Как сапёры ЦВО спасают реки от ледовых заторов.
Специалисты отдельной гвардейской инженерной бригады Центрального военного округа завершили серию превентивных подрывов на реках Башкирии. Операцию провели по решению командующего войсками ЦВО, военнослужащие действовали совместно с сотрудниками МЧС и МВД. Эти контролируемые взрывы – не боевая задача, а плановая работа сапёров против тихой, но серьёзной угрозы: ледовых заторов. На реке Инзер в этом убедилась корреспондент «Красной звезды».
Прошедшая зима была щедрой на снег, и лёд на реках республики набрал внушительную толщину. Когда весной ледяной панцирь начинает таять изнутри, сверху его ещё держит холод. Затем, часто внезапно, происходит подвижка. Льдины устремляются вниз по течению, и там, где река сужается или поворачивает, они могут сцепиться и создать мощную природную плотину – затор. Вода, непрерывно прибывающая с верховьев, наталкивается на эту преграду, пока не происходит прорыв. Мощный водяной вал, несущий обломки льда, обрушивается на берега, сметая всё на своём пути. Под угрозой оказываются дороги, мосты, линии электропередачи, а самое главное – населённые пункты. В таких случаях по просьбе муниципалитетов республики на помощь приходят специалисты отдельной инженерной бригады ЦВО.
Сегодня сапёры гвардейского соединения работают в Архангельском районе Башкирии, там, где река Инзер резко уходит в крутой поворот. Операция тщательно спланирована. Сначала военнослужащие оценивают толщину льда, его структуру, скорость течения, рельеф береговой линии. Затем на лёд выдвигается подрывная группа. Первые лунки бурят прямо посередине реки. Расстояние выдерживают чёткое: шестьдесят метров между рядами и пятнадцать – между скважинами в ряду. Заряды закладывают не на поверхности и не в толще покрова, а именно подо льдом – так взрыв будет наиболее эффективен.
– Тротил намокнуть не боится, – улыбается командир инженерной штурмовой группы Павел Васильев. – Толщина льда у нас на сегодняшний день от 40 до 50 см. Мы заранее определили, что нам необходимо около ста килограммов взрывчатки, чтобы поднять эту ледяную плиту.
Рассчитанной массы зарядов достаточно не для того, чтобы разнести всё в клочья, а для того, чтобы создать сеть радиальных трещин, раздробить монолит на отдельные, более мелкие плиты. Это резко снижает прочность льда, поясняет Павел.
Сапёры отходят на безопасные 300–500 метров.
– Огонь!
Глухой, тяжёлый удар отдаётся эхом по заснеженным берегам. Столбы ледяной крошки и воды взмывают в небо. Снег вокруг становится серым от похожих на пепел медленно оседающих остатков взрывчатки. Лёд у образовавшейся проруби уже не так прочен: вместо гладкой белой поверхности – сеть тёмных разломов. Во время весеннего паводка он растает быстрее или будет снесён течением мелкими фрагментами, не создавая угрозы масштабного заклинивания.
Заряды закладывают не на поверхности и не в толще покрова, а именно подо льдом – так взрыв будет наиболее эффективен
Сержант Николай Стеков не первый год участвует в подрыве льда и говорит, что, хотя работа и цикличная, он каждый раз испытывает небольшое волнение, когда выезжает на берег.
– Это не опасения, а скорее ответственность, понимание, что от наших действий зависит, насколько спокойно река пройдёт через весну, и главное – без угрозы для людей, – делится оценкой ситуации военнослужащий.
В селе Узунларово, расположенном недалеко от реки, к звукам взрывов уже привыкли. Лёд здесь подрывают ежегодно. И уже лет десять не было серьёзных подтоплений. По словам жителей, вода до уровня домов давно не поднимается, но огороды иногда подтапливает. Однако местные нашли для себя плюсы – после схода воды на почве остаётся плодородный ил, улучшающий урожай.
Завершив работы на Инзере, сапёры инженерной бригады готовятся к новым командировкам. Действуют на опережение. Это безотказная страховка от одной из самых распространённых весенних бед.