С основой для сетей немного попроще. За редким исключением дель можно купить в магазинах, которые занимаются судовым снабжением.
– У нас есть хороший магазин, где продают сети для рыбаков, там нам делают серьёзную скидку, бывает, и 30–40 процентов, когда есть возможность. И каждый раз нам что-то ещё и дарят, – рассказывает Виктория. – Помогают и рыболовецкие предприятия, и простые рыбаки. Люди сами несут разные сети, иногда такие, которые и в продаже не найти. Мы их разбираем, стираем, режем и пускаем в дело.
Готовые сети отправляют централизованно два раза в месяц вместе с другим гуманитарным грузом. Самолётом до Москвы, потом в Ростов, дальше – по ситуации: либо помогают волонтёры, либо сами бойцы забирают.
– Иногда приходится искать обходные пути, договариваться, просить. Это не всегда просто. Но по-другому никак. Идут боевые действия, здесь нет удобных маршрутов, – говорит Виктория.
За прошлый год группа связала 204 маскировочные сети. Только в декабре отправили более 30. Работали без выходных, часто до позднего вечера.
– Мы всегда говорим спасибо всем, кто помогает. Это общее дело. Без людей, без поддержки ничего бы не получилось. И мы будем работать ровно столько, сколько там, «за ленточкой», ждут нашу помощь, – говорит Виктория.
В елизовском цеху просто делают свою работу – внимательно, точно и по-настоящему.
Петропавловск-Камчатский