Североатлантический альянс ожидает глубокая трансформация, но русофобская стратегия отстаивания интересов Запада с позиции военной силы останется прежней.
Североатлантический альянс, который продолжает подготовку к военной конфронтации с Россией, может подвергнуться серьёзной трансформации. По словам генсека НАТО Марка Рютте, она будет самой масштабной за всю историю этой военно-политической организации Запада. Чем вызваны предстоящие изменения в альянсе, в чём их суть и как они скажутся на ситуации в Евразии? На эти и другие вопросы в интервью «Красной звезде» ответил известный политолог доктор политических наук Александр ГУСЕВ.
– Александр Анатольевич, на недавно прошедшем в Анкаре саммите Североатлантического альянса в центре внимания его участников оказалась концепция НАТО 3.0, предусматривающая глубокие изменения в этом блоке…
– Совершенно верно. Её предложила администрация Соединённых Штатов в связи со сменой внешнеполитических приоритетов. Но прежде чем повести речь о ней, хотелось бы сделать небольшой экскурс в историю. Как известно, Североатлантический альянс (НАТО 1.0) был создан после окончания Второй мировой войны с целью сдерживания Советского Союза и закрепления американского доминирования в Европе. Об этом открыто сказал первый генсек НАТО лорд Исмей, подчеркнувший, что главная задача альянса состоит в том, чтобы «держать русских вне Европы, американцев – в Европе, а немцев – под контролем».
Несмотря на жёсткое противостояние двух диаметрально противоположных общественных систем и такие острые кризисы, как Берлинский и Карибский, сторонам удалось избежать прямой военной конфронтации. Во-первых, потому что ещё были живы воспоминания об ужасах прошедшей мировой войны, а во-вторых, существовали не лишённые оснований опасения, что новое глобальное столкновение неизбежно приобретёт ядерный характер и будет иметь катастрофические последствия для человеческой цивилизации.
Западные элиты, как мы знаем, поступили коварнее и переиграли в тайной войне советское руководство, усыпив его бдительность благими разговорами о разрядке, конвергенции, общих гуманитарных ценностях и прочем. Не обошлось и без пятой колонны, которая, как выяснилось в начале 1990-х годов, ждала своего часа в советской столице, продав Родину «за банку варенья и пачку печенья»…
– Наступил период НАТО 2.0, который можно назвать долгими девяностыми.
– Распад Советского Союза и Организации Варшавского договора породил у западных лидеров высокомерие и чувство безнаказанности. Началась хищническая экспансия альянса на восток, в западных столицах звучала риторика о либеральных ценностях, под прикрытием которой НАТО нагло вмешивалась во внутренние дела государств за пределами традиционной зоны ответственности. Югославия, Афганистан, Ирак, Ливия, Сирия были подвергнуты альянсом разрушительным действиям, приведшим к массовой гибели людей.
Натовцы, ослеплённые, как им казалось, беспредельным могуществом, замахнулись и на нашу страну, решив руками украинских ультранационалистов окончательно решить русский вопрос, лишить нас полноценной государственности. Однако русофобский курс на нанесение нашей стране стратегического поражения завёл коллективный Запад в тупик, вызвав среди членов НАТО разногласия и заставив некоторых из них критически оценить собственную готовность к полномасштабному открытому конфликту с Россией и возможные его последствия. В этих условиях появились заявления о необходимости радикальных изменений в альянсе.
Как подчёркивается в концепции НАТО 3.0, альянс продолжает оставаться главной организацией коллективной обороны в Евро-Атлантическом регионе, но он должен стать более сильным за счёт укрепления военного потенциала Европы
– И инициировали их в Вашингтоне, где свели в конце концов требования к альянсу в концепцию НАТО 3.0…
– В какой-то мере так. Первоначально претензии республиканской администрации США к НАТО заключались в том, что европейские партнёры несут несопоставимо меньшие расходы на альянс, чем Америка. Дональд Трамп не раз публично заявлял, что США платят за всех, так как их расходы несоизмеримо больше взносов всех остальных стран, которых он назвал халявщиками. По словам хозяина Белого дома такое положение вещей несправедливо, а посему Германия, Испания, Франция и страны Старого Света должны тратить больше денег на альянс.
Затем в Белом доме заговорили, что именно европейцы должны нести всю ответственность за поддержание боеготовности НАТО, а не перекладывать её на Америку. Последней же каплей, заставившей администрацию США поставить вопрос об изменениях в НАТО ребром, стали события внутри альянса, связанные с войной с Ираном.
– Практически все европейские страны НАТО проигнорировали призывы Трампа оказать США помощь в этой войне…
– Более того, некоторые из них закрыли своё воздушное пространство для пролёта американских самолётов, другие отказали ВМС США в использовании своих военно-морских баз и портов. Даже Великобритания, которую связывают с США так называемые особые отношения, предпочла дистанцироваться от американо-израильской военной авантюры. После этого Трамп назвал НАТО бумажным тигром и заявил, что альянс нуждается в кардинальных изменениях.
И всё же главным импульсом для разработки концепции НАТО 3.0 стала происходящая трансформация мирового порядка. Россия, Китай, Индия и другие страны БРИКС, а также глобального Юга выступают за создание многополярного мира, где во главу угла будут поставлены принципы равноправия и взаимоуважения. Прорыва, конечно, пока не произошло, но неблагоприятная для США и американского доллара тенденция явно налицо.
Естественно, это никак не устраивает вашингтонский истеблишмент – финансовые и политические круги, на протяжении всего периода после окончания холодной войны выстраивавшие однополярный мир, в котором власть над всей Землёй находится в одних руках. Чтобы сохранить такой миропорядок, им и потребовалась, с одной стороны, более мощная НАТО, а с другой – новое распределение обязанностей в этой организации. Нынешний обитатель Белого дома является лишь инструментом, исполнителем в сложной геополитической игре подлинных хозяев Америки.
– Что составляет суть перемен, которые предлагается провести в Североатлантическом альянсе?
– Альянс продолжает оставаться главной организацией коллективной обороны в Евро-Атлантическом регионе, но он должен стать сильнее при этом за счёт Европы. В Вашингтоне особо отмечают, что Соединённые Штаты не отказываются от обязательств перед альянсом, не прекращают играть роль в защите Европы и сдерживании России. Сильная в военном отношении Европа, способная отстоять суверенные интересы, отвечает потребностям США. Поэтому Америка будет способствовать развитию военного потенциала своих союзников.
Вместе с тем предполагается, что возложение на Европу основных обязанностей по дальнейшему наращиванию мощи НАТО позволит США переориентировать американские ресурсы в Западное полушарие и Индо-Тихоокеанский регион. В Вашингтоне уже дали понять, что хотят сократить военное присутствие в Европе и количество боевых самолётов, дислоцированных там, на треть, а также передислоцировать военно-морские силы за пределы Старого Света.
По словам главы Пентагона Пита Хегсета, это должно решиться до декабря нынешнего года. Решение будет приниматься по согласованию с европейским командованием вооружённых сил США (EUCOM), американским конгрессом и странами НАТО. Будет дана оценка не только численности войск, дислоцированных в Европе, но и условиям их размещения, тому, позволяют ли они американским войскам свободно действовать с европейских баз. Последнее вызвано решением некоторых европейских союзников США не разрешать использование своей инфраструктуры и воздушного пространства во время американской операции против Ирана.
Согласно данным конгресса США, в настоящее время численность американских войск в Европе составляет около 75 тысяч человек. Прежде всего это 63 тысячи военнослужащих, находящихся на постоянной основе, из которых 38 тысяч – в Германии, 10 тысяч – в Великобритании. Кроме того, 12 тысяч военнослужащих находятся в Европе, в том числе в Польше и Прибалтике, на ротационной службе.
Численное снижение американского военного присутствия Вашингтон намерен компенсировать усилением ядерного зонтика США. Это может предполагать увеличение количества тактических ядерных боезарядов, развёрнутых в Европе, расширение номенклатуры средств их доставки за счёт ракетных систем большой дальности наземного базирования, распространение соглашений о совместном использовании ядерного оружия на ряд новых европейских стран.
Ожидается, что Соединённые Штаты также сократят число офицеров в структурах командования и силах НАТО. США готовы при этом оставить за собой пост верховного главнокомандующего объединёнными вооружёнными силами НАТО в Европе, командующих объединёнными морскими (MARCOM), сухопутными (LANDCOM) и военно-воздушными силами (AIRCOM). В то же время Великобритания возглавит объединённое командование в Норфолке, Италия – объединённое командование в Неаполе, а Германия и Польша будут поочерёдно возглавлять объединённое командование в Брюнсуме.
– А что ещё достанется европейцам, кроме этих трёх командований?
– Согласно американской концепции, в течение следующего десятилетия Европа и Канада будут обеспечивать 70 процентов необходимого потенциала НАТО, а США – оставшиеся 30. Но для этого Европа и Канада должны направить усилия прежде всего на решение трёх основных задач: значительно увеличить военные расходы на НАТО, нарастить численность вооружённых сил и повысить производственные мощности военно-промышленного комплекса.
Что касается военных расходов, то, как заявил тот же Марк Рютте, европейские страны НАТО и Канада уже встали на этот путь и потратили в 2025 году на 139 миллиардов долларов больше, чем в предыдущем. Однако, по оценкам Международного института стратегических исследований, только замена американского обычного вооружения, размещённого в Европе, может обойтись в сумму до одного триллиона долларов в течение десяти лет.
– Наверное, Европе будет непросто решать вопрос и об увеличении численности своих армий?
– Для этого многим членам НАТО придётся принимать непростое решение о возвращении призыва на военную службу, особенно в свете неблагоприятных демографических тенденций. Тем не менее они будут вынуждены это сделать, чтобы реализовать планы по созданию новой модели вооружённых сил НАТО, которые приняты ещё в 2023 году на саммите в Вильнюсе. Эта модель, напомню, предусматривает наличие 800 тысяч военнослужащих с разным уровнем готовности: более 100 тысяч готовы к развёртыванию в течение 10 дней, около 200 тысяч – в течение 30 дней, не менее 500 тысяч – в течение 180 дней. Эти силы предназначены для расширения передового присутствия НАТО на северном, восточном и южном флангах альянса.
Кроме того, Европе необходимо будет укрепить логистику, противовоздушную оборону, потенциал ракет большой дальности, беспилотных летательных аппаратов, транспортных самолётов и самолётов-заправщиков, средства радиоэлектронной борьбы и подавления ПВО противника.
Свои сложности имеет и решение задачи по повышению производственных мощностей военно-промышленного комплекса, который в основном принадлежит многочисленным группам частного финансового и промышленного капитала. До сих пор европейский ВПК оставался фрагментированным и ограниченным цепочками поставок и нехваткой рабочей силы. В последние годы на нём также негативно сказывался экономический кризис, охвативший практически все европейские страны.
– Европейцам придётся столкнуться и с проблемой высоких технологий…
– Создание так называемой европейской опоры НАТО неизбежно потребует разработки, закупки и интеграции различных типов высокотехнологичного вооружения, которое больше не будут поставлять американцы, – это ракеты большой дальности наземного базирования, средства ПВО, спутники, беспилотные аппараты… Нельзя забывать и о современном программном обеспечении, технологиях искусственного интеллекта, где американцы значительно опережают европейцев.
Напомню: США выступают ключевыми архитекторами современной мировой цифровой инфраструктуры, во многом выстроенной на базе американских технологических стандартов и протоколах. Большая часть фундаментальных технологий интернета и цифровой среды исторически разрабатывалась в Америке. Например, базовые протоколы (TCP/IP), ключевые элементы сетевой архитектуры. Американские стандарты доминируют в таких областях, как облачные вычисления, центры обработки данных, кибербезопасность. Это создаёт эффект платформы: новые решения изначально проектируются во всём мире с учётом совместимости с уже устоявшимися американскими стандартами.
– На саммите в Анкаре речь шла о новых технологиях?
– В Анкаре приняты две инициативы: NATO Front Door for Industry и NATO Engine. Первая нацелена на обеспечение единой упрощённой точки доступа к возможностям закупок, инновационным мероприятиям и другим каналам взаимодействия в сфере военной промышленности. Вторая – на создание сети современных военных производств в Европе и США, расширение производственных мощностей за счёт объединения и развития трансграничного сотрудничества. Стартовала также инициатива NATO Drone Edge: более 40 миллиардов долларов в течение пяти лет пойдут на развитие беспилотников и противодействия им. Члены альянса обязались к концу 2027 года подготовить в пять раз больше операторов БпЛА.
– И как трансформация НАТО скажется на международной безопасности?
– Крайне негативно. НАТО уже сейчас просачивается в Азиатско-Тихоокеанский регион. С принятием концепции НАТО 3.0 следует ожидать ускоренного наращивания американского военного присутствия в этом регионе. США, несомненно, постараются потянуть за собой и европейские страны НАТО.
А в Европе, власти ведущих стран которой находятся под влиянием русофобии, альянс продолжит подготовку к войне с Россией. Свидетельством тому является факт, что при обсуждении концепции НАТО 3.0 в Анкаре Россия открыто называлась страной, представляющей долгосрочную угрозу евро-атлантической безопасности. При этом неизменно подчёркивалась необходимость поддержки киевского режима. Европейские страны обязались предоставить Украине в 2026 году 70 миллиардов евро на военные нужды и сохранить как минимум сопоставимый уровень поддержки в 2027 году. Через поддержку Украины Североатлантический альянс накапливает опыт сетецентрической войны, многодоменных операций, работы с беспилотными системами, распределённой логистики и ускоренного цикла обмена разведывательными данными. И мы должны это учесть при повышении обороноспособности и укреплении безопасности страны. Третьего не дано.