От дронов-камикадзе до тяжёлых гексакоптеров: как снайперы группировки войск «Центр» уничтожают беспилотники врага на переднем крае.
Современные боевые действия кардинально изменили облик снайперского искусства. Классические дуэли с вражескими стрелками ушли в прошлое – сегодня снайперы на передовой превратились в ключевой элемент противовоздушной обороны ближнего радиуса действия и невидимый щит для пехоты. И эта охота за кишащими в небе вражескими «птицами» требует не меньшего терпения, мастерства и риска, чем любое напряжённое противостояние двух опытных стрелков.
Если в начале спецоперации основой работы снайпера было поражение живой силы противника, то сегодня приоритеты сместились кардинально. Сейчас снайперские подразделения сосредоточены на уничтожении беспилотных летательных аппаратов укронацистов и непосредственном огневом прикрытии штурмовых групп от угрозы с воздуха.
В приоритете – тяжёлые гексакоптеры типа «Баба Яга», которые несут на себе противотанковые мины и способны легко уничтожить тот же блиндаж или дорогостоящую технику. Также в список целей входят дроны-камикадзе и БпЛА самолётного типа.
Как рассказывает командир взвода снайперов с позывным «Зёма», охота за воздушными целями требует от стрелка запредельной концентрации и изменённых алгоритмов расчёта баллистики.
– Беспилотники постоянно находятся в движении, их скорость слишком велика, а траектория может меняться непредсказуемо, что делает их крайне сложной мишенью для нас. Но мы привыкли подстраиваться к любым резким изменениям тактики ведения боевых действий, – рассказывает взводный.
В то же время к работе по противодействию БпЛА противника сохраняются жёсткие требования. Это безукоризненная маскировка, ювелирный подбор будущей огневой позиции, необходимость часами или даже сутками пребывать в одной позе, выжидая цель, а после результативного выстрела мгновенно и скрытно перемещаться на запасную позицию, чтобы не быть обнаруженным и не попасть в объективы вражеских разведывательных «птичек».
В среднем боевая задача в условиях интенсивных боевых действий на переднем крае длится от двух до трёх месяцев. Из-за того что позиции оборудуются в непосредственной близости от линии боевого соприкосновения с противником, организовать подвоз боеприпасов и провизии туда крайне тяжёло.
Всё необходимое снайперской паре доставляется с помощью расчётов БпЛА методом точных сбросов на определённом удалении от занятых позиций для предотвращения их демаскировки.
– В базовый набор снайпера входит винтовка с приличным запасом боеприпасов, автомат Калашникова, маскировочная экипировка, спальник и коврик, продукты и вода – минимум пять литров на первое время, – уточнил «Зёма».
Отдельное внимание – оружию. Снайперы в своём арсенале используют винтовки отечественного производства, такие как СВД, ОРСИС и СВЧ с тепловизионными прицелами. Оружие оборудуется глушителями и пламегасителями, чтобы минимизировать демаскирующие факторы при выстреле.
Процесс выдвижения на передний край тоже не менее тяжёлый. Пара выходит на маршрут рано утром, строго на рассвете. Предрассветные сумерки и утренний туман помогают незамеченными преодолевать открытые участки местности и продвигаться сквозь лесопосадки.
Прибыв в назначенный район, снайперы приступают к инженерному оборудованию будущих позиций. Стрелки активно используют полуразрушенные здания, отыскивая прочные и глубокие подвалы или заброшенные блиндажи, способные выдержать близкие разрывы той же вражеской артиллерии или сбросов с «птичек» врага.
Если работа предстоит в лесопосадках, применяется проверенная временем тактика разделения позиций: основная (жилая) и рабочая (огневая).
Основная позиция оборудуется в глубине лесополки и тщательно маскируется. Там стрелки отдыхают, посменно сменяя друг друга, чистят оружие и хранят запасы продовольствия и БК. Огневая позиция выносится вперёд или вбок от лесопосадки, непосредственно туда, откуда открывается идеальный сектор обзора и ведения огня.
Но чтобы оставаться невидимыми для оптических и тепловизионных камер дронов врага, снайперы используют комплексный подход к маскировке. Маскхалаты подбираются строго под цветовую гамму конкретной местности и времени года. Тактические пончо и накидки защищают от осадков и помогают слиться со складками местности или кустарником. Специальные многослойные одеяла задерживают тепловое излучение человеческого тела. Ими укрываются как сами снайперы во время наблюдения, так и амбразуры, навесы и входы в лёжки, что делает позиции абсолютно слепыми для вражеских «птиц».
Работа снайпера на переднем крае – это тяжелейший, изнурительный труд, сопряжённый с ежеминутным риском для жизни. Цели поражаются каждый день, но за каждым подтверждённым уничтоженным дроном или за каждой ликвидированной огневой точкой врага стоят часы абсолютной неподвижности
Уже на огневой снайперу приходится вглядываться в каждый метр неба. Дистанции поражения беспилотников варьируются 100 метров до километра и более. Рабочая дистанция достигает двух километров. Однако по движущейся воздушной цели стрелять значительно сложнее. Нужно точно определить дальность, визуально оценить скорость аппарата и взять правильное упреждение.
– Стараемся всегда целиться в уязвимые места: аккумуляторные батареи, моторчики или лопасти. При попадании в аккумулятор дрон быстро воспламеняется и теряет управление, – рассказывает командир отделения снайперов с позывным «Гном».
Одним из ярких примеров эффективной работы снайперов на переднем крае стала недавняя боевая задача «Гнома» и его напарника. Только за три месяца плотной работы два военнослужащих смогли уничтожить порядка 150 «птичек» различного типа. В этот внушительный список вошли дроны-камикадзе, ударные БпЛА самолётного типа, разведывательные квадрокоптеры и тяжёлые гексакоптеры типа «Баба Яга».
Позиция снайперской пары располагалась в населённом пункте, перед которым раскинулась промышленная зона. Перед промзоной находилась заасфальтированная бетонная дорога, зажатая двумя лесополосами. Именно эту бетонку враг массово пытался контролировать своими «птичками».
Снайперы работали круглосуточно, сменяя друг друга на дежурстве. За один день пара в среднем уничтожала порядка трёх-пяти дронов.
– Работу вели настолько скрытно, а звуки выстрелов из винтовки были настолько глухими, что вражеские разведчики в небе долгое время не могли понять, откуда ведётся огонь, и в панике начинали пускать свои аппараты в обход участка, теряя управление и время, – рассказывает «Гном».
Благодаря столь эффективной работе наши штурмовые подразделения смогли без особых проблемы зачистить очередные опорники укронацистов и закрепиться на новых позициях.
В снайперских кругах давно ведётся дискуссия: кто более эффективен в современном бою – снайпер-технарь (математик, способный просчитать сложные формулы деривации и угловых минут) или снайпер-охотник (полагающийся на природные инстинкты)?
Опытные офицеры, такие как командир взвода снайперов с позывным «Зёма», отдают безусловный приоритет именно охотничьему началу.
– Безусловно, современное высокоточное оружие требует умения работать со специализированными баллистическими приложениями в планшетах и портативными метеостанциями. Но в динамичном стрессовом бою на переднем крае сухой математический расчёт уступает место развитому инстинкту, хладнокровию и важнейшим личностным качествам, – поясняет офицер.
Работа снайпера на переднем крае – это тяжелейший, изнурительный труд, сопряжённый с ежеминутным риском для жизни. Цели поражаются каждый день, но за каждым подтверждённым уничтоженным дроном или за каждой ликвидированной огневой точкой врага стоят часы абсолютной неподвижности. Военнослужащему приходится терпеть затёкшие мышцы, холод, жажду и гнус, не имея порой возможности пошевелить даже пальцем, чтобы не выдать себя.
Группировка войск «Центр»