От роду ей чуть за 20, но в судьбе работницы швейной фабрики эти понятия уже неразрывно переплелись.
«Товарищи партизаны, вам надлежит переправиться через реку Ловать и, после того как забросают гранатами немецкий гарнизон, подорвать мост», – лаконично поставил боевую задачу командир. Выполнение операции, которую потом участница этих событий на страницах фронтового дневника назовёт серьёзной, ответственной и опасной, было назначено в ночь с 1 на 2 июня 1942 года.
«Было жарко, страшно и тяжело», – строки из той рукописи, автором которой стала Пелагея (Полина) Сергеевна Егорова, минёр-подрывник партизанского отряда, взаимодействующего с 3-й Ударной армией Калининского фронта. Тогда ей шёл 22-й год, и это было её первое боевое задание…
На подрыв моста выходили вдвоём – Полина Егорова и подрывник Винюков. «С наступлением зловещей ночи наступила тишина», – описывает те события партизанка Егорова. Подрывники поползли осторожно, но оказаться незамеченными им так и не удалось. Группу обнаружили. Враг встретил их перекрёстным огнём. Минёры лежали, не смея поднять головы…
Но вот начали рваться гранаты наших бойцов, пробившихся всё же к позициям врага. В те самые минуты Егорова и Винюков, сноровисто заложив взрывчатку, осуществили подрыв моста… Боевая задача была выполнена.
Спустя два дня, 4 июня 1942-го, снова поход. Полина была к тому времени старшим минёром-подрывником 1-го взвода. Как рассказывает она в своей рукописи, «путь предстоял далёкий и тяжёлый». На этот раз партизан ждала железная дорога, а боевая задача – подрыв вражеского эшелона, следовавшего к линии фронта.
Минировали по ночам. Как потом рассказывала партизанка, было страшно. Сложно было привыкать к жестким партизанским будням девушке, которая всего год назад видела только приветливые улыбки. Пелагея тогда работала на швейной фабрике имени Клары Цеткин в Москве.
«Летний июньский день 1941 года, тёплый, приветливый… Молодёжь фабрики отдыхала за городом на массовом гулянии. Весело начинался выходной день. Купались, шутили, смеялись…», — вспоминает она. Но грянула война. Полина овладела навыками минёра-подрывника во 2-й московской диверсионной школе и отбыла на фронт. Массовые молодёжные гуляния быстро ушли в самые глубины памяти девушки, для которой слово «война» стало синонимом слова «юность».
…Преодолев путь в 50 километров, партизаны вышли к участку железной дороги, на котором необходимо было произвести подрыв эшелона. Начинало светать, а значит, время для минирования стремительно сокращалось с каждой минутой.
«Первый раз я оказалась на железной дороге врага, меня охватило волнение, дрожали руки… Вдруг задрожали и рельсы…» – такую запись оставила она в своём дневнике. Эшелон был совсем рядом. Любое промедление могло сорвать выполнение боевой задачи, поэтому маскировать установленную взрывчатку Полина не стала. С насыпи она сбежала последней и залегла в поле, засеянном овсом…
Раздался оглушительный взрыв, над железной дорогой поднялся столб чёрного дыма, с насыпи покатились платформы с орудием и машинами… Ползком добравшись до кустов, группа минёров углубилась в лес.
Преодолев путь в 50 километров, партизаны вышли к участку железной дороги, на котором предстояло произвести подрыв эшелона
К концу лета партизанский отряд, в котором состояла Полина Егорова, направили в Западную Белоруссию, и тогда судьба свела её с командиром 2-го взвода Борисом Токаревым…
О подробностях, связанных с этим человеком, Пелагея Сергеевна на страницах своей рукописи умалчивает. Известно лишь, что 2 июля 1944 года на свет появился их сын Слава, мой отец.
А пока шла осень 1942-го… 7 октября, после очередной успешно выполненной операции, партизанский отряд вместе с Егоровой прибывает на базу – в деревню Авангард, где отличившимся партизанам вручают правительственные награды. «Орден Красной Звезды и медаль «За отвагу» имела я на груди», – пишет моя бабушка.
В январе 1943-го её вызывают в штаб, где информируют о переводе в состав 2-й Калининской партизанской бригады… «Вызвали в штаб, – записала она в дневнике. – Там был Борис, счастливая встреча, о которой я думала всю дорогу…» С этого дня они состояли в одном отряде – отряде Мартынова, получившем название «Смерть фашизму».
То, что пережила девушка, трудно сегодня представить. О страшной зиме 1943-го Пелагея Сергеевна пишет так: «Тяжёлые зимние переходы дали о себе знать, в бригаде распространилась эпидемия тифа». Ещё одно испытание…
В марте 1943-го бабушка заняла должность инструктора минёров-подрывников и стала готовить молодых партизан для боевых операций.
В строчках сохранившейся рекомендации на приём П.С. Егоровой в ВКП(б) за подписью бывшего комиссара 2-й Калининской партизанской бригады Андрея Андриановича Александрова сказано: «Знаю тов. Егорову по совместной партизанской борьбе против немецко-фашистских захватчиков, отмечаю её как лучшую партизанку и отличного минёра-подрывника…»
Война закончилась. В 1945 году бабушка с сыном Славой прибывает в посёлок Нахабино Московской области в НИИ Сухопутных войск (ныне – Центральный научно-исследовательский институт инженерных войск имени генерал-лейтенанта Д.М. Карбышева). Должность, которую заняла Пелагея Сергеевна, оказалась близкой к её фронтовой специальности – подрывник-лаборант.
Увы, трудиться в НИИ ей пришлось недолго. 1950 год стал роковым для неё. Бывшую партизанку настигла болезнь, справиться с которой она не смогла. В 1951-м Пелагея Сергеевна Егорова скончалась, оставив шестилетнего сына…
«Знали мы её как очень хорошего работника и товарища. По характеру она была очень скромной», – прочитал её сын Вячеслав в письме, которое в 1966 году получил от сотрудников института.
В год 75-летия Победы в Великой Отечественной войне запущен мультимедийный проект Минобороны России «Дорога Памяти». Каждый, кто ценит и хранит память о своих родственниках и близких, может внести в так называемую картотеку героев информацию о них… Отныне и Пелагея Сергеевна Егорова в вечных списках «Дороги Памяти».
Григорий ЕГОРОВ, «Красная звезда»
Фото из семейного архива