Его беспилотники – предмет гордости бригады и настоящий кошмар для врага.
Офицера Камчатской отдельной гвардейской бригады морской пехоты под позывным «Бурея» хорошо знают не только в родном соединении, но и в других воинских формированиях, с которыми «чёрным беретам» из края вулканов приходилось взаимодействовать в рамках специальной военной операции. Такой популярностью офицер обязан в большей степени профессиональным действиям и своему детищу – лаборатории беспилотников несамолётного типа, которую он собрал по крупицам и вывел на высокий уровень. Враг его боялся и остервенело охотился на умного, ловкого и хитрого военнослужащего.
Почему повествование ведётся в прошедшем времени? Потому что противнику отчасти удалось реализовать коварные замыслы. При возвращении в базу после одного из разведвыходов «Бурея» и его подчинённые попали в объектив БпЛА противника. Враг тут же обстрелял наших военнослужащих кассетными боеприпасами.
Разведчики быстро нашли укрытие, поэтому никто не пострадал. Позже, когда всё стихло и бойцы продолжили путь, командир отряда, пробираясь сквозь кустарник, наступил на несработавший кассетный элемент. Взрыв. Острая боль пронзила ногу ниже колена, ещё несколько осколков вошли в тело. На адреналине «Бурея» пополз в сторону своих. Братья по оружию бросились на помощь. Пока одни осматривали и бинтовали командира, другие раздобыли тачку. Именно в этом садовом инвентаре нашего героя везли к месту эвакуации, и он начал осознавать, что с ним произошло. Первая мысль, которая его посетила: «Что будет с подразделением, лабораторией, кто всем этим теперь будет командовать?..» Казалось бы, чувство страха, инстинкт самосохранения должны были генерировать в его мозгу другие мысли: «Как я теперь буду жить без ноги и выживу ли?» Но в том-то и дело, что «Бурея» не испытывал самого неприятного чувства. Кому-то это может показаться по меньшей мере странным, нереалистичным и даже пафосным, но факт остаётся.
– С начала специальной военной операции я не то чтобы гнал от себя страшные мысли, я их контролировал и не боялся, – с улыбкой рассказывает «Бурея». – Более того, до спецоперации я всё время хотел поучаствовать в реальных боевых действиях, чтобы проверить себя. Я офицер, это моя работа. Рано или поздно мне пришлось бы делать то, ради чего я учился, чего ждёт от меня страна, – защищать интересы России. В этом смысле мою идеологию разделял сослуживец «Восток». Кроме того, снимать напряжение нам помогал чёрный юмор относительно смерти и того, что будет, если…
Для «Буреи» спецоперация началась на одном из самых напряжённых и опасных её участков. Апрель 2022 года. Город Попасная, Луганская Народная Республика…
– Как сейчас помню, вызывает меня начальник артиллерии бригады и говорит, пойдёшь корректировщиком, – вспоминает «Бурея». – Я ему ответил, что вопросов нет, куда пошлёте, туда и пойду.
Нашему герою, в недавнем прошлом командиру реактивного дивизиона, пришлось переквалифицироваться в разведчика. Первые шаги делал самостоятельно, постигая премудрости и тонкости новой специальности исключительно эмпирическим путём. С корректировкой как таковой у бригадной артиллерии проблем не было: «Бурея» прекрасно понимал, что нужно «богам войны», так как сам совсем недавно был в их рядах. А вот над элементами разведки пришлось поработать. На вооружении офицера находился квадрокоптер. Ранее ему никогда не приходилось иметь с дело с чем-то подобным, поэтому знакомство с новым военным ремеслом пришлось начинать с нуля. Но это не застало «Бурею» врасплох: технический склад ума помог ему перейти с беспилотником на «ты» буквально с пары-тройки тренировочных полётов. О некоторых нюансах работы с «птичкой» рассказал молодой лейтенант с позывным «Студент», который воевал у соседей – в шестом казачьем полку.
На первых порах «Бурея» ходил на задания в одиночку: выдвигался в сторону противника на расстояние 300–400 метров от линии соприкосновения, мониторил с воздуха обстановку, корректировал работу бригадной артиллерии, снабжал командование бригады разведданными о всех перемещениях врага и местах его скопления.
Уходил засветло, выполнял боевую задачу, пока хватало заряда батареи дрона. Затем возвращался, заряжал аккумуляторы и снова на позицию. И так до самого заката каждый божий день. Работать приходилось в интересах всей бригады, в густо застроенной местности: в этом были свои плюсы и минусы. С одной стороны, много возможностей для манёвра и поиска укрытий. С другой, враг находился настолько близко к нашим позициям, что порой приходилось призывать всё профессиональное (артиллерийское) мастерство, чтобы ювелирно рассчитать координаты, по которым наносить удар, и при этом не подвергнуть опасности братьев по оружию – настолько плотным и контактным было противостояние.
Что противник силён и хорошо подготовлен, стало ясно буквально с первых же залпов. Били довольно точно и кучно. Всё это офицер-разведчик, что называется, испытал на своей шкуре, когда снаряды (в основном миномётные) различного калибра разрывались в считаных метрах от него.
За сравнительно небольшой промежуток времени он довёл навыки разведчика-корректировщика до высокого уровня. На войне люди быстро учатся, это признал и сам «Бурея». Как результат, бригадная арта, работавшая в связке с новоиспечённым корректировщиком, стала бить точнее и кучнее, порой даже без пристрелочных выстрелов. Высшим пилотажем считалось прямое уничтожение вражеской техники и укреплений, которых на счету нашего героя десятки. В его активе также сорванные ротации противника и попытки прорыва диверсионно-разведывательных групп. Благодаря в том числе «птичкам» нашего героя морпехам удалось освободить один из очень укреплённых объектов ВСУ в Попасной – многострадальную школу.
Проанализировав проделанную работу, офицер сделал некоторые выводы.
– Запускать коптер, поддерживать связь, выдавать координаты цели, корректировать огонь в одиночку очень сложно, и это отнимает очень много драгоценного времени, – говорит «Бурея».
Своими соображениями офицер поделился с разведчиками, которые в итоге пошли ему навстречу и выделили небольшую группу в подчинение. Новая боевая единица – расчёт БпЛА – очень скоро оправдала существование. Возросла эффективность и оперативность действий группы и, как следствие, результативность артиллерийской работы.
Родина высоко оценила вклад офицера в освобождение Попасной, удостоив его ордена Мужества и медали «За отвагу».
За короткий срок офицер создал лабораторию, благодаря которой у бригады появилась возможность практически в круглосуточном режиме с воздуха контролировать каждый шаг врага и постоянно тревожить его точными артиллерийскими ударами, а также очень эффективными смертоносными атаками боевых дронов
В самом деле отваги нашему герою не занимать. Уже после освобождения Попасной, когда бригада пошла вперёд и перед ней открылись большие пространства, группа «Буреи» стала совершать дальние дерзкие разведывательные вылазки. Несколько раз настолько увлекались боевой работой, что оказывались без связи и приходилось возвращаться на расстояние действия радиосигнала. В один из таких выходов нашему герою удалось вычислить кочующий танк противника. Сначала офицер обнаружил накатанные гусеничные следы, затем и сам ангар с запасным скрытым ходом, в котором неонацисты прятали технику. Как ни пытались боевики запутать следы, офицер раскрыл хитрый замысел.
С этой и другой видеоинформацией группа возвращалась на базу, когда со стороны врага прилетели снаряды РСЗО «Град». В результате двое разведчиков получили ранения. В их числе был и «Бурея»: кусок металла прошёл через мягкие ткани бедра. Дальше госпиталь, лечение, отпуск и… спустя три месяца возвращение на специальную военную операцию.
– Когда у меня спросили, поеду ли я в зону боевых действий, – признаётся «Бурея», – я согласился. – Основным мотивом было то, что я не хотел оставлять ребят и дело, которому было отдано много сил и времени, которое уже реально работало и приносило большую пользу. Да и со всей разведротой у меня сложились очень тёплые доверительные отношения.
По возвращении на «ноль» «Бурея» продолжил выполнять задачи корректировщика. Чтобы обеспечить взаимозаменяемость, офицер по договорённости с командованием разведроты стал обучать личный состав (желающих) ремеслу корректировщика. Чуть позже эта практика распространилась и на военнослужащих других подразделений.
Постепенно не только росли ряды военнослужащих, способных выполнять задачи корректировщика, но и ширился список отечественных конструкторских бюро, с которыми «Бурея» сотрудничал, а также увеличивалась бригадная флотилия БпЛА. Со временем появилась лаборатория, в которой наш герой и его подчинённые занимались ремонтом и апгрейдом беспилотников – прошивкой, навесным оборудованием и адаптацией под применение боеприпасов. В святая святых – высокотехнологичном заведовании офицера – было всё, что нужно для обеспечения полноценной работы расчётов «птичек» и даже больше. Лаборатория «Буреи» обзавелась 3D-принтерами, благодаря которым появилась возможность изготавливать в том числе и собственные fpv-дроны. Словом, из одного квадрокоптера типа DGI Mavik 2 (с которого начинал «Бурея») выросло целое производство беспилотников с довольно солидными ТТХ. Материальная часть заведования нашего героя стала прирастать новым оборудованием, инструментарием. «Птички» стали летать дольше и дальше, нести боевую нагрузку и, как следствие, в целом делать жизнь противника невыносимой.
Как пример – один из эпизодов так называемого контрнаступа ВСУ. «Бурея» обнаружил колонну бронетехники противника, которая угрожающе близко подобралась к нашим передовым позициям и даже открыла огонь. Корректировщик быстро передал координаты целей бригадным артиллеристам. И вторым снарядом «боги войны» попали точно в головной броневик. Противник был деморализован, испуган и поспешил ретироваться. В другом случае врагу не повезло больше. Корректировщик обнаружил штурмовую группу ВСУ в количестве 28 человек. Точные расчёты офицера, далее не менее филигранная работа артиллерии, и все до единого боевика уничтожены.
В видеозаписях нашего героя можно также найти кадры уничтожения укреплённых пунктов и блиндажей при помощи дронов-камикадзе и квадрокоптеров с механизмом сброса боеприпаса. Всё это документальные свидетельства сложной, кропотливой, многогранной и очень необходимой боевой работы «Буреи» и его подчинённых. Многие из видеороликов облетели различные телевизионные и телеграм-каналы. Глядя на эти завораживающие кадры, мало кто задумывается, в каких условиях на тот момент работал оператор. Между тем эти специалисты, равно как и снайперы, – желанная цель для врага. И неонацисты не считаются с затратами, когда речь заходит об уничтожении корректировщика, оператора дрона. В неистовой злобе боевики обрушивают на район, где замечен оператор БпЛА, самый настоящий шквал огня. Что и произошло в тот злополучный день, когда «Бурея» получил тяжёлое ранение.
Находясь в госпитале, он всячески отказывался принимать факт, что уже не вернётся к ребятам, в свою лабораторию. Что уже вряд ли сможет испытать чувства, которые охватывали его в Попасной, когда он в одиночку ходил на задачи. Это было очень тяжело осознать ещё и потому, что даже на больничной койке наш герой поддерживал связь с сослуживцами. Он давал консультации, решал сложные вопросы, помогал советом. Одним словом, ощущал себя полезным, участвующим в жизни подразделения и бригады в целом. Со временем у него произошло примирение с реальностью: «Бурея» оставил после себя достойное наследие – мощную материальную базу, отлично обученный личный состав. Весь этот механизм надёжно отлажен, не сбоит и продолжает работать на победу. И теперь «Бурея» может сосредоточиться на другом. Для отважного военнослужащего наступил очередной важный этап в жизни: офицер получил предложение продолжить службу в одной из военных академий в качестве преподавателя.
– Я с радостью принял это предложение, – признаётся «Бурея». – Мне есть о чём рассказать будущей элите Вооружённых Сил России, чему научить. А самое главное – есть желание передать накопленный опыт. Моя цель – научить будущих офицеров выживать в условиях современной войны и гарантированно выполнять поставленные задачи.
В этой связи вспомнились слова Президента Российской Федерации – Верховного Главнокомандующего Владимира Путина, который подчеркнул, что государство заинтересовано в привлечении ветеранов спецоперации на работу не только в силовые структуры, но и в муниципальные органы власти. Как видим, слова гаранта Конституции претворяются в жизнь. История отважного офицера под позывным «Бурея» – один из множества подобных примеров.
Петропавловск-Камчатский