Российская армия предоставляет военнослужащим ВСУ возможность добровольно сложить оружие и таким образом сохранить себе жизнь.
С каждым днём всё больше военнослужащих ВСУ не желают воевать, стремятся сложить оружие и оказаться в плену. Это единственный шанс для них выжить на поле боя. Пленные военнослужащие ВСУ рассказывают о запугивании командирами расправой за отказ воевать, о больших потерях среди офицеров и солдат ВСУ.
Сергей Кириленко был призван в ВСУ по повестке. По его словам, ему угрожали уголовным делом и тюрьмой сроком на три года в случае отказа принимать повестку. И сейчас пленный говорит, что «лучше бы выбрал отсидеть».
Ещё до участия в боевых действиях Кириленко назначили командиром отделения. Пленный так вспоминает о качестве украинского пополнения: «Нам прислали пополнение. Вот я смотрю на них… Он говорит: «Командир, что с автоматом делать?» Я говорю: «Стрелять». Он говорит: «Мы службу по призыву ни разу не проходили…»
Перед боевым заданием Кириленко с сослуживцами командование обмануло. «Изначально, когда мы заходили туда… мы предшественников наших заменили, – говорит пленный, – и нам сказали: «Вы стоите, вдруг что-то – …ваше дело будет только сообщить, что пошло наступление. И приедут другие ребята, будут заниматься, а вы отойдёте».
А когда его подразделение стали брать в окружение, командование отказало в выводе с позиции и приказало стоять до конца. «Мы просидели почти двое суток в кольце, – рассказывает Кириленко. – Ребята звонили начальству: «Можно мы отойдём, пока есть возможность». Сказали: «Нет, до последнего». И вот в результате пришлось сдаться в плен. Потому что жить всем охота».
Владимир Жовновский, другой пленный военнослужащий ВСУ, рассказывает: «20 ноября меня остановили ТЦК. Из ТЦК меня не выпускали, оформили и выдали военный билет. Меня предупредили, чтобы я не говорил «покупателям», что судим, а то меня не возьмут. Я одним сказал, что сидел, и меня не взяли.
Ну у меня только кражи были. В 2006 году сварочный аппарат украл. 11 лет в общем отсидел. 1 декабря меня отправили в Старичи во Львовской области. Нам документы не давали. После 27 ноября мы подали документы на карточки, чтобы деньги на неё получать, но 1 декабря меня увезли. Я карточку так и не получил. 30 января я убежал оттуда.
Сдаться в плен – единственный для украинских военнослужащих способ сохранить жизнь. Командование ВСУ бросает личный состав на произвол судьбы
Меня заставили туалет копать. Мы три дня пили, 29 января последний день. Меня подняли, выволокли в трусах и заставили туалет копать. Ко мне приставили двух человек, чтобы я копал. Я два часа копал…
До первого я у Дениса ночевал, потом в квартире его сестры до марта месяца. Потом договорился с приятелем Серёгой. Я у него работал в огороде. Приехала полиция и забрала меня с огорода… 9 мая я пытался убежать, меня 11 мая поймали. Продержали пять дней в подвале, потом работал неделю в двухэтажке, дрова колол. Попытался 18 мая убежать. Меня 21 мая взяли возле озера. 26 мая ночью начали собирать. Пацаны сказали, что мы в Донбасс едем.
Начали какие-то дроны сбрасывать гранаты. Я добежал до посадки, там ещё дрон сброс сделал. Посмотрел с левой стороны – кусты здоровые, а там тропинка. Слышу голоса: «Эй, иди сюда! Иди сюда!» Смотрю – форма уже другая. Я подошёл. Мне приказали снять автомат, броник и подсумки. Мне сказали, что меня не тронут и я буду помогать им нести раненого…»
Сдаться в плен – единственный для украинских военнослужащих способ сохранить жизнь. Командование ВСУ бросает личный состав на произвол судьбы. Стоит сказать, что в России вообще, как правило, к военнопленным отношение было гуманным. Например, ещё в Русско-японскую войну 1904–1905 годов японские пленные получали в достатке рыбу, мясо, офицеры – пиво и вино; для них специально пекли белый хлеб, потому что они не ели чёрного. Военный министр Виктор Сахаров издал особое распоряжение, которое разрешало японцам питаться той пищей, какая им была больше по душе: заменить на обед перловый суп более дорогим, рисовым, а на ужин вместо манной каши получать пшённую, при этом дополнительные расходы ложились на военный фонд. Японцам платили в плену деньги, они ходили в лавки за покупками, в трактиры, имели возможность гулять, общаться с местными жителями, веселились, встречали Новый год, получали письма и посылки с родины, выписывали русские газеты и журналы, учили иностранные языки, в тёплое время года играли в бейсбол и гольф, зимой ходили на лыжах. Эти факты подтверждаются многочисленными архивными воспоминаниями и опубликованными мемуарами бывших военнопленных. Что любопытно, сразу после войны японское правительство создало в Сеуле музей памяти героев «Варяга» и наградило командира крейсера «Варяг» Руднева орденом Восходящего солнца. А уже в Первую мировую войну 1914–1918 годов Япония была другом – союзником России…