Многолетняя дестабилизирующая политика НАТО вынуждает Россию и Белоруссию реагировать на провокационные шаги западных стран.
Заместитель руководителя делегации Российской Федерации, заместитель директора Департамента по вопросам нераспространения и контроля над вооружениями МИД России К.В. Воронцов выступил в порядке права на ответ в ходе тематической дискуссии по разделу «Ядерные вооружения» в Первом комитете 77-й сессии ГА ООН в Нью-Йорке 14 октября 2022 года и дал разъяснения относительно российско-белорусских шагов в ядерной сфере. Публикуем выступление российского дипломата.
Вынуждены отреагировать на безосновательные обвинения в контексте ДРСМД и российско-белорусских шагов в ядерной сфере.
Тема ДРСМД (Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, подписанный в 1987 году. – Ред.), утраченного в результате выхода из него США, много раз обсуждалась в этом зале. Поэтому ограничимся констатацией, что в пропагандистском угаре делегация Польши «топчет прах» Договора, разрушенного при её активном участии. И это вместо того, чтобы в условиях, когда ДРСМД больше нет, призывать к предотвращению гонки вооружений, обеспечению предсказуемости и сдержанности в ракетной сфере.
Рецепт урегулирования данной проблемы нами предложен давно и базируется на российской инициативе о встречных с НАТО мораториях на размещение наземных ракет средней и меньшей дальности в Европе. Однако, судя по ракетным программам США, шансы на реализацию нашей инициативы стремятся к нулю. Похоронить её, похоже, хотела бы и Польша, интенсивно закупающая у США всё более продвинутые ракетные системы.
В Польше уже несколько лет заявляют о стремлении полноформатно подключиться к «совместным ядерным миссиям»
Что касается мер, принимаемых Россией и Белоруссией по обеспечению безопасности Союзного государства в новых условиях, то они являются вынужденной реакцией на многолетнюю дестабилизирующую политику НАТО. Речь о противоречащей ДНЯО практике «совместных ядерных миссий» с опорой на ядерное оружие США, размещённое на территории ряда неядерных стран блока. Мы долго проявляли сдержанность. Годами убеждали Вашингтон вернуть всё ядерное оружие на национальную территорию и прекратить подключать неядерные страны к отработке его применения. Всё это было отвергнуто. Более того, всё громче звучат призывы к возможному продвижению ядерной инфраструктуры НАТО на восток. В частности, в Польше уже несколько лет заявляют о стремлении полноформатно подключиться к «совместным ядерным миссиям». В последнее время активность Варшавы на этом направлении резко усилилась. Это, безусловно, учитывалось Россией и Белоруссией при рассмотрении вопроса о контрмерах.
Практическая реализация объявленных мер осуществляется в строгом соответствии с обязательствами России и Белоруссии по ДНЯО (Договор о нераспространении ядерного оружия, ратифицирован СССР в 1969 году. – Ред.). На данном этапе речь идёт исключительно о передаче Республике Беларусь комплексов «Искандер-М» двойного оснащения с ракетами в обычном снаряжении, а также придании части белорусских самолётов Су-25 технической возможности нести ядерное оружие. При этом передавать Белоруссии технологии по переоборудованию самолётов в носители ядерного оружия не планируется.
В настоящее время не предполагается ни физически оснащать белорусские системы ядерными боезарядами, ни перемещать такие боезаряды на белорусскую территорию. Создание в Белоруссии объектов для хранения ядерных боезарядов также не предусматривается. Они по-прежнему будут сосредоточены на складах в пределах территории России.
Подготовка белорусских военнослужащих будет осуществляться в российских учебных центрах по программам, исключающим вопросы эксплуатации ядерных боезарядов.
Дальнейшие шаги будем соизмерять с действиями стран НАТО. В частности, тщательно отслеживаем развитие событий после недавнего заявления руководства Польши об официальном обращении к США по вопросу о размещении американского ядерного оружия на польской территории. Крайне дестабилизирующий характер такого шага очевиден.
В случае существенного ухудшения военно-политической обстановки в регионе и нарастания ядерных угроз оставляем за собой [право] принимать дополнительные меры по обеспечению безопасности Союзного государства.