81 год назад в осаждённый нашими войсками Берлин прибыл первый советский воинский эшелон.
Имя старшего сержанта Андрея Егоровича Лесникова вошло в историю Великой Отечественной войны как имя машиниста, который в самый разгар Берлинской операции привёл первый советский поезд в столицу фашистской Германии. Этот железнодорожный состав доставил к передовым позициям наших наступающих войск тяжёлую артиллерию, бронетехнику, боеприпасы, продовольствие, медикаменты, что имело огромное значение, прежде всего моральное.
Андрей Егорович родился 20 мая 1912 года в посёлке Глубоком области Войска Донского (ныне Каменского района Ростовской области). Трудовую деятельность начал на железной дороге – сначала младшим кондуктором, потом кочегаром паровоза. В конце 1933 года был призван в Красную Армию, служил в Железнодорожных войсках – сначала в Белорусской ССР, затем на Дальнем Востоке в железнодорожном корпусе, строившем железную дорогу к Японскому морю. По окончании службы вернулся домой и работал помощником машиниста. Затем окончил трёхмесячные курсы машинистов. Сначала ездил дублёром, а после стал самостоятельным машинистом и руководил локомотивной бригадой.
На фронт мобилизован с первых дней Великой Отечественной войны, служил в 14-й эксплуатационной роте 29-й железнодорожной бригады. Враг, стремительно наступая, беспрестанно бомбил с воздуха железные дороги. Поезда приходилось водить в сплошном потоке с интервалом всего 600–700 метров. За срыв графика прохождения на фронт военных эшелонов – трибунал. Не принимались никакие объяснения, понятия «объективные причины» не существовало. До летнего отступления 1942 года машинист Лесников работал на перегоне Лихая – Каменск и в Лихой. Станция была забита составами, часто подвергалась налётам. Но воины-железнодорожники и под бомбёжками убирали со станции вагоны, освобождали магистральные ходы, водили поезда к фронту и в тыл. «На станцию Лихая, где мне довелось принять боевое крещение, – рассказывал Андрей Егорович, – фашисты сбрасывали сотни бомб в сутки. Земля буквально горела под ногами, металл плавился. И люди не щадили себя, хотя и валились с ног от усталости. Тем не менее пришлось отступать – силы были неравными».
Тяжело было глубокинскому машинисту уходить от дома всё дальше. Состав на Ростов бригада Лесникова вела по ночам, без света. А днём – бомбёжки, обстрелы с воздуха – поезд атаковали тяжёлые немецкие бомбардировщики и истребители. Под Новочеркасском в тендер локомотива попала авиабомба, машина была насквозь прошита пулемётными очередями. Бригада спаслась чудом, пешком догоняли своих. На станции Новочеркасск творилось нечто невообразимое: пути забиты составами, вывести их некому – паровозные бригады в укрытии. К Лесникову подскочил военный комендант:
– Можете управлять паровозом?
– Могу.
– Освободите главный путь для бронепоезда.
Среди продолжавшегося грохота бомб и хлопков зениток Андрей Егорович, виртуозно проведя манёвры, расчистил магистральный ход, дал возможность бронепоезду выйти со станции на удобную позицию и расстрелять прорвавшийся фашистский десант. Это была не последняя опасная ситуация. Пришлось впоследствии хлебнуть лиха и во время боевых заданий на Кавказе, на Украине, но все их машинист Лесников с честью выполнил.
А потом наступил апрель 1945 года. До капитуляции Германии оставалось чуть больше двух недель. С началом Берлинской операции стало очевидно, что победа в войне близка, однако сопротивление гитлеровцев по-прежнему было ожесточённым. За несколько дней разрушена четверть железнодорожных путей от Кюстрина до Берлина. Генерал-полковник Владимир Дмитриев – начальник Центрального управления военных сообщений приказал как можно быстрее не только восстановить дорогу, но и отправить первый поезд в сам Берлин, окраины которого уже были заняты советскими войсками. Работая в тяжёлых условиях, в том числе под обстрелом, советские железнодорожники из 29-й бригады 20-го управления военно-восстановительных работ отремонтировали магистраль Кюстрин – Берлин. Теперь можно было ехать. Однако продолжались боевые действия, так что не было понятно, сможет ли поезд вообще проехать в город.
Комиссар 29-й железнодорожной бригады Николай Молчанов вспоминал: «Каждые четыре часа в небо для воздушной разведки поднимались советские самолёты. Мы ждали вестей – когда же, наконец, можно будет двинуться в путь. Это изматывало… Один раз нам сообщили, что гитлеровцы взорвали железнодорожный мост через Одер – всё, проехать нельзя. Потом выяснилось, что взорван был соседний мост».
23 апреля пришло известие, что советские войска уже заняли прочные позиции в самом Берлине. Но отправиться в тот же день не получилось: поступили данные, что новый артиллерийский обстрел разрушил часть путей длиной около километра. В итоге всю ночь на 24 апреля советские железнодорожники восстанавливали дорогу под прикрытием боевых частей, то и дело попадая под вражеский огонь. Наконец, 24 апреля окончательно было решено отправить поезд на Берлин на следующий день.
Паровоз наскоро отмыли и покрыли маскировочной сеткой. Ремонтники на славу подготовили его к рывку на Берлин. Всё привели в порядок, подчистили, подтянули… Белой краской по бокам начертали: «На Берлин!», «За Родину!», «За Сталина!». К эшелону, где уже находились солдаты и боевая техника, прицепили вагон-госпиталь. Всего было 36 вагонов, а на запасном пути стояли ещё девять. Символично, что общее количество вагонов оказалось 45. Двинулись на рассвете, часов в шесть. Рядом с Лесниковым испытанные боевые товарищи – помощник машиниста младший сержант П. Клевацкий и кочегар рядовой В. Дмитриев. Команда сложилась спаянная, понимали друг друга с полуслова.
С 25 апреля сообщение между Кюстрином и Берлином стало регулярным. Один только поезд под управлением Лесникова перевёз за неделю – до 2 мая – более 400 тонн полезных грузов и эвакуировал более 10 тысяч раненых
Прежде всего следовало проверить состояние путей для проезда эшелонов. Для этого двигающийся медленно паровоз толкал перед собой платформу с тяжёлым грузом, под которой даже проседал грунт, – таким образом проверялось, не заминированы ли пути. По обеим сторонам от дороги шли сапёры, которые в случае опасности останавливали поезд и исследовали подозрительные места в насыпи. Испытание на прочность немецкая дорога выдержала.
Около полудня поезд миновал мост через Одер и сразу попал под обстрел. Эшелон остановился. Через несколько минут стало понятно, что вести огонь противнику помогают самолёты-корректировщики. Чтобы противодействовать им, с аэродромов поднялись наши истребители, и уже в час дня поезд смог продолжить путь. Молчанов вспоминал: «Так получилось, что благодаря поезду наши лётчики отбили одну из последних контратак в воздухе. Наверное, наш поезд был в те дни единственным, которому обеспечили воздушное прикрытие… Как ни странно, немцы почти не вели огонь непосредственно по железной дороге – должно быть, не верили, что мы успели её восстановить со вчерашнего дня».
Андрей Лесников, умело маневрируя, смог провести поезд через опасный участок, то снижая, то повышая скорость. Из-за близких разрывов состав покрылся грязью и пылью и стал почти невидим для осветительных снарядов, поэтому оставшуюся часть пути проехали в относительной безопасности.
Продвигались медленно, не больше 15 километров в час. Наконец въехали в горловину станции Берлин-Лихтенберг (восточная окраина Берлина). И первое, что бросилось в глаза Лесникову и запомнилось на всю жизнь, как он потом говорил, – большие часы с застывшими стрелками на столбе среди опрокинутых вагонов. Ещё не остановился поезд, как бойцы с криками «Ура!» начали прыгать с платформ. Андрей закрыл регулятор и повернулся к сияющему помощнику Клевацкому и кочегару Дмитриеву:
– Приехали!
В шесть часов вечера поезд встречали тыловые службы. По воспоминаниям очевидцев, никогда ещё так быстро не разгружали вагоны – на руках снимали пушки, по цепочке передавали ящики с боеприпасами. И только минут через 10 остановились, вдруг осознав, что прибыл первый поезд из тыла прямо на передовую. В этот момент машинист и дал три долгих гудка. Вокруг всё притихло, боя не было слышно, и эти гудки разнеслись далеко-далеко».
С 25 апреля сообщение между Кюстрином и Берлином стало регулярным. Советские солдаты в тот же вечер перекрасили дорожные знаки – теперь все надписи были по-русски. Один только поезд под управлением Лесникова перевёз за неделю – до 2 мая – более 400 тонн полезных грузов и эвакуировал более 10 тысяч раненых. Следует сказать ещё об одной странице в истории поезда: он был первым из череды составов, помогавших вывозить в тыл мирное население.
В военный совет 1-го Белорусского фронта была отбита телеграмма: «Сегодня открыто движение поездов до станции Берлин-Лихтенберг». Маршал Жуков написал на телеграмме всего одно слово «Молодцы!», а в ответном сообщении телеграфировал: «Ваш поступок сделал путь к Победе на несколько дней короче».
Поезд, который привёл в берлинский пункт назначения Лесников, называли эшелоном Победы. Тогда, в апреле 1945 года, это слово, безусловно, было главнейшим. Да оно и ныне не померкло.
За проявленные в годы войны мужество и героизм старший сержант Лесников награждён орденом Отечественной войны, медалями «За отвагу», «За взятие Варшавы», «За взятие Берлина», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.» и другими.
После войны Андрей Лесников вернулся в родные края, вновь пошёл работать на железную дорогу. Вначале водил грузовые, потом пассажирские поезда. В 1948 году его признали лучшим на сети дорог. Долгое время бригада Лесникова носила звание коммунистической. В 1967 году Андрей Егорович Лесников получили знак «Почётному железнодорожнику СССР». К 90-летию он удостоен знака отличия военнослужащих Железнодорожных войск. Умер Андрей Егорович в 2005 году, совсем немного не дожив до 60-летия Победы, до 60-летия своего легендарного рейса. Было ему 93 года…
Имя Лесникова увековечено в экспозиции музея Великой Отечественной войны на Поклонной горе в Москве. 27 июля 2011 года в локомотивном депо станции Лихая прошло торжественное мероприятие, посвящённое присвоению электровозу ЭП1М-678 имени почётного железнодорожника Андрея Лесникова. 12 ноября 2025 года в посёлке Глубоком открыт бюст ветерана Великой Отечественной войны Андрея Егоровича Лесникова – простого машиниста, ставшего настоящим вестником Победы.