В Североатлантическом альянсе сохраняются разногласия, осложняющие дальнейшее расширение НАТО на восток.
Сумеют ли США добиться принятия Финляндии и Швеции в Североатлантический альянс или нет? Этот вопрос сегодня один из самых обсуждаемых в мировых средствах массовой информации. Он же стал и темой беседы нашего обозревателя с известным политологом-востоковедом, экспертом по Турции Иваном СТАРОДУБЦЕВЫМ, сотрудником ТГ-канала «Турция — это» (https://t.me/turkey_is).
– Иван Игоревич, в последнее время одной из резонансных тем стал вопрос об особой позиции Турции относительно принятия Швеции и Финляндии в НАТО. Чем это вызвано, что за этим стоит?
– Начнём с того, что Турция в альянсе уже более 70 лет. Она стала 13-й страной НАТО, вступив в альянс вместе с Грецией в 1952 году. Это произошло в рамках первого расширения, состоявшегося через три года после основания блока. И за время пребывания Турции в НАТО её отношения с альянсом не раз осложнялись по различным причинам. Нынешняя же ситуация вызвана особой позицией Турции в отношении присоединения двух скандинавских государств – Швеции и Финляндии – к НАТО.
Вопрос о приёме в альянс новых участников решается на основе консенсуса и согласия всех стран-членов. Анкара свою позицию обозначила так: она одобрит вступление Швеции и Финляндии в альянс при выполнении ими ряда условий. Прежде всего речь идёт о том, что Хельсинки и Стокгольм откажутся от поддержки курдских организаций, которые, как считают турецкие власти, ведут экстремистскую деятельность и поэтому считаются Анкарой террористическими.
Сейчас в Скандинавии проживает, по разным оценкам, от 100–150 тысяч курдов, и среди них есть симпатизирующие левой Рабочей партии Курдистана (РПК), боевые отряды которой ведут вооружённую борьбу на Ближнем Востоке. Турция требует выдачи нескольких десятков лиц, которые, по данным её спецслужб, причастны к акциям курдских боевиков, приведшим к человеческим жертвам, а также воспрещения сбора средств для РПК и вербовки ею новых членов на территории Швеции и Финляндии. В скандинавских странах могут с их либеральным законодательством скрываться и лица, причастные к попытке военного переворота 2016 года.
Ни Стокгольм, ни Хельсинки взятых им предварительно обязательств перед Анкарой не выполнили. В этой связи Турция, естественно, заявила, что при таком положении дел она не будет ратифицировать в своём парламенте – меджлисе – соглашения о приёме этих стран в НАТО. Недавнее демонстративное сожжение Корана в Швеции вызвало волну протестов по всему миру ислама, в том числе в Турции.
Как было заявлено в этой связи официальными турецкими представителями, Анкара не видит смысла в проведении переговоров со Стокгольмом по вопросу вступления Швеции в НАТО. В то же время отмечалось, что Турция может принять отдельное решение по членству Финляндии, так как там вопрос об активности эмиссаров РПК не стоит так остро.
Надо также учитывать, что Турция вступила в предвыборную борьбу, и всё, что сейчас делается в стране, подчинено в эти дни главному – победе правящей партии на майских президентских и парламентских выборах 2023 года. В этой обстановке власти воздерживаются от передачи на ратификацию соглашения по Швеции, опасаясь потерять избирателей. Поэтому вопрос о вступлении её и Финляндии в НАТО останется открытым – по крайней мере, до подведения итогов выборов.
– Независимая позиция Анкары в отношении членства Швеции и Финляндии в НАТО говорит о том, что Турция становится всё более самостоятельным игроком на мировой арене. И это вызывает противоречия в том же альянсе. Или я не прав?
– Здесь надо говорить о комплексе факторов. Во-первых, меняется мир, в котором мы живём. От краткого периода однополярного мироустройства, когда главенствовали единолично США, мир движется к многополярной системе. Турция в нём видит себя одним из центров силы. Не случайно её руководители говорят, что их страна является региональной державой в экономическом плане, но глобальной – в политическом.
Во-вторых, итоги 2022 года убедительно говорят о растущих экономических и военных возможностях Турции. У неё многоотраслевая и одна из наиболее быстро развивающихся экономик мира, выгодное географическое положение, молодая и квалифицированная рабочая сила, конкурентоспособная и технологичная промышленность. Власти обещают населению, что страна в обозримой перспективе войдёт в десятку мировых экономик по ВВП. Следует также сказать, что в нынешнем году страна отмечает 100-летие провозглашения Турецкой Республики, и это событие, несомненно, даст дополнительный импульс развитию страны.
В-третьих, у Турции вторая в НАТО по численности армия, имеющие боевой опыт сухопутные войска. На 2022 год численность личного состава вооружённых сил Турции составила 355 тысяч военнослужащих, а численность резерва – около 379 тысяч. Армия оснащена довольно современными видами вооружений, на подъёме национальный ВПК.
США заинтересованы сохранить в составе блока страну, занимающую уникальное геополитическое положение и обладающую значительным военным потенциалом
– В ряде натовских столиц пошли разговоры о целесообразности дальнейшего пребывания Турции в альянсе. К чему это может привести?
– Сам Североатлантический альянс оказался на грани серьёзного кризиса. И причиной тому является не Турция со своей позицией, а то, что под американским давлением НАТО всё больше втягивается в открытое противостояние с Россией, что вызывает серьёзные опасения во многих европейских странах. Что же касается звучащих заявлений о том, что Турции не место в альянсе, то, на мой взгляд, до этого дело не дойдёт. Совершенно очевидно, что, несмотря на все разногласия, США заинтересованы сохранить в составе блока страну, занимающую уникальное геополитическое положение и обладающую значительным военным потенциалом. Сейчас Анкаре из-за океана делаются разного рода посулы, например, обещают помочь обновить парк тактической авиации.
Не намерены выходить из альянса и турецкие власти. Об этом на днях заявил Омер Челик – пресс-секретарь партии справедливости и развития (ПСР), председателем которой является президент Турции. По словам пресс-секретаря, страна сталкивается с призывами исключить её из НАТО на каждых выборах. «Об этом не может быть и речи. Мы являемся одной из стран – основательниц НАТО. Они не имеют права говорить об этом», – подчеркнул Челик.
Вместе с тем нельзя не обратить внимания, что у части турецкой оппозиции другие настроения. Так, заместитель председателя турецкой партии «Родина» Этхем Санджак заявил на прошлой неделе, что Турция может покинуть НАТО через пять-шесть месяцев из-за провокационных действий против Анкары. По его словам, последние проведённые опросы показали, что не менее 80 процентов населения Турции уверены, что, цитирую, «США – страна, проводящая наиболее враждебную и разрушительную политику» в отношении республики.
В январе партия «Родина» сообщила о начале общенациональной кампании «Выйдем из НАТО» с призывом к властям республики выйти из состава альянса и убрать из страны иностранные военные базы. На территории Турции в интересах вооружённых сил США используется свыше 50 военных баз и объектов. Сотрудничество в военной области между двумя странами, регламентирующее использование баз, осуществляется с 1954 года. Самым крупным военным объектом США в Турции является авиабаза Инджирлик на юге страны, где постоянно несут боевое дежурство самолёты тактической авиации американских ВВС и находится около полусотни американских ядерных бомб B61. Кстати, прикрыть эту базу не раз грозился и президент Турции.
– Очевидно, многое зависит от итогов майских выборов…
– Выступая в январе на встрече с молодёжью провинции Бурса на северо-западе страны, Эрдоган уточнил, что президентские и парламентские выборы в республике пройдут 14 мая. При этом он призвал молодёжь сделать правильный выбор во время голосования.
Уже известно, что правящий «Народный альянс», в который наряду с ПСР входит партия националистического движения, намерен выдвинуть своим единым кандидатом на выборах действующего президента. Согласно соцопросам, на сегодняшний день он значительно опережает возможных конкурентов, хотя, конечно, значительный рост цен и сказывается на настроениях избирателей. Как следует из исследований, проводимых сейчас социологами, за Эрдогана готовы проголосовать в первом туре от 39 до 43 процентов избирателей.
По мнению многих аналитиков, на исход выборов попытаются повлиять извне. Так США уже устами своих видных политологов объявили, что не признают выборы, которые пройдут в мае, если действующая в Турции власть одержит в них победу. Поэтому стоит ждать очередного витка обострения в отношениях Анкары с Западом. Могут последовать новые санкции, набор стандартных обвинений в «узурпации власти», «нелегитимности» выборов.
– Можно ли в связи с этим ожидать более тесных связей Турции с Россией?
– 2022-й стал годом, без преувеличения, бума в развитии турецко-российских отношений, несмотря на давление, которое Запад оказывает на Турцию и санкции против нашей страны. Если за весь 2021 год в Турции было открыто 170 компаний с российским капиталом, то в 2022-м – почти 1400. Это простой, но наглядный показатель того, что сейчас происходит в наших отношениях.
В Сирии Россия и Турция активно взаимодействуют по мирному урегулированию ситуации в этой стране. Перед Новым годом состоялась встреча в Москве глав военных ведомств России, Турции и Сирии, следом появились сообщения о готовности Анкары вывести свои войска из северных районов САР и намерении уважать суверенитет и целостность сирийских территорий. Эти сообщения, безусловно, заслуживают внимания и могут рассматриваться как важный позитивный шаг на пути мирного урегулирования сирийского кризиса.
Следует также отметить, что Турция рассматривает целый ряд направлений, которые она хотело бы развивать, сотрудничая с Россией. Это – авиастроение, ракетостроение, космос… Так что у наших стран есть широкое поле для взаимодействия.