Воздушное судно инженеры вертолётного полка и в небо выпустят, и на цепь посадят.
– Всё хорошо, только на шасси обратите внимание – они должны стоять ровно, – начальник технико-эксплуатационной части ТЭЧ отряда второй эскадрильи отдельного корабельного противолодочного вертолётного полка (ОКПЛВП) Северного флота старший лейтенант Михаил Вишнягов лично контролирует состояние винтокрылых машин после завершения полёта, замечая, что мелочей в таком важном деле не бывает.
В ОКПЛВП СФ старший лейтенант Михаил Вишнягов служит с 2019 года. Глядя на его действия на аэродроме, я убедилась, что подходит он к делу со всей ответственностью. А побеседовав с Михаилом, услышав его слова о том, как важно закручивать «гайку жизни», швартовать лопасти, как красив в полёте Ка-27, поняла, что, помимо ответственности, тут ещё и большая любовь к профессии.
В обязанности специалистов ТЭЧ отряда входят предполётное и послеполётное обслуживание техники, периодические и контрольные осмотры, проверки воздушного судна. Поскольку вертолёты полка являются вооружением кораблей Северного флота, которые регулярно выполняют задачи в море, и лётный состав, и технический расчёт в составе авиагруппы время от времени отправляются в дальние походы.
– Перед плановыми полётами с наземного аэродрома подготовка вертолёта начинается за несколько часов до взлёта, а на корабле воздушное судно постоянно должно быть в боевой готовности – осмотрено, заправлено, расчехлено. Всё, что остаётся сделать, – выкатить его из ангара, разложить лопасти и выполнить проверку статического и динамического давления. На это уходит не более десяти минут, – объясняет старший лейтенант Вишнягов.
Глядя на Михаила, трудно поверить, что до выпускного класса он планировал стать адвокатом.
– Папа у меня служил на Черноморском флоте, работал по той же специальности, что и я сейчас, завершил службу в звании майора. Дома я его видел редко – то на полётах, то в командировке. Сейчас я понимаю, что он часто жертвовал личным временем, потому что любил свою работу и подходил ответственно к её выполнению. Но тогда я этого не осознавал и не хотел идти по его стопам. Решил поступать на юридический. Представлял себя адвокатом, который борется за правду и справедливость, – рассказывает старший лейтенант Вишнягов. – Отец не отговаривал, считал, что я сам должен сделать выбор. «Отговорила» меня классная руководительница. В 11-м классе она как-то очень убедительно объяснила мне, что адвокат защищает человека, группу людей, фирму, а офицер – Родину. Профессия очень тяжёлая, но самая достойная для настоящего мужчины.
Михаил поступил в Военно-воздушную академию имени профессора Н.Е. Жуковского и Ю.А. Гагарина, обучался по специальности «эксплуатация и восстановление боевых летательных аппаратов и двигателей».
– Когда подавал документы, запутался в большом количестве факультетов. Пришлось обратиться к отцу, чтобы узнать, как правильно назывался факультет, на котором он учился, – вспоминает он.
Учёба молодому человеку давалась довольно легко, потому что всё было по-настоящему интересно. Ну а когда приблизился выпуск и надо было выбрать место службы, Михаил не колебался – Северный флот.
– На пятом курсе у меня уже была своя семья – жена и ребёнок, поэтому нужно было исходить не только из личных интересов, но и понять, что будет лучше для нас троих. А Северный флот – это и служба настоящая, и денежное довольствие достойное, – объясняет старший лейтенант Вишнягов. – Пришёл сюда на должность старшего бортового техника. Через год стал инженером авиационного комплекса. Прослужил ещё примерно полгода, и мне предложили перейти на должность начальника ТЭЧ отряда.
Главной проверкой на профпригодность стал дальний поход на большом противолодочном корабле «Вице-адмирал Кулаков», который выполнял задачи вдали от родных берегов примерно шесть месяцев
Главной проверкой на профпригодность стал дальний поход на большом противолодочном корабле «Вице-адмирал Кулаков», который выполнял задачи вдали от родных берегов примерно шесть месяцев.
– В первый поход чаще отправляются в должности инженера авиационного комплекса или бортового техника, чтобы подучиться, набраться опыта. Я же в первый поход отправился в должности начальника, поэтому перед выходом пришлось интенсивно готовиться. Надо было быстро освоить, как закатывать и выкатывать вертолёт из ангара, как обслуживать технику на корабле и ещё множество нюансов походной жизни, – вспоминает Михаил Вишнягов.
Говорит, что перед походом усвоил много информации. Сравнить это можно с состоянием студента, который выучил все билеты, но в ночь перед экзаменом начинает думать, что ничего не запомнил или может всё перепутать. К счастью, проверку морем Михаил выдержал достойно, без ошибок.
– Первый поход был долгим, насыщенным, очень интересным. Мы выполняли задачи в южных морях. Я увидел, насколько красив Атлантический океан. Единственный, но очень большой минус того похода был в том, что он проходил в первые месяцы пандемии, антиковидные меры по всему миру были строжайшими, поэтому в иностранных портах, в которые мы заходили, сход на берег был запрещён. Мы запасались продовольствием, заправлялись и следовали дальше, – говорит Михаил Вишнягов. – А на пути домой наш корабль попал в семибалльный шторм. И это было круто во всех отношениях. Тут были и красота, и опасность, и серьёзная проверка профессиональных навыков. Мы все силы приложили, чтобы стоящий в ангаре вертолёт был надёжно зафиксирован, не упал, не перевернулся. Для этого есть специальные цепи. Мы выполнили жёсткую швартовку лопастей, затянули, замотали, закрепили все соединения, поэтому вертолёт стоял не шелохнувшись, он не сдвинулся даже на сантиметр.
Были и учения, в ходе которых нужно было выполнить взлёт и посадку на палубу в сложных метеоусловиях.
– Во время испытаний на большом десантном корабле «Иван Грен» было необходимо, чтобы волнение моря не выходило за установленные пределы. Есть параметры, при которых взлетать запрещено, например килевая качка более трёх градусов. И, как это часто бывает на Севере, погода преподнесла сюрприз, качка оказалась сильнее, чем ожидали. Пришлось ловить момент, когда она уменьшится до приемлемых трёх градусов, и за эти несколько секунд, поймав волну, успеть выкатить вертолёт, – рассказал Михаил Вишнягов.
Точно так же и при посадке. За секунды, едва ли не на лету, успели посадить вертолёт на цепи. Всё прошло отлично.
Полученная задача была выполнена.