Корреспондент «Красной звезды» прошёлся по улицам освобождённого райцентра и воочию убедился, как приходит в себя после оккупации город.
Суджа – единственный город в Курской области, захваченный неонацистами в начале вторжения в августе 2024 года. Оплот курской группировки ВСУ, из которого противник надеялся сделать неприступную крепость, был тем не менее освобождён нашими войсками всего за пару дней боёв. Вместе с военнослужащими 11-й гвардейской десантно-штурмовой бригады, установившими флаги России и ВДВ в центре Суджи, под звуки артиллерийской канонады проходим по теперь уже прифронтовому городу.
Помимо печального зрелища изуродованных домов и осквернённых административных зданий, первое, что бросается в глаза, – часто встречающийся уничтоженный гражданский транспорт с белым треугольником на борту – тактическим знаком курской группировки ВСУ. По словам местных жителей, в первые же дни оккупации украинские боевики отобрали весь гражданский автотранспорт, включая детские автобусы и кареты скорой помощи.
Словно подтверждение тому – пейзаж, открывающийся при подходе к печально знаменитой школе-интернату, ставшей приютом для сотен мирных жителей. 1 февраля украинские звери открыли по ней огонь из американских установок HIMARS. У входа в здание стоят машины с обозначением «Дети», подойдя ближе, обнаруживаем на них намалёванную надпись «Вийсковая комендатура». В обломках под завалами находим труп мужчины, придавленный так, что забрать тело просто невозможно.
Здесь же, на площади перед интернатом, снесённый вэсэушниками обелиск Вале Новиковой. В 2024 году украинские оккупанты, захватившие Суджанский район, начали свою войну с памятниками. Первым делом солдаты ВСУ осквернили и уничтожили памятник Владимиру Ленину на центральной площади города. Эта же участь постигла и скромный памятник девочке с ребёнком на руках… Чем помешала украинским нацистам память о 17-летней девчонке, пожертвовавшей собой, чтобы вынести из огня ребёнка, не укладывается в голове. Другое дело – таблички с именами героев войны и СВО – выпускников интерната.
У входа в здание стоят машины с обозначением «Дети», подойдя ближе, обнаруживаем намалёванную надпись «Вийсковая комендатура»
Кроша битое стекло и осколки кирпичей под ногами, продолжаем путь по безлюдным улицам города. Ещё несколько дней назад на них можно было найти множество сгоревших образцов различной натовской бронетехники. Теперь же улицы Суджи безлюдны и пусты. Встречаются только военные из самых разных подразделений, освободители курского приграничья. Передвигаются кто пешком, кто на транспорте – мотоциклах, мопедах, багги и легковушках. Мобильность – залог сохранения жизни. Вражеские дроны достают до города из Сумской области. Услышав звук приближающегося моторчика, прячемся в ближайших домах.
Идя по городу, ощущаешь себя персонажем исторической хроники времён Великой Отечественной войны. Найти хотя бы один уцелевший дом – большая редкость. Как, впрочем, и обычных жителей. Большинство горожан, переживших оккупацию ВСУ, покинули прифронтовой город. Тем не менее из Суджи продолжают и сейчас выводить немногих оставшихся мирных жителей. Одного из них встречаем на точке эвакуации. Вячеслав до 2014 года жил в Донбассе, пока туда не пришла война и его дом не разрушили украинские нацисты. Переехал в Суджу с семьёй, но через 10 лет история повторилась. По словам мужчины, от его дома не осталось ничего ещё в августе, под обстрелами боевиков с женой и детьми пришлось покинуть дом буквально в тапочках, захватив только документы. Казалось бы, как после всего пережитого вообще возвращаться в город, а он приехал в разорённый дом за фотографией деда-фронтовика, «чтобы память осталась». «Будем жить, работать и верить в лучшее», – говорит он нам на прощание.
Основания для веры в Бога в Судже и правда остались. Красивейшие и с виду нетронутые православные храмы – единственное, что радует глаз и внушает оптимизм. Церковь Покрова Пресвятой Богородицы долгое время служила убежищем для горожан. Рядом с ликами святых до сих пор можно найти следы их пребывания – чайник, посуду, бельё. Помолившись, продолжаем путь через наспех сделанный из деревянных понтонов мост, по соседству – разрушенный боевиками при отступлении Суджанский мост.
Ведёт он в ближайший пригород – Замостье, старинную слободу, основанную на реке Судже ещё в середине XVII века. Когда-то в этих красивых домах жили зажиточные куряне, кипела жизнь, теперь же нас встречают лишь тишина, звуки выходов и прилётов артиллерии и изредка доносящийся лай дворовых собак. Стучимся в дома с надписью «Здесь живые люди», а находим лишь оставшуюся без хозяев живность, истосковавшуюся по живому человеку.
Гордость Замостья – церковь Преображения Господня, чудом уцелевшая во время оккупации ВСУ. Рядом с ней встречаем военнослужащего 30-го мотострелкового полка с дробовым ружьём наперевес. Из него «Леший», такой у воина позывной, сбил уже 27 дронов врага, один из них с перебитыми винтами как раз валяется у входа в храм. Поднявшись на чердак, обнаруживаем бесценные находки – десятки икон и сохранившиеся хоругви. Ещё выше – колокольня с открывающимся видом на Суджу и окрестности. На одном из зданий символично выведена надпись «СВО». Мой сопровождающий осторожно дёргает за верёвки, тянущиеся к колоколам. Звук красивый и мелодичный. Немного осмелев, пытается подобрать ритм. Вот и первый колокольный звон над Суджей и окрестностями. Доброе утро! Жизнь обязательно вернётся.
Группировка войск «Север»