От запчастей – к артиллерии двух поколений.
Десять лет тому назад, когда Михаилу Ярошевскому исполнилось 90, в разгар торжества юбиляр вдруг заявил: «Не знаю, как вы, но я до своего столетия обязательно доживу». И дожил.
За многие десятилетия трудовой деятельности Михаил Робертович привык ставить перед собой кажущиеся порой невыполнимыми задачи и, изыскивая сопутствующие возможности, успешно справляться с ними.
Так, например, было в школьный период, когда Михаил Ярошевский задался целью с отличием окончить десятилетку. Справился. Это позволило ему в 1936 году без экзаменов поступить в Московское высшее техническое училище имени Н.Э. Баумана. После двух курсов общетехнической подготовки выбрал специализацию по теме «Артиллерийские системы и установки». Правда, на излёте учёбы в вузе защитить диплом не успел – война помешала. В июле 1941 года был мобилизован, зачислен в артиллеристы. «Так я, вчерашний студент, стал командиром орудия, – вспоминает Михаил Робертович. – В качестве орудия нашему ополченскому расчёту достался… музейный экспонат. Других вариантов в тот момент, видимо, просто не было».
Впрочем, ополченческий период для него длился недолго: уже обритых учащихся вузов на основании постановления Государственного Комитета Обороны из казарм отправили на предприятия, испытывавшие острую нужду в инженерных кадрах. Для Ярошевского местом трудового фронта стал артиллерийский завод в Новочеркасске. С приближением фронта оборонное предприятие эвакуировали в Пермь.
На Мотовилихе молодой специалист был и механиком инструментального цеха, и начальником техбюро, и даже начальником участка изготовления орудийных лафетов. Рабочий день – 12 часов. Но трудились столько, сколько требовалось. За смену необходимо было выдать 50 лафетов. Одновременно в производстве находилось несколько артсистем – гаубица МЛ-20, «сорокапятка», другие орудия. С окончанием войны период самоотверженного труда завершился для Ярошевского первой государственной наградой – орденом Красной Звезды.
Удалось завершить и учёбу в вузе. Распределился в Свердловск, в артиллерийскую Мекку знаменитого Уралмаша, где Ярошевский со временем стал заместителем главного инженера по спецпроизводству. И вдруг в декабре 1962 года Михаила Робертовича неожиданно для него назначили главным инженером на заводе № 50. Перевод его не обрадовал, скорее огорчил. Почему? Ветеран поясняет: «Менять флагман советского тяжёлого машиностроения на мало кому известный завод по производству запасных частей для танков и самоходок – кому такое понравится?» Однако пришлось смириться.
На новом месте из-за непредвиденного перемещения горевать было некогда. Ярошевский вспоминает: «В тот период с принятием на вооружение сверхзвуковых истребителей и тактического ядерного оружия резко возросли ударные возможности фронтовой авиации США и НАТО. Для прикрытия армейских соединений во фронтовой полосе и в оперативной глубине одновременно создавались ракетный комплекс «Круг» и сразу две ствольные установки – «Енисей» и «Шилка». Последние впервые в мире самоходные, с радиолокационными системами наведения, способные уверенно поражать на малых и средних высотах воздушные цели как с места, так и в движении. Не ожидая окончания испытаний, правительством было принято решение о подготовке «изделий» к серийному производству».
Но если по производству «Шилки» завод был определён изначально – Мытищинский машиностроительный, то с «Енисеем» и с шасси для «Круга» оставалась неясность. В итоге выбор пал на завод № 50.
– Завод по запчастям, – поясняет Михаил Ярошевский, –предстояло в короткое время превратить в современное машиностроительное предприятие с полным циклом производства сложных боевых машин.
Под руководством Ярошевского пошли в производство САУ второго послевоенного поколения – гаубица 2С3 «Акация», миномёт 2С4 «Тюльпан», пушка 2С5 «Гиацинт-С»
И здесь, как ни странно, проблемой номер один стала не реорганизация производства, не наращивание технических мощностей, не переход на соответствующее технологическое оснащение и даже не дефицит профильных кадров. Головной болью обернулась психология коллектива. Ярошевский поясняет: «Предстояло производить машину, а не запчасти. Но люди до этого многие годы изготавливали запчасти. Поэтому к новым «изделиям» относились как к «большим запчастям». Замечательный по составу и потенциалу коллектив внутренне был настроен против нового дела. Надо было менять устоявшийся, как принято выражаться в наше время, менталитет заводчан».
Худо-бедно, но это удалось. Ярошевский ходил по производственным участкам, на местах общался с каждым и со всеми. Приходил, спрашивал: «Товарищи, какие у вас проблемы? Кому и чем нужно помочь?»
Настроить людей на новый лад удалось. Но обозначилась другая проблема: становилось ясно, что только своими силами предприятию колоссальные нововведения не потянуть. Пришлось обратиться к Виктору Кротову, бывшему коллеге по пермскому производственному периоду, ставшему за это время зампредседателя совнархоза: «Виктор Васильевич, заводу очень тяжело. Нужна помощь»
Кротов два дня провёл на «Полтиннике», как условно именовали предприятие. По итогам тех «смотрин» завод серьёзно укрепили кадрами, к процессу технологического оснащения подключили 38 заводов совнархоза, которые изготовили и поставили нам 800 приспособлений и 1200 штампов. В результате той поддержки на предприятии уже к исходу 1963 года изготовили для Вооружённых Сил первую партию из 22 машин. Их демонстрация в ходе московского военного парада 1964 года поразила натовских военных – ничего подобного до этого не было!
Дальше – больше. В последующие годы под руководством Ярошевского пошли в производство САУ второго послевоенного поколения – гаубица 2С3 «Акация», миномёт 2С4 «Тюльпан», пушка 2С5 «Гиацинт-С». Задача ликвидации отставания от США и НАТО в данном виде вооружений была решена. Кстати, за «Акацию» Михаил Робертович удостоился звания лауреата Государственной премии СССР. Под его руководством внедрялись в производство станки с ЧПУ, процесс чистовой обработки деталей переводился на многошпиндельные автоматы, широкое применение получили точное литьё и профильный прокат. Благодаря механизации были расширены производственные мощности в бронекорпусном и сборочном производстве.
Уже в статусе пенсионера Михаил Ярошевский продолжил работу в заводской структуре – занимался реконструкцией предприятия под САУ 2С19 «Мста-С» – орудие третьего послевоенного поколения. Сложнейшая задача была блестяще решена: в 1989 году «Мста-С» без задержки пошла в серийное производство.
Когда за плечами целый век, человеку есть о чём вспомнить. О чём бы Михаил Робертович ни вспоминал как о значимом, существенном, всё это связано с работой, со служением Вооружённым Силам и Отечеству.
Екатеринбург